Медвежий Яр. Часть 2 - Алёна Берндт

Алёна Берндт

Медвежий Яр. Часть 2

Часть 2.

Глава 36.

– Мне не нравится этот твой Пашка! – говорила Наташа дочке, – Вот где он работает? Люди работают, а он только и делает, что болтается с такими же как он!

– Мам, ну что ты, – отвечала Шурочка, – У ребят свой бизнес, они держат несколько ларьков. Что в этом плохого? Коммерсанты, сейчас есть такая профессия.

– Спекулянты – вот как это называется! А то я не знаю, что это за работа, у такого же ночами работаю! Купил подешевле, продал подороже! Еще и учит меня – говорит, если видишь, что человек пришёл ночью, да еще и поддатый, так всучивай ему побольше всего! Вот что это – выманивать у людей последние деньги? Ну что, выпивши человек пришёл, так он от семьи оторвал, принёс в этот ларёк! Коммерция, говоришь? А я говорю – спекуляция! – Наташа сердито топнула ногой и глянула на дочь.

– Мам, сейчас ведь все так живут! – Шурочка пыталась как-то оправдать своего кавалера, – А вот и ты сама – торговый работник, разве не на этом принцип торговли построен? Товар продаётся с наценкой, всегда так было… Мамуль, что ты так на Пашку за это сердишься? Времена такие, все сейчас живут по-новому, профессии и дела новые осваивают!

– Спекулянт – это не профессия! – продолжала сердиться Наталья, – Вот ты сама, пошла в техникум учиться, будешь бухгалтером. Фёдор у Лизаветы, несмотря на все трудности, а лесотехнический окончил и работает лесником. Да еще и переводы какие-то там делает, еще какое-то занятие с московским своим знакомым обсуждает, всё на почту ходит, переговоры заказывает. Собирается за какой-то новой техникой в Москву ехать! А Пашка твой что? Я и говорю – спекулянт! На порог его не пущу, даже не думай! И тебя увижу с ним, дома запру, будешь у меня под конвоем на учёбу ходить!

– Мааам!

– Не мамкай! Я тебе добра желаю! Был бы отец жив, он бы этому Пашке твоему ноги бы повыдергал, и спички вставил! Так он говорил всегда! И между прочим, правильно бы сделал! Я насквозь вижу этого Пашку, ничего нет в нём хорошего! Бездельник! Пропадёшь с таким! Сказала – чтоб не видела его около тебя, значит всё!

– Ладно, мам, я поняла. Не ругайся, – примирительно отвечала Шура, хоть и было у неё на душе грустно.

Пашка Шуре нравился, хотя она и сама понимала, что в чём-то её мама права… ей и самой не очень нравилось занятие Пашки, и кое-кто из его окружения. Но сам он был добрым, не заносчивым, и главное – он хорошо относился к самой Шуре. Вот совсем недавно, когда мама уехала в Бобровку к бабушке, он пригласил её отдохнуть на базе за городом, со всей их большой компанией, но Шура сначала отказалась. Потому что ей было страшно… все её подруги давно уже гуляли с парнями, и не скрываясь рассказывали про свои интимные похождения. А Шурке и рассказать было нечего, она в этом плане слыла недотрогой и скромницей, за что некоторые из одногруппниц над ней смеялись. Но она попросту не обращала на это внимания. И с Пашей они просто встречались, без всякого там… продолжения, как говорила её подруга Маша. И за это отношение, что Паша ни на чём не настаивал и её не торопил, Шура была ему очень благодарна. И на базу он её тогда увёз утром, а вечером вернул домой, как она и просила.

Ведь и вправду – не расскажешь же всем о своей жизни… А ещё совсем недавно Шура очень ждала возвращения Фёдора из Москвы! Она была так давно влюблена в него, хоть и старалась скрыть это изо всех сил, потому что он сам всегда относился к ней… ну, как к маленькой, что ли, что иногда очень обижало Шуру – ненамного она его и младше, всего-то на три неполных года!

Она долго плакала и переживала за Федю, когда с ним случилось это страшное несчастье! Ездила с матерью к нему в больницу, и даже каждое воскресенье начала ходить на службу в церковь, где молилась только об одном, чтобы он остался жив! Потому и очень надеялась, что по возвращении из Москвы, Фёдор всё же по-другому взглянет на неё, но этого не случилось… даже наоборот, Федя стал будто бы немного сторониться не только Шуры, но и вообще всех. По этому поводу шура плакала ничуть не меньше, но когда началась учёба в техникуме у неё появились новые дела и заботы, а чуть позже – появился и Пашка.

Пашку она сначала и не приметила, погружённая в свои заботы, пока её одногруппница Маша Рассказова не пихнула её в бок, когда они вышли из учебного корпуса:

– Смотри, вон видишь, опять пришёл!

– Кто? – не поняла подругу Шура.

– Да вон же, парень в джинсовой куртке, видишь? Он сюда постоянно приходит…

– Ну и что? – пожала плечами Шура, – Мало ли кто сюда приходит, и зачем.

– Так этот к тебе приходит, – Маша снова ткнула Шуре в бок своим остреньким локотком, – Всегда ждёт, когда наша группа закончит, и у выхода тебя ждёт, глаз не сводит! Я думаю, скоро подойдёт знакомиться!

– Еще чего! – пробурчала недовольно Шура, – Как подойдёт, так и отойдёт!

– Эх, жалко, что не ко мне приходит, – мечтательно вздохнула Маша, – Симпатичный, мне нравится!

– Он курит! – ещё более недовольным тоном сказала Шура, понимая, что говорит это, чтобы только к чему-то придраться.

– Ты как бабка старая на лавке – этот курит, у той юбка короткая! – Маша насмешливо глянула на подругу, – У нас половина группы, если не больше, курит! Даже девчонки, что в этом такого, он же парень вообще-то!

– Да ну тебя, придумываешь всякое! – отмахнулась тогда Шура, – Он, может быть, просто приходит, по своим делам, или подругу свою встречает, а ты уже напридумывала ерунды!

Но вскоре Шура и сама убедилась, что Маша была совершенно права. День у Шуры тогда не задался с самого утра – сначала она еле смогла запереть дверь, когда выходила из дома. Старый замок заедал и постоянно нужно было мучиться с ним, чуть приподнимая дверь, чтобы сам засов вошёл в паз, что у Шуры не всегда получалось с первого раза. Мама давно уже собиралась позвать мастера, но всё как-то не находилось на это свободных