Только не замуж! - Эми Эндрюс

Джина посмотрела на Риз:

– Ну и что мы нашли в ней ненормального?

– Ума не приложу.

– Отлично. – Джина пригубила кофе из своей чашки. – Займемся самым важным вопросом, а остальные решатся попутно. В настоящий момент она страдает от либидо, которое вдруг заявило о себе по причине редкого секса в течение всей ее жизни, а сейчас ей уже тридцатник. Как раз в этом возрасте у женщин пик сексуальности. Это научно доказанный факт.

Кэсси кивнула:

– Все правильно.

– И когда ты изголодалась по сексу, перед тобой нарисовался Так… и в тебе словно что-то включилось.

Кэсси знала, что все это можно изложить более научным языком, но логика Джины пришлась ей по душе. Логика сама по себе прекрасна.

– Хорошо. О’кей. И что мне теперь делать?

Джина пожала плечами и поставила чашку на блюдце.

– Все очень просто. Потрахайся с Таком, и твое либидо угомонится.

Риз поперхнулась печеньем. Откашлявшись, она сказала Джине:

– Не очень хорошая мысль. Я своего кузена люблю. Парень симпатичный и пылкий. В таблоидах пишут, что он – настоящий дар божий для представительниц женского пола, но связывать с ним судьбу…

– Да не надо за него замуж выходить, – возразила Джина. – Не каждой надо замуж, Риз. – Она повернулась к Кэсси: – Используй его только для секса – а остальное выкинь из головы. Не очень он походит на предмет мечтаний сексуально озабоченной тридцатилетней гениальной ученой.

Кэсси млела от одной мысли, что окажется в постели с Таком:

– Может, дозу снотворного увеличить? И либидо ослабеет?

Марии погладила ее по голове:

– Не надо себя гробить, Кас. Парень симпатичный. Очень сексуальный.

Однако Кэсси все виделось по-другому. Почему ее тело так его хочет? Симпатичный или нет, но тупица редкий. О чем с ним говорить, если дойдет до близости? С Леном они обсуждали их исследования. А с ним на какие темы беседовать?

– Не представляю, как разденусь перед парнем, который не знает, что такое число пи. Ну почему он не гик? Вот с умницей можно было бы и сексом заняться.

Риз покачала головой:

– Он валял дурака? Да, Джина?

– Ага. Хотя… Кэсси говорила с ним очень доходчивым языком, простыми словами.

Риз вздохнула:

– Он всегда так прикалывается, когда его подозревают в тупости. – Она посмотрела на Кэсси: – Не упади со стула – что я тебе сейчас скажу, Кассиопея. Интеллект Така ничуть не ниже его самомнения. У него ученая степень по математике, а сейчас он работает в молодой калифорнийской компании. Они разрабатывают программы для статистики Национальной футбольной лиги. Он не гений, но и далеко не глуп.

Теперь настала очередь Кэсси заморгать:

– Математика? – Это же она – математик.

Риз кивнула:

– Он не только красавчик.

Марии выпрямилась:

– Что касается обаяния…

Джина и Риз тоже выпрямились:

– Что?

Кэсси оглянулась. Ни с того ни с сего. Она почувствовала его присутствие.

Она задышала глубже, пока Так пробирался к ним, чинно здороваясь с фанами. Это его широкая грудь, или узкие бедра, или светло-желтая рубаха поверх темных шорт заставили колотиться ее сердце? А может, его волнистые белокурые локоны – вьющиеся, какой бы длины они ни были?

Или на сей раз его высокий интеллект вызвал у нее желание прикоснуться к нему языком? Боже, она превращается в животное!

Кэсси быстро повернулась к столу, в голове у нее помутилось. Риз взглянула на Джину и Марии, которых ошеломила реакция Кэсси. Они видели свою подругу в возбуждении – но только не из-за мужчины.

– Доброе утро, леди. – Так остановился в метре от их стола. – Кассиопея… – промурлыкал он, садясь рядом с ней.

Он с улыбкой повернулся к ней. Кэсси совсем не походила на себя вчерашнюю. Волосы ее падали на плечи и лицо, макияж отсутствовал, и на ней было надето что-то мешковатое, скрывавшее линии тела, отчетливо видные накануне вечером.

Никакого лебединого изящества, точно.

Но ее серо-голубые глаза по-прежнему согревали его изумительной смесью ума и смущения, и ему жутко нравилась ее растерянность.

– Золушка снова со своей тыквой?

– Так! – воскликнула Риз.

– Что?! – Так невозмутимо посмотрел на свою кузину. – Я только хотел сказать, что Кэсси немного… по-другому выглядит сегодня утром.

Кэсси ничуть не задели его реплики. Ее никогда не волновало, как она выглядит. А сейчас заботило внутреннее ощущение.

Она видела ямочку на его горле, биение его пульса и с трудом сдерживалась, чтобы не прильнуть к нему тотчас же и не уткнуться в него носом.

Боже милостивый! Может, он и не так глуп, как ей думалось, но ее собственный IQ снижался с каждой секундой!

Все уставились на нее. Проклятье, скажи хоть слово!

– Зачем, когда у тебя ученая степень по математике, ты передо мной изображал из себя тупицу?

Так выстрелил взглядом в свою кузину.

– У-у, Риз, – промолвил он со своим потрясающим акцентом, – ты мне весь спектаклиус сорвала. Это не есть хорошо.

Кэсси, не обращая на них внимания, посетовала:

– Не пойму, почему ты так недооцениваешь свой интеллект.

Так не удивился. Да и как же ей это понять? С ее-то логикой и причинно-следственными связями. Как ей объяснить, какое это безумие, когда тебя считают тупицей. Конечно, она не нарочно, в отличие от других, делала из него дурака. Просто по неведению, поэтому он не судил ее строго.

– Ты бы позволила мне поцеловать тебе крепче, если бы знала, что я чуть умнее?

Кэсси подозревала, что так бы и было. Интеллект и феромоны – поистине адская смесь.

– «Крепче»? – спросила Джина, вскинув брови почти до линии волос.

– Он целовал тебя! – вскрикнула Марии.

– Ты целовал ее? – осведомилась Риз.

Кэсси обвела взглядом подруг. Они уставились на нее выжидающе. Так тоже смотрел на нее. А его феромоны по-прежнему накатывались на нее, лишая сил к сопротивлению. Надо было как-то от них избавиться.

И от него.

Она встала:

– Мне нужно поработать.

– О нет – подожди, Кэсси, – сказала Марии. – Ты не можешь дни напролет торчать в своем люксе за ноутбуком.

Так тоже не мог с этим согласиться. Вот если бы он торчал в ее номере рядом с ней и ее ноутбуком и мешал этой всезнайке работать… Такая перспектива нравилась ему гораздо больше.