Леопард охотится в темноте - Уилбур Смит

Крейг осторожно вел взятый на прокат «фольксваген» между покрытых золотистой травой холмов, мастерски работая акселератором. Молодая девушка, матабелка, за стойкой компании «Авис» в аэропорту Булавайо предупредила его:

— Бак залит, сэр, но я не знаю, где вам удастся заправиться. В Матабелеленде очень мало бензина.

В самом городе Крейг увидел длинные очереди машин у заправочных станций, а владелец мотеля, который выдал ключи от бунгало, сумел все объяснить:

— Мятежники Мапуту постоянно взрывают трубопровод от восточного побережья. Все дело в том, что у южно — африканцев этого добра достаточно, и они были бы рады его продать, но наши умники не желают покупать политически грязный бензин, поэтому жизнь в стране практически замерла. Конец политических грез. Чтобы выжить, мы вынуждены иметь с ними дело, уже пора это признать.

Поэтому Крейг ехал медленно и осторожно, что его устраивало, поскольку давало возможность насладиться знакомыми пейзажами и оценить перемены, происшедшие за последние несколько лет.

Он свернул с главной, покрытой щебнем дороги, отъехав пятнадцать миль от города, и поехал по желтой грунтовой дороге на север. Через милю он подъехал к границе участка и сразу же увидел, что ворота пьяно покосились и были широко открыты, — в таком состоянии он увидел их впервые в жизни. Он остановился и попытался их закрыть, но рама была погнута, а петли заржавели. Он сошел с дороги и посмотрел на валявшийся в траве указатель.

Указатель был сорван со столба, крепежные болты из него вырваны. Он лежал лицевой стороной вверх, и надпись, хотя и выцветшая на солнце, была еще хорошо видна:

Племенная ферма «Кинг Линн»

Дом Баллантайна Прославленного

Первого среди первых

Владелец: Джонатан Баллантайн

Крейг тут же представил огромного рыжего быка с горбатой спиной и болтающимся подгрудком, с синим знаком призера на щеке, идущего, качаясь от собственного веса, по выводному кругу, и своего деда по материнской линии «Баву» Баллантайна, гордо ведущего животное за бронзовое кольцо, вставленное в блестящий, влажный нос.

Крейг вернулся к «фольксвагену» и поехал по полям, которые когда-то славились сочной и густой золотистой травой, а сейчас были похожи на макушку лысеющего мужчины средних лет. Он был поражен состоянием пастбища. Никогда, даже во время четырехлетней засухи пятидесятых, пастбища «Кинг Линн» не были в таком ужасном состоянии, и Крейг понял причину этого, только когда остановился у зарослей верблюжьей колючки, затенявщих дорогу.

Выключив двигатель, он сразу же услышал блеяние и был действительно потрясен.

— Козы! — воскликнул он. — Козы на пастбищах «Кинг Линн».

Душа Баву Баллантайна так и не обрела покоя. Козы на его любимых лугах! Крейг отправился на поиски животных.

В одном стаде было больше двухсот животных. Некоторые, наиболее проворные, животные забрались на деревья и поедали кору и стручки с семенами, другие щипали траву до самых корней, так что она уже не могла выжить и закисляла почву. Крейг уже видел опустошения, вызванные этими животными на принадлежавших племенам землях.

Стадо пасли два голых мальчика-матабела, которые обрадовались, когда Крейг заговорил с ними на их родном языке. Они быстро набили рты дешевыми конфетами, которые Крейг захватил с собой именно для такого случая, и затараторили, ничего не скрывая.

— Да, сейчас на землях «Кинг Линн» живут тридцать семей, и каждая семья владеет своим стадом коз, лучших коз в Матабелеленде, — похвастались они.

Под деревьями старый козел покрыл молодую козу и яростно задвигал спиной.

— Видишь! — закричали пастухи. — Как охотно они размножаются. Скоро у нас будет больше всех коз.

— А что случилось с белыми фермерами, которые здесь жили? — поинтересовался Крейг.

— Сбежали! — с гордостью сообщили мальчишки. — Наши воины выгнали их туда, откуда они пришли, и сейчас земля принадлежит детям революции.

Им было лет по шесть, но революционным жаргоном они уже овладели в совершенстве.

У каждого мальчика на шее висела рогатка, сделанная из старого шланга, а на поясе — связка птиц, из нее подстреленных: жаворонки, соловьи и разноцветные нектарницы. Крейг знал, что на обед пастухи поджарят их на углях целиком, дав перьям просто обгореть, и потом с жадностью съедят черные тушки. Старый Баву Баллантайн нещадно выпорол бы любого пастушка, заметив у него рогатку.

Пастушки проводили Крейга до дороги, выпросили еще по конфете и долго махали вслед, как старому другу. Несмотря на то, что он увидел коз и подстреленных певчих птиц, Крейг снова испытал расположение к этим людям. В конце концов, они были его людьми, и он был рад вернуться домой.

Он остановился на вершине холма и посмотрел на усадьбу «Кинг Линн». Лужайки погибли от недостатка ухода, на клумбах явно побывали козы. Даже отсюда было видно, что в главном доме никто не жил. Стекла были разбиты, оставив неприглядные, как от выбитых зубов, бреши, почти все листы шифера с крыши были украдены, и стропила выглядели как ребра скелета на фоне неба. Из украденных листов рядом со старыми загонами для скота были построены хижины скваттеров.

Крейг спустился с холма и остановил машину у резервуара для дезинфекции. В резервуаре было сухо, и он был наполовину завален грязью и мусором. Он прошел мимо него к жилищам скваттеров. Здесь жило с полдюжины семей. Крейг отогнал бросившихся к нему с лаем собак несколькими точными бросками камней и подошел к сидевшему у одного из костров старику.