Истинная зайка для ректора - Анна Флор

Анна Флор

Истинная зайка для ректора

Глава 1

— У вас очаровательный хвостик, адептка, — доверительно шепчет тот, чье имя и звание принято произносить с благоговейным страхом. Он чуть подается ко мне. — И уши.

Ошарашенно смотрю на генерала, и не сразу доходят его слова.

Опомнившись, медленно убираю руки с его плеч. Инстинктивно я успела обхватить своего спасителя, когда упала ему прямо в руки.

Чем ему мои уши не понравились? Нормальные такие человеческие уши!

— А ещё очень выразительные... — генерал Д'Альерри делает паузу, и его взгляд скользит вниз к моей груди. — Глаза.

Стыдливо прикрываю грудь рукой. И, к ужасу, ощущаю под ладонью не плотную ткань рубашки или пиджака униформы, а свою кожу! Абсолютно голую кожу!

Тут же кровь приливает к лицу, а перед глазами от стыда ещё и темнеет!

О Многоликий! Я обнаженная! Какой позор! Да ещё и перед великим генералом черных драконов!

Округлив глаза, ощущаю нестерпимое желание провалиться сквозь землю. Так стыдно мне ещё никогда не было!

— Отвернитесь, — выдавливаю из себя сипло.

Он едва наклоняет ко мне голову и с долей сарказма произносит, понижая голос:

— Уже поздно прикрываться, зайка. Пятикурсники все успели рассмотреть за секунду до того, как я укрыл тебя завесой тьмы. Можешь меня не смущаться. Генерал, как и целитель, существо бесполое. Пока не доходит дело до спальни.

И в его глазах я остро вижу отблеск усмешки. Взгляд мужчины становится пылающим. Но он тут же бережно ставит меня на ноги и, сняв мантию со своих плеч, накидывает на мои. Я хватаюсь пальцами за теплую накидку и застёгиваю ее тут же на груди.

— Видимо, меня забыли предупредить об осадках в виде обнаженных адепток, — невозмутимо произносит генерал Д'Альерри, пытливо рассматривая мое лицо. — И часто вы, милая леди, бегаете обнаженной по карнизам академии? А потом падаете в руки порядочных генералов драконов.

Вертикальные зрачки в красивых янтарно-синих глазах выглядят по-звериному красиво. А от мужчины, который меня поймал, очень приятно пахнет свежестью и мускусом.

Я настороженно смотрю на смутно моего вынужденного спасителя — главнокомандующего генерала драконьей армии империи. Генерала Родгара Д'Альерри остерегается всё королевство.

Конечно, если ты умен и под твою дудку готов плясать даже император, лишь бы не ссориться с тобой, то явно ты невольно ощутишь, что весь мир у твоих ног. Только украшением этого высокородного являются невыносимый характер, невероятная сила и уверенность, что жалкие людишки — ошибка природы, а он, как представитель черных драконов, венец природы.

Но, что он делает в нашей академии?!

Невольно рассматриваю мужчину во всей его красе: мускулистое, но поджарое тело, белая рубашка, статность и прямая осанка говорят о его силе и уверенности. А вот холодные и равнодушные глаза не дают распознать истинные эмоции.

Правильные черты лица, даже аристократично красивые. Лёгкая щетина придает харизмы и брутальности, а уж сведенные к переносице густые черные брови и вовсе добавляют жёсткости во взгляд мужчины

На вид ему не больше тридцати пяти лет. Темные волосы слегка взъерошены, а челка падает набок. С крепких широких плеч вошедший небрежно сбрасывает темно-серую накидку и швыряет в кресло.

Оглядевшись, замечаю, как возле нас уже собирается толпа из любопытных студентов.

Окружившие адепты Нордленда откровенно пялятся на нас. Кажется, если прислушаться, можно услышать их перешептывания.

Даже не знаю, что вызывает у них ужас и восторг одновременно. Моя внезапная нагота? Или то, что великий и ужасный главнокомандующий генерал драконьей армией Родгар Д'Альерри — в нашей академии? А может быть, что-то ещё, о чем я пока не знаю?

— В следующий раз, адептка, включите в свой рацион не важные документы из ректората, а овощи. И вам полезнее, и мне проблем меньше, — сменив тон на убийственно ледяной, произносит генерал Д'Альерри.

Взглядом подзывает кого-то за моей спиной, пока я неловко топчусь босыми ногами по каменной плитке.

— Адептка Грин, я вас поздравляю! — радуется магистр по трансформации, подоспевший к нам.

Профессор одаривает меня широкой улыбкой и, приобняв за плечи, ведёт к общежитию.

— Что произошло? — крепче хватаюсь за спасительную мантию.

— А что вас удивляет? — в свою очередь, спрашивает магистр.

Помимо того, что я сверкнула своей наготой и почему-то была в облике кролика? Да ничего особенного. Обычный понедельник любого мага.

— Ваша первая трансформация! Вы ведь из Лирии! А в нашей империи все лирийцы открывают в себе тотемное животное. Видимо, почва так влияет, разряженный воздух, — разводит руками магистр. — Вероятно, это произошло во сне или как следствие эмоционального потрясения, — поясняет пожилой профессор. — Но тем не менее сердечно рад! Хорошо, вы не расшиблись. Кстати, вы пропустили мою пару позавчера, адептка Грин.

— Я буду посещать все ваши пары впредь, — заверяю тут же, ругая Федерико, из-за которого я прогуляла лекцию.

— А я рекомендую вам посещать ещё и медитацию. А не ректорский кабинет, — добавляет жёстким тоном генерал Д'Альерри за моей спиной.

И этот непреклонный тон вызывает мурашки по спине.

Ох и жуткий тип этот генерал! И слух у него как у дракона! Надеюсь, мне больше не придется с ним встречаться.

Глава 2

Несколькими минутами ранее...

Почесав за ухом задней ногой, я переминаюсь с ноги на ногу и с аппетитом доедаю очень вкусный кусочек бумаги.

Оказывается, письменный стол ректора с глянцевым покрытием — самое удобное место.

А бумага, по плотности напоминающая пергамент, очень похожа по вкусу на морковь. А я люблю морковь!

— О, с какой радостью я бы сейчас съела морковь, — бормочу я, но вместо собственного голоса слышу невнятный писк.

Испугавшись, дергаюсь в сторону и носом утыкаюсь в глянцевое старинное зеркальце-артефакт, стоящее на столе.

Из него на меня смотрит кроличья белая морда с фиолетовыми глазами. Очень испуганными круглыми глазами. Розовый носик аккуратно поддергивается в такт жеваниям. Приоткрываю рот, и из него выпадает пожеванный кусочек пергамента.

— А-а-а-а! — ору во всё горло, но вместо крика опять этот пугающий писк!

Почему я — кролик?!

Испытав испуг, откусываю другой кусочек пергамента. Очень вкусный, надо сказать. И продолжаю жевать, глядя на свое (мое ли?!) отражение.

Дверь кабинета отворяется, с грохотом отскакивая от стены.

— Бардо, — произносит холодный мрачный голос, и в тускло освещённое помещение входит красивый мужчина в черно-алом мундире с золотыми нашивками.

— Да, мой господин, — шелестит тихий жуткий голос, и за красавчиком входит... умертвие.

Говорящее умертвие. Которое заискивающе смотрит на красавчика!

— Пройдись