Счастье от-кутюр - Нина Харрингтон

Хэл кивнул.

— А это для чего? — Он указал на мелкоячеистую решетку, увитую декоративными розами и летними цветами.

— Это ширма, — ответила она слишком быстро, и Хэл нахмурился.

Мими совершенно забыла о ширме и стоявшей за ней односпальной кровати, на которой когда-то лежала ее больная мать. Мими продолжала работать в магазине и студии и одновременно ухаживала за мамой.

Молодая женщина отвернулась от Хэла и погладила пальцами ширму. Закрыв глаза, она вздрогнула от сожаления и скорби.

— Если ты не против, я поверну ширму другой стороной, а то она слишком яркая. Кровать можно оставить, — заметил он.

— Да, ты прав, — быстро согласилась она, совладав с эмоциями и улыбнувшись, но не смея взглянуть ему в лицо. Вместо этого Мими прошла вперед и стала открывать двери, и только в этот момент поняла смысл слов Хэла. — Извини, я не расслышала. Ты сказал, что кровать можно оставить?

— Конечно. Обычно я сплю в палатке, но разбить палатку в студии не удастся. — Хэл дважды стукнул тростью по полу и оперся на нее немного тяжелее обычного, чтобы усилить трагический эффект. — А ты была в квартире моей сестры? Там два лестничных пролета. Лифта нет. Сегодня утром мне понадобилось десять минут, чтобы спуститься вниз. Мне нужно где-то остановиться, а здесь идеальное место: первый этаж, кровать, ванная комната.

— Разве не проще снять номер в отеле?

Хэл почесал затылок:

— По правде говоря, последние пять месяцев я провел либо на больничной койке, либо в инвалидном кресле. Я постоянно находился в небольшом замкнутом пространстве. Потом долго не выходил из дому. Частенько появляется ощущение, что на меня давят стены. — Он махнул рукой в сторону солнечного внутреннего дворика, который был виден сквозь открытые двери. — Я обожаю Поппи, но ее квартира и офис слишком малы для меня, в них я задыхаюсь. То же самое я испытываю и в лондонских отелях. Извини, я говорю бестолково, но мне нужно большое помещение с высокими потолками, где много воздуха. Тебе это кажется странным?

Мими присела на край стола, лицом к Хэлу. Ему показалось, что прошла вечность, прежде чем она ответила:

— На самом деле я тебя понимаю. Конечно, тебе нелегко подниматься по лестнице и жить в маленькой лондонской квартире. Но я должна предупредить тебя, что в студии бывает очень многолюдно и шумно. — Она чуть выше подняла подбородок и посмотрела на Хэла в упор.

Он оперся о стол, облизнул верхнюю губу, и его голос зазвучал на октаву ниже:

— Я оказался на неведомой территории. У меня имеется место для ночлега, мой верный фотоаппарат и две карты памяти для него. Я готов ко всему.

— А здесь мы видим настоящее произведение искусства, одно из лучших на сегодняшней выставке. Как я понимаю, эта модель была разработана студентами колледжа моды и дизайна. На этикетке написано: «Шелковый кружевной жакет ручной вязки с вышивкой шелковым муаром». И как именно вы бы охарактеризовали этот предмет одежды, мисс Райан? Я уверен, что нашим читателям было бы интересно узнать о концепции дизайна.

Мими терпеливо улыбнулась журналисту из ведущей лондонской газеты, который прибыл через несколько минут после открытия студенческой выставки:

— Я с удовольствием отвечу на ваш вопрос, Пол. Как вы можете видеть, прообразом данного жакета явился классический японский хаори. Студия дизайна специализируется на сложном ручном вязании. Идея заключалась в том, чтобы создать в жакете эффект трехмерности за счет ручной кружевной вязки и вышивки, выполненной шелковым муаром контрастного цвета. Подкладка жакета — муаровый шелк с нашитыми на нем серебристыми цветами. Вязание, вышивка и пошив подкладки выполнялись разными группами студентов, поэтому данная модель может считаться уникальной.

Как только Мими произнесла последние слова, в студии появился Хэл Лангдон. Он приблизился к жакету, о котором шла речь, и замер как вкопанный. Пол отправился фотографировать экспонаты и брать интервью у студентов.

— Тебе нравится? — спросила Мими, глядя на ошеломленное лицо Хэла.

Он и не догадывался, сколько времени ей пришлось потратить, чтобы доказать сначала своим преподавателям в колледже моды и дизайна, а затем всем остальным, что ее одежда обладает неповторимым стилем и создается по уникальной технологии.

Хэл ничего не знал ни о ее прошлом, ни о ее родстве со знаменитыми дизайнерами одежды. Это означало, что его мнение будет абсолютно беспристрастным и откровенным.

Он медленно обошел жакет вокруг и встал рядом с Мими.

— Каково твое мнение? — нетерпеливо повторила она, не в силах скрыть разочарование в голосе. — Ты наверняка заметил, что этот жакет можно носить как вечером, так и в течение дня. Он подойдет как женщине среднего роста и нормального телосложения, так и высокой худой модели.

— У меня вопрос, который поможет мне выработать свое мнение. Позволишь? — Он поднял голову и взглянул на Мими, ожидая одобрения.

Она развела руки в стороны:

— Пожалуйста.

— Ты сказала журналисту, что за основу замысла взята японская одежда. Ты ездила в Японию для изучения культуры и искусства этой страны? Ты сама видела традиционную одежду?

— Мне не повезло. Я выезжала из Лондона всего однажды, когда мне было четырнадцать лет. Я провела лето в Милане. Мне не понравилось жить в другом городе, поэтому я решила больше никуда не ездить. Культуру и искусство Японии я изучала во время походов по местным музеям, чтения книг и поиска информации в Интернете.

Хэл открыл рот и округлил глаза.

— Одна поездка в Милан? — сказал он недоверчиво. — Ого! — Затем он расправил плечи и поклонился Мими так низко, как только позволяла больная нога. — В таком случае, мисс Райан, я вдвойне под впечатлением. Я жил в Японии в течение нескольких месяцев, но так и не сумел проникнуться духом традиционной японской одежды. Вам это удалось. Поздравляю! Я действительно в восторге.

Взмахнув правой рукой, Хэл подмигнул Мими.

Она уставилась на него, разинув рот от удивления. Меньше всего она была готова услышать такой отзыв. К своему стыду, Мими поняла, что густо покраснела, а к горлу ее подступил ком.

«Ему понравился жакет. Ему он очень понравился», — повторяла она про себя. — Ну спасибо. Ты очень добр.

— Я говорю о том, что вижу, — ответил Хэл небрежным тоном и, опершись на трость, снова повернулся к жакету. — Только не могла бы ты сделать мне одолжение? — Он кивнул Мими и улыбнулся. — Пожалуйста, не показывай этот жакет моей сестре, если только у тебя нет второго экземпляра. Она оторвет мне голову, если узнает, что я видел на выставке такую эксклюзивную модель и не купил ее. Я не думаю…

Мими вопросительно подняла брови и искренне рассмеялась:

— Продать жакет я в любом случае не могу. Он был изготовлен студентами за одну неделю в единственном экземпляре. Но я могу сделать такой жакет в подарок Поппи. Как ты на это смотришь?