Влюбиться в незнакомца - Кей Торп

Неясное световое пятно качнулось и вновь вернулось на место, постепенно обретая более четкие очертания и превращаясь в лицо человека в стерильно белом головном уборе. Глаза были добрыми, человек ободряюще улыбнулся ей.

— Все нормально, — снова сказал голос, на этот раз уже отчетливее. — Вам повезло, дорогая. Теперь все будет хорошо!

Голос и лицо почему-то не сочетались. Джулия на секунду прикрыла глаза, открыла их снова и попыталась сфокусировать взгляд на втором человеке в белом халате, стоявшем рядом с ее кроватью. Он был немолод, невысокого роста, жилистый. Из-под шапочки виднелись тщательно уложенные тонкие песочного цвета волосы. Прохладные пальцы держали ее за кисть, нащупывая пульс, он не отводил глаз от ручных часов. Наконец доктор кивнул и перевел взгляд на нее, удовлетворенно улыбаясь.

— Ну, милочка, заставили вы нас поволноваться, но теперь, похоже, самое страшное позади. Не успеете оглянуться, как мы поставим вас на ноги. Как вы себя чувствуете?

— Как-то странно, — прошептала она в ответ. Язык не повиновался ей, губы были как чужие. — Не думаю, что я… — Еле слышный голос затих, а лоб прорезала маленькая морщинка. — Г-где я?

— «Оттербридж Дженерал», — лаконично ответил мужчина. — Вас доставили сюда после несчастного случая.

— Не… несчастного случая?

— Вы не помните? Ну, ничего, ничего. Вы отделались только большой шишкой на голове. У вас очень добросовестный ангел-хранитель, знаете ли.

— На голове? — Тяжелая, как свинец, рука медленно потянулась к тому месту, где жила и пульсировала боль, коснулась повязки и бессильно упала обратно. — Болит, — неуверенно пожаловалась больная. Голова, казалось, была набита ватой, и женщина плохо соображала. — Сколько я уже здесь?

— Около семи часов, — ответил врач. — И я думаю, что пока достаточно разговоров, миссис Меннеринг. Позже, когда вы отдохнете, у вас будет предостаточно времени для вопросов. Ваш…

Но она уже не слушала. Миссис Меннеринг? Кто это миссис Меннеринг? Здесь, должно быть, какая-то ошибка. Туман в ее сознании немного прояснился, хотя она все еще не могла вспомнить, как с ней случилась беда.

— Гарднер, — сказала она. К ней возвращались ощущения. И сейчас она почувствовала, что было что-то не так с ее щекой и подбородком. — Джулия Гарднер. И я не замужем.

Доктор и медсестра быстро переглянулись, но профессионально не выразили удивления. Это длилось мгновение, и все же Джулия, даже в полубессознательном состоянии, уловила их растерянность. Очевидно, во время происшествия пострадало несколько человек, и документы перепутали. Конечно, здесь какая-то ошибка. Сколько раз отец напоминал ей, чтобы она всегда носила при себе какой-нибудь документ, удостоверяющий личность. И наконец она вняла его уговорам. Отец. Постепенно к ней начинала возвращаться память.

Он умер почти три года назад после тяжелого инфаркта, через несколько дней после того, как она отметила свой двадцатый день рождения. Они жили вдвоем с тех пор, как ей исполнилось двенадцать. Даже прошедшие с его смерти годы не умерили боль от невосполнимой утраты.

— Не расстраивайтесь. — Доктор увидел, что пациентка разволновалась. — Вы несколько часов пробыли без сознания, нет ничего необычного, что память возвращается к вам с трудом. Постарайтесь расслабиться, отдохните, и все встанет на свои места. — Он кивнул медсестре. — Я собираюсь дать вам снотворное. Когда вы проснетесь, будете чувствовать себя намного бодрее.

Джулия решила, что так будет лучше всего. Она еще плохо соображала и была очень слаба. Надо поспать.

— У меня болит лицо, — проговорила она с трудом. — Я… У меня останутся шрамы?

Доктор ободряюще улыбнулся.

— Нет, — твердо сказал он. — Эти ощущения у вас от сильных ушибов. Принесите, пожалуйста, зеркало, сестра. Сейчас вы увидите себя и успокоитесь. Право, нет повода для подобных волнений.