Прочь сомнения! - Пегги Морленд

Ранчо «Разбитое сердце»

1988

Сэм загнала грузовик в сарай, включив стоп-сигналы, чтобы хоть что-то увидеть в кромешной темноте. Выбралась из кабины еле живая от усталости. Со стоном положила руки на поясницу, ноющая боль после семи часов езды мало-помалу стихала. Путешествие из Оклахомы в компании только верного скакуна и радиоприемника показалось долгим и скучным.

Но Сэм не впервой было выдерживать такие поездки. В шестнадцать лет она получила водительские права, и отец сразу же передал ей ключи от грузовика, а также расписку, что отныне он не будет вмешиваться в ее управление грузовиком, равно как и в любые действия, которые она собирается осуществить в своей жизни. Если дочка захочет стать чемпионом страны, то пусть делает это в одиночку. Так сказал папа. И добавил, что у него нет на это времени.

Ничего странного. У Лукаса Макклауда редко находилась свободная минутка для дочерей.

Еще накануне вечером Сэм надеялась, что у нее найдется попутчик. Ведь дорога домой была такой долгой. Старшая сестра, Мэнди, вроде бы собиралась съездить с ней в Оклахому, но, занятая ребенком и домом, не могла отлучиться. Мередит... Сэм фыркнула, представив себе, с какой неохотой младшая сестра будет плестись за ней следом. На родео неженка, конечно, упадет в обморок. Сидеть рядом с ковбоями, пачкать туфли в грязи или, не дай бог, сломать ноготь... нет, это не для Мередит!

Сэм, вздохнув, побрела к задней части кузова, открыла задвижку на дверях, выдвинула и опустила тяжелый скат.

– Выходи, Скитер, – тихо окликнула она чалого коня. – Мы приехали. – Просунув руку под недоуздок, девушка поправила поводья, и скоро ее любимец оказался на твердой земле.

Хорошо бы включить верхние лампы, но тогда занервничают другие лошади. Сэм вела Скитера вдоль темного прохода, ориентируясь по памяти и лунному свету. Открыла стойло, отстегнула уздечку.

– Спокойной ночи, Скитер, – шепотом пожелала она, любовно поглаживая шею лошади. – Увидимся утром.

Стоило Сэм закрыть ворота и опустить щеколду, как из темноты, прямо перед ней, возникла мужская фигура. Она готова была закричать, но тут узнала Рида Уэстера, одного из помощников отца. Девушка с облегчением вздохнула.

– Рид, ты напугал меня до смерти. – Сэм прижала руку к колотящемуся сердцу.

– Что-то ты разнервничалась сегодня, – ухмыльнулся он.

Девушка несколько раз глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. Она терпеть не могла этого Рида. Он имел привычку смотреть так, что по коже начинали бегать мурашки.

– Напротив, тебе удалось меня развеселить, – невозмутимо заметила она, пытаясь обойти Уэстера. Хотелось поскорее добраться до дома. Но он преградил ей дорогу. Сэм остановилась, вздернув подбородок.

– Как прошли скачки в Гатри?

– Не уверена, что блестяще, хотя результаты будут известны только завтра. Но когда я уезжала, мое время было самым лучшим. – Сэм откинула со лба прядь волос. – Извини, я устала.

– Конечно, после долгой поездки и всего прочего. – Рид взял руку Сэм и провел пальцами от локтя до запястья. Стало щекотно, она вдохнула противный запах дешевого виски и поежилась. – Хочешь, сделаю тебе массаж? Спина сразу пройдет. Хочешь?

Сэм, разозлившись, вырвалась из его объятий. И, пробормотав:

– Не утруждай себя, – побежала прочь.

Рид крепко схватил беглянку за руку и, прежде чем девушка успела вырваться, развернув лицом к себе, толкнул ее к стене конюшни. Резко заведя руки строптивой девчонки за спину, он сжал оба ее запястья.

– Разве это дело, Сэм? – Ковбой высокомерно усмехнулся. – Думаешь, если ты Макклауд, то можешь задирать нос?

Его глаза пылали такой ненавистью, что она похолодела от ужаса и попыталась отстраниться как можно дальше.

– С чего... – пробормотала Сэм, – с чего ты это взял? Я просто устала.

Рид еще сильнее прижал ее к холодным доскам.

– Я не очень тебя задержу, – тоном, не предвещающим ничего доброго, пообещал он. – Рид Уэстер знает, как заставить женщину забыть обо всем. Или почти обо всем.

– Отпусти, Рид, – взмолилась Сэм, пытаясь освободиться.

– Давай, сопротивляйся, Сэм. Признайся, ведь ты сама мечтаешь... Твоя маленькая круглая задница несколько месяцев не выходит у меня из головы. Хватит ломаться.

– Нет! – в ужасе закричала она. – Нет! Пожалуйста, Рид, дай мне уйти.

Она чувствовала на своей шее его хриплое, тяжелое дыхание.

– Однажды ты ехала на Скитере, сжимая голыми ногами бока жеребца. Я частенько представлял потом, как ты сжимаешь ногами не его, а мои бедра, – сипел Рид в самое ухо. – Признайся, что это и твоя тайная мечта.

Не дожидаясь ответа, он начал целовать ее, царапая жесткой щетиной нежную кожу. Запах виски и пота усилился. Еще немного, и Сэм станет дурно. Борясь с подступающей тошнотой, она судорожно пыталась сообразить, как вырваться от этого чудовища. Непростая задачка. Все мужчины, работающие в «Разбитом сердце», разошлись по своим домикам и давно спят. Но если кричать погромче...

– Рид, отпусти меня! – Сэм пыталась освободить руки. – Иначе, клянусь, я закричу, и сюда сбегутся все горячие головы «Разбитого сердца».

Он быстро перехватил левой рукой оба запястья Сэм, а правой так же быстро закрыл ее рот.

– Попробуй только, – угрожающе прошептал Рид, убрал руку и тут же впился в ее губы своими противными губами.

Сэм плакала, от страха превратившись в стальной комок. Нет, нельзя уступать Риду. Лучше умереть. Собрав воедино остатки сил, она оттолкнула негодяя и тяжелым ботинком ударила в пах.

Ковбой застонал от боли, однако не разжал цепких рук.

– Ты!.. – взвизгнул он, еще сильнее придавив ее своим весом.

Но Сэм не собиралась сдаваться. На этот раз девушка укусила его за щеку. Взвыв, Рид отпрянул и некоторое время удивленно изучал Сэм. Потом зло прищурился и с силой сжал ее грудь, с ухмылкой наблюдая, как из глаз Сэм льются слезы.

– Тебе же нравится грубое обращение, – прорычал он, стискивая рыдающую Сэм еще сильнее.

Девушка запрокинула голову, всеми силами стараясь вырваться из цепких лап насильника и убежать от этого унижения и боли. Но что она могла сделать? Рид был намного сильнее.

«Господи, пожалуйста, не допусти, останови его», – молилась она про себя.

О, чудо, Рид ослабил натиск. Сэм заметила, что его глаза потемнели, а на губах заиграла демоническая улыбка.

– Долго же я ждал. – Он просунул большой палец в вырез ее ковбойской рубашки. Сэм поморщилась: прикосновение заскорузлой ладони вызывало брезгливость и отвращение. – Посмотрим, что у тебя там. – Парень хохотнул. Потом провел рукой ниже, пуговицы дождем посыпались на грязный пол. Больше всего Сэм хотелось сейчас исчезнуть, раствориться в дощатой стене конюшни.