Кодекс чести - Сергей Шхиян

Как ему это удалось, было непонятно. Голыми руками он сбивал с ног здоровенных мужиков в одно касание. Факел упал на землю, и я машинально подхватил его. Сосед довольно спокойно рассматривал поверженных стражей порядка, и никаких следов избиения на нем видно не было.

— Нам придется уйти, — спокойным голосом сообщил он. — Скоро здесь соберется слишком много народа…

— Боюсь, что не смогу бежать с вами. Кажется, мне перебили ключицу.

Только теперь, когда страсти немного остыли, я почувствовал, что не могу поднять левую руку. Любая попытка пошевелить ею вызывала резкую боль.

— Тогда подождем, пока ваша рука поправится. Надеюсь, пополнение придет не очень скоро.

Я не успел даже удивиться, как он подошел ко мне, помог снять сюртук и через рубашку начал ощупывать плечо и ключицу. Я смирно стоял на месте, держа в правой руке факел.

— Мне кажется у вас просто сильный ушиб, — сообщил сосед. — Скоро рука должна заработать.

Почему ему так кажется, он объяснять не стал, как и то, за что его били. Да нам, собственно, было и не до разговоров. Алхимик подошел к дверям и осторожно выглянул наружу.

— Нам лучше будет переодеться в военную форму, — сказал он, окончив свою рекогносцировку.

Мне показалось, что это не самая удачная мысль: с его космами и бородой он будет смотреться в солдатском мундире слишком экзотично, а у меня, с моим ростом, в коротеньком форменном обмундировании вид будет не многим лучше.

Я тут же поделился своими сомнениями.

— Знаете, вы совершенно правы, — легкомысленно хмыкнув, согласился сосед. — И всё-таки давайте переодеваться.

Я не стал спорить, и сам выглянул наружу. Был ранний вечер, но на плацу, видимом из каземата, еще кипела жизнь. Какое-то подразделение занималось строевой подготовкой под командованием фельдфебеля. Несколько офицеров с тростями прогуливались в стороне, о чем-то оживленно беседуя.

— А так я похож на солдата? — раздался за моей спиной голос алхимика.

Я обернулся и не сразу понял, что к чему. Передо мной, улыбаясь, стоял пожилой солдат с бритым подбородком и вислыми, пегими усами. Я хотел удивиться, но не стал. Фокус как фокус. Мне предстояло переодеваться самому, а рука почти не действовала.

К сожалению, я не обладал способностями моего соседа, и раздевание самого крупного солдата заняло у меня много времени. Почему-то алхимик помогать мне не стал, он занял позицию в дверях, неотрывно смотрел наружу и не обращал на меня внимания.

Солдат, которого я раздевал, был немного ниже, но значительно шире меня. От него пахло дешевым табаком, водкой и потом. От движений моя левая рука постепенно расходилась и начинала слушаться, только каждое движение отдавало болью в плече.

Стараясь поменьше ее тревожить, я начал одеваться. Наши противники по очереди пытались прийти в себя, но как только кто-нибудь начинал проявлять излишнюю активность, алхимик отвлекался от созерцания окружающего ландшафта и точечным прикосновением возвращал его в бессознательное состояние.

Я понимал, что из-за моей медлительности мы теряем время, но кроме боли в плече, мне мешали избыток адреналина и нервозная суетливость. Стоило мне представить, что случится, если нас сейчас застукают…

Я попытался отвлечься и притушить воображение, для чего заставил себя думать только о конкретных вещах. Это помогло, постепенно нервы унялись, и мне без больших усилий удалось переодеться. Мундир сидел не ахти как, но если не приглядываться, то вполне сносно.

— Кажется всё, — объявил я. — Какие там дела?

— Пока всё спокойно, можно уходить, тем более, сейчас страже не до нас.

Я выглянул во двор и увидел, что около ворот стоит открытый возок в окружении четырех верховых. В нем сидел какой-то человек, к которому было приковано всеобщее внимание.

— Похоже, прибыл сам император, — сообщил мне сосед.

— Не похоже, а точно он, — уточнил я без особого энтузиазма.

От нас до коляски было метров сто, но я узнал своего недавнего приятеля-масона. То, что это сам Павел, ясно было уже из того, что все на плацу будто начали играть в детскую игру «Замри». После прибытия самодержца все застыли на тех местах, где их застало прибытие монарха. Военные стояли по стойке «смирно», статские склонились в глубоком поклоне.

Лучшего момента для побега трудно было ожидать. Мы выскочили из равелина и вытянувшись во фронт, замерли, чтобы не привлечь к себе внимания.

Наконец государь махнул рукой и скомандовал: «Вольно».

— За угол, — тихо приказал алхимик и переместился на несколько метров в сторону.

Я следовал его примеру, держа в поле зрения голову Павла Петровича, который, единственный, мог посмотреть в нашу сторону. Когда он повернулся к подбежавшему с противоположной стороны какому-то старшему офицеру, мы нырнули за спасительный угол бастиона.

Теперь нас никто не видел, и мы быстро пошли к концу крепостной стены. Сосед уверенно двигался впереди, и вскоре мы оказались около калитки, охраняемой одним пожилым солдатом. Тот безо всякого интереса посмотрел на нас и ничего не спросил. Мы не торопясь прошли мимо него.

Выход к Неве, которым пользовались низшие чины и прислуга, был явно «технический». Мы не спеша шли по тропинке между стеной крепости и рекой. Никаких «береговых гранитов» не было и в помине.

Вскоре мы оказались на пустыре, в конце которого виднелись частные домики с огородами. В Петропавловке всё было спокойно. С начало побега прошло не более пяти минут. Теперь нам нужно было переправиться на другую сторону реки, чтобы не оказаться блокированными на острове.

Я машинально начал копаться в карманах «моего» мундира, где, кроме кисета и огнива, нащупал несколько монет, которые оказались очень кстати. Мы окликнули рыбака, спускавшегося вниз по течению на «утлом челне», и он за пятачок с радостью согласился перевезти нас на противоположный берег.

Когда нос лодки уткнулся в него, в крепости бухнул пушечный выстрел, а по стенам замельтешили люди.

— Никак что случилось? — поинтересовался рыбак.

— Государь учения проводит, — авторитетно сообщил я.

— Ишь, ты, сам государь! — уважительно сказал лодочник, разом теряя интерес к суете в крепости.

Рыбак спрыгнул в воду и втащил свою посудину как мог ближе к суше, чтобы мы не промочили сапог. Я не торопясь расплатился, и мы двинулись в сторону набережной Мойки.

То, что в скором времени для нашей поимки организуют операцию «Перехват-1» или какой-нибудь «Тайфун-5», сомнений не было, потому мы постарались как можно быстрее исчезнуть из опасной зоны.

Мне нужно было срочно добраться до флигеля предка на Садовой улице, переодеться в штатское, забрать оставшиеся деньги и постараться исчезнуть из города.

Взять извозчика мы не могли. В моем кармане осталось всего семь солдатских копеек, к тому же низшие чины, разъезжающие в наемном экипаже, неминуемо вызовут нежелательный интерес.