Шпионка против герцога - Дана Канра

Я кивнула, осознавая всю серьезность ситуации.

- К вам приставят служанку, ее зовут Бруна. Живет в соседней с вами комнате, при необходимости позвоните в колокольчик, - Фрина потянула за витой шнур, висящий на стене.

Я села на край кровати и невольно провела рукой по мягкому покрывалу, пока Фрина объясняла детали предстоящих встреч. В голове носилось множество мыслей: каковы будут мои соперницы, как я смогу понравиться герцогу? Эти вопросы терзали меня, и я пыталась сосредоточиться на словах Фрины.

Неожиданно дверь приоткрылась, и в комнату робко заглянула Бруна. Она была невысокой девушкой с мягким взглядом и доброй улыбкой. Я чувствовала, что с ней будет проще, чем с другими. Бруна сразу занесла мои вещи, оставленные перед входом в комнату.

- Чего пожелает госпожа?

Пока со служанкой повезло, она хотя бы видит во мне знатную девицу. Я ненадолго задумалась и ответила вполголоса:

- Пусть приготовят ванну.

Бруна немного замялась, потом улыбнулась как-то испуганно, и вжала голову в плечи.

- Хорошо, госпожа. Я принесу теплый халат и еще одно покрывало.

Когда Фрина пожелала мне доброй ночи и ушла, я поняла, в чем дело. В талнорском замке было ужасно холодно. Поначалу я этого не заметила, но потом обнаружила себя трясущейся от лютой стужи. Бедная Лоиз просто обняла себя руками и молчала, а я обреченно подумала, что неплохо бы сбежать отсюда.

Но уже поздно. Я являюсь претенденткой, от этого не скрыться.

Пока мы с Лоиз разбирали вещи, служанки успели приготовить в купальне горячую ванну, и я, кивнув компаньонке, быстро ушла туда. Она заверила меня, что вымоется в купальне для слуг, и в самом деле ушла, куда ей указала Бруна, и на моем сердце стало спокойнее. Это правильно – надо и о себе подумать.

В купальне меня окружила атмосфера уюта. Забыв о тревогах и будущих соперницах, я наслаждалась тишиной. Мягкое мерцание свечей, расставленных ванны, на специальных подставках, создавало приятное освещение, а воздух наполнял запах лаванды. Подошла Бруна, желающая вымыть мои волосы, и я попыталась ей отказать. Хотелось побыть в одиночестве.

- Простите, госпожа, но лучше это сделать, пока не очень холодно, - пробормотала она виноватым голосом. – Если вы простудитесь с мокрой головой, это плохо повлияет на отбор.

- Хорошо, - я вздохнула. – Ты – северянка, делай, как сочтешь нужным.

Скованно улыбнувшись, Бруна приступила к делу.

Спокойствие момента нарушалось лишь тихим плеском воды и приглушенным звуком движений Бруны. Я закрыла глаза, позволяя себе погрузиться в приятные воспоминания о лете, когда солнечные лучи приятно ласкали кожу.

- Вы очень напряжены, - заметила вдруг служанка, стараясь сделать процесс более легким и неторопливым. – Расслабьтесь. Скоро всё будет позади.

Я усмехнулась, открыв глаза. Да, жизнь продолжится, но мысли о соперницах все равно тяготили меня, заставляя сердце биться быстрее.

Бруна потянулась за флаконом мятного масла и, капнув его в ладонь, бережно помассировала мои виски. Стало приятно и спокойно, но… теперь меня не покидали мысли о герцоге. Какой он? Его предки, чьи портреты я успела увидеть, были голубоглазыми брюнетами и шатенами, а вот среди прабабок попадались и светловолосые дамы.

Вспоминая портреты, я пыталась представить, каким будет герцог. Возможно, высокий и статный, с аристократическими манерами, или, наоборот, непринужденным и легким в общении. Мысли о его присутствии вызывали у меня странное волнение, как будто он уже наблюдал за мной издалека. Бруна продолжала массаж, и я почувствовала, как напряжение медленно уходит, уступая место теплой безмятежности.

- Вы думаете о герцоге? - спросила она, словно прочитав мои мысли.

Я кивнула, вновь закрыв глаза. Слова Бруны оказались верны: желание узнать о нем перевешивало все страхи.

- Нет, - ответила хладнокровно. – Я думаю о победе в отборе.

Глава 4

Ночь в новом месте прошла под покровом безмолвия, без сновидений, и, проснувшись до рассвета, я несколько минут безмолвно созерцала черный потолок. Закрыв глаза, я глубоко вздохнула, пытаясь смириться с безрадостной действительностью. Я находилась в замке герцога Дальгора, на положении невесты или пленницы – это вскоре станет очевидным. Хотя я подозревала, что другие девушки будут наслаждаться привилегиями, недоступными аранийкам. Ничего удивительного: в прежние времена аранийцы нередко совершали нападения на северные приграничные города и села, а иногда похищали людей из западных областей и даже из столицы. Поэтому фиаламцы не испытывают особого восторга по отношению к нам.

Я взглянула в ту сторону, где на низенькой кровати тихо посапывала Лоиз.

Поднявшись с кровати, осторожно, чтобы не разбудить компаньонку, я шагнула к окну, чтобы заглянуть в таинственную темноту за стеклом. Лунный свет, пробивавшийся сквозь облака, освещал затерянные внизу улочки замка. Каждый шорох за стенами казался зловещим, и я ощутила, как моего сердца касаются холодные пальцы отчаяния.

Вдруг из коридора донесся приглушенный разговор. Я замерла, прислушиваясь. Голоса звучали, как будто обсуждали что-то важное. Любопытство подтолкнуло меня к двери, и я осторожно приоткрыла ее. Тихая беседа, наполненная смехом и ехидными злыми словами, шелестела в ледяном воздухе.

- Аранийка… - прошептал женский голос с ехидцей.

Это слово прозвучало как приговор, и в моей душе немедленно вспыхнула злость.

Если я сейчас промолчу, то не смогу противостоять этим надменным девицам в дальнейшем. Как тогда, на балу в Эруме. Поэтому я храбро шагнула им навстречу, босиком по ледяному каменному полу и в одной ночной сорочке. Впрочем, на моей репутации это никак не скажется – все они были одеты примерно так же.

Я сделала шаг за порог, и меня окутал холодный воздух, но это не остановило моей решимости. В коридоре стояла группа девушек, окружавших одну из них – высокую блондинку с пронзительным синим взглядом, которая, очевидно, была здесь главной.

- Аранийка, посмела нарушить наше спокойствие? — произнесла она с насмешкой, обнажив белоснежные зубы.

Вокруг нее раздался тихий смех, но мне было не до этого.

- Аранийка хочет знать, почему вы смеете так себя вести, - произнесла я холодно, глядя на нее сверху вниз.

- Потому что мы не аранийки, - ответила нагло девица, но сделала маленький шаг назад, явно уловив во мне угрозу. – Меня зовут Эвиана Фельнер, мою дорогую кузину, - она обняла рыжеволосую крепышку с зелеными, презрительно сощуренными глазами, - Анселма Штенцель. Обе мы – урожденные северянки. Остальные – смешанных кровей,