Твои глаза - моя погибель - Люси Дейн

— Знаешь, что из одежды тебе нужно купить в первую очередь? — сказала Пэм на улице.

Мейда сразу оживилась: начинался разговор на приятную для нее тему. Об одежде она могла болтать часами.

— Что?

— Какую-нибудь юбку. В таком виде в картинную галерею не ходят.

Мейда скользнула по себе взглядом.

— А по-моему, вид у меня что надо!

— Замечательный вид, — согласилась Пэм. — Для пляжа. По городу я бы в таких шортах разгуливать не стала.

— Ты? — Мейда хихикнула. — Ясное дело! У тебя представления об одежде вообще... — Не найдя подходящего выражения, она лишь пошевелила в воздухе пальцами. Но в следующую минуту ее осенило: — Как у монашенки, вот! Взгляни на себя — разве так надо одеваться в городе, где по улицам бродят помощники режиссеров, выискивая, кого бы пригласить на кастинг?! На тебя они даже не посмотрели бы.

Пэм подумала, что, с точки зрения Мейды, действительно одета неважно — в очень простое льняное платье светло-кофейного цвета длиной до середины колена, без рукавов, со скромным круглым вырезом. На ногах белые туфли-лодочки на невысоком каблуке, сумочка в тон. Волосы распущены, как и у Мейды, но талии не достигают, всего лишь плеч.

— Дело в том, дорогая моя, — медленно произнесла Пэм, — что я, хоть тебе и трудно в это поверить, не ставлю перед собой цели понравиться какому-нибудь помощнику режиссера и попасть на кастинг.

Мейда ничего не ответила, только прерывисто вздохнула.

6

Они ходили по магазинам четыре с половиной часа, Пэм засекла время. В половине десятого вошли в первый бутик и в час дня, увешанные пакетами и коробками, покинули супермаркет на Вашингтон-роуд. К этому времени по настойчивой просьбе Пэм Мейда сменила шорты на юбку — белую с рисунком в виде обозначенных контурами хризантем. Топ остался прежним, но это было полбеды. По крайней мере в нем и в юбке Мейда могла отправиться в картинную галерею на встречу со своим Энди, после чего им предстояло вернуться в любовное гнездышко, на виллу в пригороде Лос-Анджелеса.

Пэм хотела было распрощаться с Мейдой возле супермаркета, но та уговорила ее зайти в галерею.

— Ну пожалуйста! — произнесла она умоляюще. — Ведь одной мне все это не дотащить!

Покупок действительно набралось немало. Конечно, можно было остановить такси, но добираться на нем до находившейся в двух шагах Парк-сквер не имело смысла.

— Так и быть, помогу тебе, — согласилась Пэм.

Надо сказать, не без тайного умысла: ей до чертиков хотелось взглянуть на суженого Мейды. Что это за бизнесмен такой, решившийся жениться на подобной девице.

Возле картинной галереи Мейда остановилась, вертя головой по сторонам.

— Погоди-ка, может, автомобиль Энди уже где-то здесь, тогда и в этот дурацкий Синий зал идти не придется.

Но ей не повезло, автомобиля не оказалось, по крайней мере поблизости.

— Тьфу ты! — процедила в сердцах Мейда. — Не приехал еще, наверное. Все-таки надо тащиться в галерею.

— Да не переживай ты так! — не удержалась Пэм. — Как знать, возможно, тебе там понравится.

— Ну да! — хмыкнула Мейда. — Понравится, как же. — Затем она вздохнула. — Ох, даже не верится, что еще неделька-другая, потом свадьба — и все, прощай вольная жизнь!

Пэм внимательно посмотрела на нее.

— Как-то невесело ты говоришь о предстоящем бракосочетании.

С пухлых губ Мейды слетел новый вздох.

— Откуда ж веселью взяться, если удавиться охота.

— Эй, ты это прекрати, — нахмурилась Пэм. — У тебя все хорошо, ты просто пока сама этого до конца не осознаешь.

Но Мейда отвернулась.

— Да понимаю я. Вон даже родная сестра мне завидует — мол, вот счастье привалило, за такого человека выходишь, будешь за ним как в сыре и масле кататься, как за каменной стеной.

— Сестра правильно говорит, — улыбнулась Пэм. — Только ты все перепутала.

Мейда мрачно воззрилась на нее.

— Что еще?

— Две пословицы вместе слепила. «Будешь за ним как за каменной стеной» — это одна поговорка. «Будешь как сыр в масле кататься» — другая.

— Ой, да какая разница... Мне теперь все равно, что стена, что сыр, что масло.

— Перестань, глупенькая! У тебя просто стресс. Говорят, у беременных часто случается. Но это обязательно пройдет. Вот родишь ребеночка...

— И конец моей киношной карьере. Так она и засохнет, не начавшись. — Мейда судорожно глотнула, будто пытаясь продвинуть застрявший в горле ком, и Пэм вдруг действительно посочувствовала ей.

Деревенская девчонка, приехала в большой город, где сразу все закрутилось, завертелось, опомниться не успела, а уже беременна и к свадьбе готовится.

Хотя... не сама ли Мейда это устроила? Так-то оно так, но не исключено, что она уже жалеет обо всех своих начинаниях.

— Брось, не говори глупостей. Тебе всего девятнадцать, у тебя вся жизнь впереди. Успеешь и ребенка родить, и актрисой стать.

Однако Мейда прикусила губу, глаза ее подозрительно увлажнились.

— Скоро уже двадцать. И еще погулять охота, а тут такое дело.

М-да, трудно, наверное, живется, когда имеешь столько желаний, подумала Пэм. Погулять охота, и замуж удачно выйти, и в кино сниматься — как все это объединить? Особенно первые два пункта: гулять и в то же время замуж выходить.

— А, так вот почему ты только что строила глазки продавцу из отдела кожаной галантереи!

— Он со мной заигрывал, — пробормотала Мейда.

Пэм могла бы поклясться, что Мейда смутилась — очевидно, сказывалось осознание скорой встречи с женихом.

— Ведь ты без пяти минут замужем, — усмехнулась она.

— Но продавец этого не знает.

Порой в высказываниях Мейды присутствовала железная логика.

— Ладно, идем смотреть выставку, — сказала Пэм и первая двинулась ко входу в картинную галерею.

Ей действительно хотелось посмотреть на выставленные работы, — почему бы не воспользоваться случаем, раз уж оказалась здесь? — но Мейда сразу потащила ее в Синий зал. Не иначе надеялась, что жених уже там. В этом случае сразу можно было бы ехать домой.

Однако надежды не оправдались, Энди в зале не оказалось. Пришлось Мейде бродить за Пэм от картины к картине. При этом она так натурально изображала — даже не скуку, нет — смертельную тоску, что Пэм готова была поверить в наличие у нее актерского таланта.

Правда, очень скоро на физиономии Мейды появилось совсем другое выражение. Вероятно, она вспомнила, что на ней новая юбка, потому что принялась усиленно покачивать бедрами и постреливать глазами по сторонам. К сожалению, ее ждало разочарование: все присутствующие рассматривали картины, а на нее внимания не обращали. Так что щегольнуть обновкой не удалось.