Око небес - Клайв Касслер

Веракрус, Мексика

Колеса «Гольфстрима» коснулись взлетной полосы Международного аэропорта в Веракрусе, и самолет вырулил к частному терминалу на южном конце взлетно-посадочной полосы. Лазло улыбнулся сидящей напротив Марибеле. Вместо того чтобы ответить на его улыбку, она посмотрела в окно на утренний туман, который навис над аэропортом. Антонио перехватил взгляд Кемпа и пожал плечами. Сэм и Реми расстегнули ремни безопасности, как только самолет остановился, и несколько минут спустя были уже внутри терминала. Касуэло коротко переговорил по своему сотовому и повернулся к ним:

— Машины должны быть через пять минут.

— «Машины»? — спросила его сестра.

— А, да… Ну, я заключил с энергетической компанией следующий договор: трое местных полицейских будут постоянно нас сопровождать. Это ради нашей же безопасности и еще ради того, чтобы убедиться, что мы не покушаемся на их собственность. Если мы решим, что нам нужен доступ внутрь охраняемого периметра атомной электростанции, это будет обсуждаться особо.

— С этим проблем не будет, при условии, что они смогут не болтать о том, чем мы занимаемся, — сказал Сэм.

— Торговаться было невозможно, — развел руками мексиканец. — И, откровенно говоря, при всем царящем тут в последнее время насилии, находиться под охраной полиции — неплохая идея.

Судя по всему, английский ученый почувствовал себя не в своей тарелке:

— Послушайте, вы только что упомянули насилие?

Реми кивнула:

— Невелика важность, Лазло. Просто в последнее время тут нескольким людям снесли головы.

— И произошло несколько перестрелок, — поддержал ее муж.

— О, и были случаи стрельбы из гранатомета. Или из чего-то другого? — невинно спросила миссис Фарго.

Кемп побледнел:

— Я очень надеюсь, что вы говорите это, только чтобы меня попугать. И у вас просто отлично это получилось. Очень забавно, уверяю вас!

— Брось, Лазло, живем всего лишь раз! — пошутила Реми.

— Вот поэтому я начал по-своему любить эту жизнь, хотя теперь она трезва и суха, как пустынный ветер, — парировал британец. — Мне бы очень не хотелось, чтобы клинок мачете прервал полосу моих удач.

Антонио помахал им, стоя у стеклянных дверей терминала:

— Они здесь!

Два серебристых внедорожника «Шевроле Субару» припарковались возле бордюра. Трое полицейских в форме, на плечевых ремнях которых болтались автоматы, стояли рядом с машинами. Они заняли такие позиции, словно ожидали, что на них нападут прямо возле аэропорта. Настороженность этих людей убедила исследователей в реальности опасности, и все сделались серьезными: любое желание пошутить на эту тему умерло при виде оружия полицейских и их бесстрастных глаз.

— Я поеду в передней машине с полицейскими, — распорядился сеньор Касуэло. — Марибела, а ты поедешь во второй с Фарго и Лазло.

Багаж и снаряжение были погружены, и через пятнадцать минут два автомобиля выехали из Веракруса и оказались на прибрежной дороге, ведущей на север. Поля высокой зеленой травы, мимо которых они катили, колыхались под легким ветром. Вскоре городские пригороды остались позади, и пейзаж перешел в сельский — акры посевов тянулись к подножиям предгорий вдалеке. Спустя полчаса после того, как Веракрус остался позади, вдоль побережья потянулись цепи песчаных дюн цвета кофе «Мокко».

— Изумительно. Похоже на Сахару, — сказала Реми.

Из-за гребня одной из ближайших дюн вылетел полноприводный дюноход. Выбросив за собой облако песка, он промчался параллельно дороге и ринулся к морю.

Еще десять минут — и путешественники проехали лагуну, изумрудная вода была покрыта рябью от ветра. Вокруг росли пальмы и стояли ярко окрашенные блочные здания с соломенными крышами. Лазло показал влево, на пик, уходящий в небо, как монолит:

— Многообещающе выглядит. Вообще-то я как будто припоминаю его описания. На вид он идеально подходит для скалолазания, если это ваш конек — посмотрите на его отвесный склон и все такое.

Занявшая переднее сиденье Марибела взглянула на Кемпа в зеркало заднего вида:

— Это Эль-Серро-де-лос-Метатес. Он хорошо известен в Веракрусе. Неподалеку в Киауистлане есть гробницы тотонаков[43]с очень важными руинами на холме. Дайте мне знать, если захотите их увидеть. Поворот туда будет впереди.

Реми покачала головой, а Сэм пожал плечами:

— Может, потом, когда мы закончим осматривать побережье. К тому времени, как появился Кетцалькоатль, тут поблизости были поселения тотонаков? Примерно в тысячном году нашей эры?

— Без сомнения. Эти места были населены в течение тысяч лет, — подтвердила сеньорита Касуэло.

— Интересно. Я почему-то считал, что этот участок был тогда относительно безлюдным, — сказал Фарго.

— Ну, это, скорее, вопрос семантики. В этих местах определенно были города, но, по современным стандартам, они были маленькими, — объяснила мексиканка.

— Так что это все равно было захолустьем? — уточнил Сэм.

— Если не считать рыбачьих лагерей, то можно сказать, что да.

Они проехали еще четыре мили на север, и впереди показались башни из красного кирпича — атомная электростанция Лагуна-Верде. Марибела слегка повернула голову к сидевшим сзади коллегам:

— Цель нашего путешествия по другую сторону электростанции. Как видите, это большой комплекс. Он действует с середины девяностых годов.

Внедорожники проехали мимо зданий, и Касуэло показала на зелено-голубую лагуну справа, между шоссе и Мексиканским заливом:

— Это Лагуна-Верде — «Зеленая лагуна», по имени которой названа станция. Дорога, по которой мы поедем, тянется севернее лагуны к берегу моря.