Ночь безумной любви - Ронда Бэйс

— Черт! Черт!! Черт!!! — Клементина была в бешенстве.

Все три теста показали, что она беременна.

Что теперь делать?..

Герберт должен приехать сегодня…

Клементина задумалась. Конечно, Роджер ей подошел бы больше. Но, с другой стороны, они всегда могут остаться любовниками. А Герберт… Сколько ему еще осталось? И ведь после его смерти Клементина станет богатой и независимой. Даже после развода, она была уверена, ей удастся выцарапать солидное содержание для себя и для ребенка.

Герберт наверняка обрадуется тому, что станет отцом и осыплет ее всяческими благами. Конечно, он и сейчас не особенно скупился, но теперь… Клементина улыбнулась. Да, она станет настоящей королевой. И никто больше не посмотрит на нее косо.

Деньги Герберта уже мелькали у нее перед глазами, и Клементина уверилась, что все идет хорошо.

Она выкинула тесты и вернулась в спальню, улеглась поверх пушистого пледа на кровать, блаженно закрыла глаза. Если она правильно разыграет свою партию, Герберт будет носить ее на руках. И очень скоро она станет довольно обеспеченной женщиной, которой уже не надо бояться за завтрашний день.

И какая разница, кто отец ребенка?..

Теперь она знала, что делать, и готова была начать.

Хлопнула входная дверь.

— Милая, я дома!

Клементина вскочила из-за стола, за которым сидела в ожидании Герберта. На ней было красивое платье из полупрозрачного шифона, широкий пояс, проходящий под грудью, и глубокий вырез лишь подчеркивали ее соблазнительные формы. Изящные туфельки на высоком каблуке завершали привлекательный облик Клементины.

Да, она знала, как получить первые баллы в копилку своей победы.

— Привет, любимый! — Клементина, словно золотистое облачко, выпорхнула из гостиной и, обняв Герберта, поцеловала его в губы.

— Ты сегодня просто обворожительна! — прерывающимся голосом заметил он.

Клементина мысленно удрученно вздохнула, понимая, что предстоит та еще работенка. Но она быстро воспрянула духом, так как вспомнила, что Герберту не надо многого и секс раз в неделю его вполне устраивает. А значит, и ее устроит тоже. Тем более чуть позже, когда живот начнет расти, она вполне может сослаться на беременность, и тогда между ними ничего не будет долгое время.

Клементина торжествующе улыбнулась.

— Я старалась для тебя, моя радость, — проворковала она, беря Герберта под руку и ведя его в гостиную.

— Может быть, я сначала приму душ с дороги? — растерянно предложил он.

— Ну что ты, милый, — возразила она. — Мы сначала перекусим, а потом примем душ вместе.

— Звучит заманчиво, — хохотнул Герберт.

Клементина мысленно вздохнула. Конечно, заманчиво. Это один из любимых его видов занятия любовью. Только ей, Клементине, в душе было тяжелее с ним справиться. Но сегодня игра стоила свеч.

Клементина хотела, чтобы, когда Герберт будет полностью удовлетворен, новость о ребенке лишь добавила бы ему радостных ощущений.

А для этого необходимо было постараться. И, черт побери, она готова это сделать!

— Ох! — Герберт сел на кровать и выразительно посмотрел на Клементину. — Ты сегодня превзошла самое себя! — с одобрением заметил он.

— Да, я знаю. — Накинув на обнаженное тело шелковый халат, Клементина с едва заметной брезгливостью оглядела его дряблое тело.

Ей пришлось очень постараться.

И она вдруг поняла, что если выйдет замуж за Герберта, то ей придется стараться еще неизвестно сколько времени. Не поторопилась ли она? Может быть, надо отказаться от первоначальной затеи и все переиграть?

Клементина понимала, что жизнь загнала ее в тупик. Конечно, можно сделать аборт, но она пойдет на эту крайнюю меру только в том случае, если использует все возможности по заманиванию в свои сети богатого мужа и так и не получит его.

Герберт приложил пальцы к запястью, посчитал пульс, нахмурился.

— Что-то стар я становлюсь для таких игр, — неодобрительно заметил он.

Клементина бросила в его сторону короткий взгляд.

Может быть, еще раз заставить его испытать оргазм, тем самым ускорив процесс? Но она тут же отбросила эти мысли. Не такая уж она и кровожадная, да и Герберт еще не женился на ней.

Улегшись на кровать, Клементина посмотрела на спину своего любовника.

— А у меня для тебя новость, — заметила она бархатным голосом.

Герберт заинтересованно обернулся.

— Вот как? — Он улыбнулся. — Надеюсь, приятная?

— Несомненно! — Клементина многозначительно посмотрела на него.

— Ну рассказывай. — Герберт лег на свою половину кровати, даже и не подумав прикрыть свою наготу.

Клементине стоило значительных усилий ничем не показать негативные эмоции, которые вызывало в ней его обнаженное тело.

Подтянувшись на руках, она нежно поцеловала Герберта в губы.

— Ты скоро станешь папочкой, — прошептала она. — Разве это не здорово?

Герберт нахмурился, вперил в нее немигающий взгляд.

— С кем ты трахалась, дрянь, пока меня не было?! — рявкнул он, схватив ее за руки, да так крепко, что Клементина вскрикнула от боли.

— Отпусти меня! — закричала она, вырываясь. — Придурок! Ни с кем я не спала! — С трудом освободившись, она проворно отползла на другой край кровати и уселась там, сердито уставившись на Герберта. — Что за чушь ты несешь! У меня никого нет, кроме тебя!

Герберт поднялся, натянул трусы, надел халат — в одежде он чувствовал себя более защищенным — и только после этого вновь посмотрел на Клементину.

Она все еще сидела на кровати и вызывающе смотрела на него.

Герберт горько усмехнулся. Как же она хороша… И как жаль с ней расставаться. Но он не терпел предательства. А Клементина предала его, да еще и не собирается признаваться в этом.

— Этот ребенок не от меня, — тихим, но твердым голосом заявил он. — Потому что я не могу иметь детей. Я бесплоден.

Клементина шумно вдохнула воздух. Вот это действительно неожиданность!.. Она молча смотрела на Герберта, ожидая, что он скажет дальше.

— Ты разочаровала меня, Клементина. — Герберт невесело усмехнулся. — Будет лучше, если ты соберешь свои вещи и покинешь мой дом.

Глаза Клементины широко распахнулись.

— Герберт! Что ты говоришь?! — Она изобразила искреннее удивление. — Поверь, это твой ребенок! Во всяком случае, я ни с кем не спала! — Она умоляюще посмотрела на него. — Герберт! Ты не можешь быть таким!

Он вздохнул.

— Не заставляй меня показывать тебе медицинскую справку о том, что я не способен к воспроизведению потомства, — зло проговорил он.