Мужчина из загадочной страны - Лора Райт

— Я не знаю, как описать тебя, Зайяд.

Он наклонился к ней, убрав прядь волос ей за ухо:

— Чуть не попала в суп.

Зайяд не отстранился от нее, он был так близко, его рот всего лишь в нескольких сантиметрах от ее губ. Мэрайя чувствовала его тепло, и ее сердце выпрыгивало из груди.

— Кстати, это действительно очень плохой суп, — прошептала она.

Он взглядом окинул ее лицо, остановившись на губах:

— Я же предупреждал.

Мэрайя молчала, пытаясь успокоить зачастившее сердце. Она не могла себе поверить — она действительно была готова поцеловать его. Мужчину, которого едва знала и который воплощал в себе все то, чего она так боялась в представителях мужского пола.

Она нервно сглотнула.

— Мне лучше поспать немного. Похоже, что последняя таблетка болеутоляющего перестает действовать.

Зайяд замер на мгновенье, а потом отстранился от нее.

— Если тебе что-нибудь понадобится, я буду в гостиной.

Сердце Мэрайи ушло в пятки.

— В моей гостиной?

Он утвердительно кивнул:

— Да, на кушетке.

— На кушетке?

Прямо за входной дверью в спальню? Он — на кушетке в ее гостиной?

— Это будет нормально, да? — спросил он, поднимаясь с кровати. — На тот случай, если тебе ночью понадобится моя помощь.

— Да, конечно, — пробормотала она.

— Ну, тогда спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — ответила Мэрайя, — и еще раз спасибо.

Когда он ушел, она откинулась на подушки и закрыла глаза.

Ох, какие же чувства она только что пережила. Его губы были так близко! Она представляла, что его поцелуй будет чем-то волшебным, особенным.

При одной только мысли об этом ее тело охватило желание — именно то чувство, которое Мэрайя больше всего боялась испытать снова. Потому что оно делало ее уязвимой.

— Ну, я на месте, — сказала Джейн по телефону десять минут спустя. — Дом — просто огромный, а актриса — настоящая анорексичка, но мне кажется, что ей очень понравились мои уроки по кулинарии. — Девушка не секунду замолчала. — Постой-ка, что с тобой случилось?

— А почему ты подумала, что что-то случилось? — спросила Мэрайя, отбрасывая здоровой ногой покрывало и пытаясь дотянуться до бокала с вином, который Зайяд оставил нетронутым.

— Ты не прервала меня и не хмыкнула, когда я назвала эту актрису анорексичкой. Так что случилось?

После доброго глотка вина Мэрайя призналась:

— Я принимала ванну и, когда пыталась выбраться оттуда, поскользнулась.

— Боже мой, с тобой все в порядке?

Мэрайя подумала о том, чтобы сказать Джейн правду, но ей совсем не хотелось, чтобы Джейн бросилась к ней на помощь сломя голову.

— Это просто растяжение. Со мной все в порядке, если не считать пятнадцати минут унижения, которые мне пришлось перенести.

— О каком унижении ты говоришь? Ты упала…

— Голая, совершенно голая. И я лежала на нашем прекрасном банном коврике, когда наш сосед, мистер Великолепный, услышал мои крики и, словно супергерой, поспешил мне на помощь.

— Ты врешь!

— Неужели похоже, что я вру?

— Ух, ты. И что было потом?

Мэрайя сделала еще глоток вина.

— А потом он поднял меня, отнес в постель, вызвал своего врача и известил меня о том, что он останется со мной до тех пор, пока ты не вернешься.

— Я буду дома через два часа, — заявила Джейн, в ее голосе слышалась паника.

— Нет, — твердо сказал Мэрайя. — Я и моя лодыжка не будем вставать между тобой и деньгами для твоего ресторана.

— Забудь об этом. О тебе заботится совершенно чужой человек.

— Нет, все нормально. Он тоже вполне нормальный. Вообще-то он… — Мэрайя поставила пустой стакан на прикроватный столик.

— Вообще-то он что, Эмми? — переспросила Джейн.

— Он очень милый молодой человек, если не считать убийственного взгляда, высокомерия и великолепных губ.

— О, правда? — сказала Джейн, широко улыбаясь. — Ну, я рада за тебя, сейчас как раз самое время.

— Нет, нет, нет. Ничего подобного. Если что-то и есть, то это связано с тобой. О чем бы мы ни говорили, все всегда сводится к разговору о тебе.

— Я не понимаю, почему. Я никогда не встречалась с этим парнем. — Джейн помолчала, а потом спросила: — Ты уверена, что мне не стоит возвращаться домой?

— Нет, ты останешься обучать свою актрису и заработаешь кучу денег. Со мной все будет хорошо.

— Ох, почему-то мне так не кажется.

— Спокойной ночи, Джейн.

— Спокойной ночи.

Мэрайя повесила трубку и выпила еще одну таблетку болеутоляющего. Ее мысли были обращены на нового соседа и его сексуальное тело, расположившееся на ее старой кушетке.

Если Джейн и нужно вернуться домой, то только для того, чтобы защитить Мэрайю от ее собственных противоречивых чувств. Но Джейн только этим и занималась в течение четырех лет. Разве не пришло время Мэрайе самой защищать себя?

Не ответив на свой вопрос, Мэрайя выключила свет и опустилась на подушки, надеясь, что скоро сон примет ее в свои объятия.

Зайяд услышал, как она встала, и посмотрел на часы.

Двадцать минут второго.

Он до сих пор не спал. Просто не мог уснуть. Пока он пытался устроиться поудобнее на узкой и короткой кушетке, его мозг напряженно работал, но не над тем, над чем надо было. Зайяд думал о нежности кожи своей пациентки, о ее запахе и о голоде в ее глазах. Он слабел под одним лишь ее взглядом и был готов сражаться с кем угодно, лишь бы снова пережить этот момент.

Вдруг он услышал ее шаги.

— Мисс Кеннеди?

Она открыла рот от удивления. Поднеся руку к губам, Мэрайя излишне громко произнесла:

— Ты меня до смерти напугал.

— Прошу прощения.

Она ухватилась за подоконник, чтобы устоять на ногах, и посмотрела на него. Она выглядела прекрасным призраком в бледно-желтом свете фонаря за окном, и Зайяду пришлось приложить усилия, чтобы не подняться с кушетки и не наброситься на ее.

— Почему ты встала с постели?

— Просто так.

— Тогда позволь мне проводить тебя обратно в спальню. — Он понимал, что совершает ошибку, наседая на нее, но другого выхода не было. Она нуждалась в его помощи.

Мэрайя оперлась на подоконник, опустив глаза в пол.

— С тобой все в порядке? — спросил Зайяд.