Волчья сыть - Сергей Шхиян

— Это ты в своем времени таким фокусам научился? — поинтересовался солдат, уважительно качая головой.

— В каком таком времени? — как мне показалось, насторожил уши кузнец.

— В своем, — кратко ответил я. — У тебя свое время, у меня свое. Понятно?

— Как не понять, только барин ты больно чудной, как не от мира сего. И рожу вон грязью измазал…

Последнее замечание я оставил без ожидаемых комментариев и поторопил спутников заняться маскировкой. Время шло к вечеру, а успеть нужно было многое. Ползать по топям вокруг озерца в полутьме и, тем более, темноте было чревато.

«Камуфлирование» моих мужиков прошло без сложностей. Забавней всего теперь выглядел кузнец: в его высокой войлочной шапке я наделал дырок и насовал в них веточки, так что вблизи он походил на оленя с ветвистыми рогами.

Шуточек по поводу его вчерашней женитьбы и таких развесистых рогов, я, понятное дело, не отпускал, но с Иваном мы перемигнулись.

Теперь, в таком виде, было не страшно попасться на глаза кому угодно. Суеверные люди, а иных еще на Руси почти не было, в худшем случае посчитали бы нас «нечистыми», в лучшем — водяными.

— Вот уж взял грех на душу, вырядился, не приведи Господи, как басурман какой, — смущаясь, сетовал Тимофей, осматривая себя. — Хорошо, Софьюшка не видит, ни в жисть бы за такого не пошла.

— Главное, тебе не ей, а управляющему пондравиться, — скалил зубы Иван, к которому после еды и отдыха вернулось хорошее настроение. — Ну, пошли, что ли, с Богом!

На разведку мы двинулись, оставив на месте отдыха тяжелые ружья, мешки с едой и припасами, прихватили только два моих пистолета и холодное оружие. Так идти было много легче и удобнее.

Решили начать обход озерца с флангов и, попрыгав по кочкам, вышли к боковой стороне крепости. С этой стороны защитная стена так же, как и с тыльной, была глухой, без дверей. Рассмотреть что-нибудь во дворе крепости с наших позиций было невозможно. Мы находились на низкой точке, в то время как крепость стояла на бугре, да еще была укрыта трехметровыми стенами.

— На дерево нужно влезть, — предложил Иван, — иначе ничего не увидим.

Однако ни по пути, ни поблизости высоких деревьев не было, сплошь молодняк, на который взрослому человеку не взобраться. Осталось идти дальше, увеличивая крюк обхода — теперь, предположительно, мы должны были выйти к фасадной стороне, где, возможно, была охрана. Потому мы начали передвигаться осторожнее, стараясь не маячить на открытых местах.

— И здесь ворот нет, — озадаченно сказал Иван, когда мы приблизились к той части крепости, которая была обращена в сторону проезжей дороги. — Может быть, у них здесь есть подземный ход. Я слышал, в монастырях и крепостях они бывают.

— Скоро узнаем, — откликнулся я. — Смотрите, к озеру ведет дорога!

Действительно, нечетко выраженная, малоезженая, но это была настоящая грунтовая дорога. Мало того, на ней показался небольшой экипаж, открытая двухместная коляска, запряженная парой серых в яблоках вполне исправных лошадей.

— Да у них тут целое гнездо! — присвистнул Иван, опускаясь на землю, чтобы не заметили проезжающие.

Я последовал его примеру, потому что с расстояния, которое нас отделяло, рассмотреть ездоков было невозможно, а заметить чужака-соглядатая — вполне реально.

— Нужно искать высокое дерево, все подробно осмотреть, иначе попадемся, как куры в ощип, — сказал я.

— Давайте сначала проследим, как они попадают на остров, — не согласился Иван. — Может быть, у них там есть паром.

— Ладно, только пошли скорее, а то, когда стемнеет, ничего не увидим.

Теперь, когда азимут определился, можно было не блуждать по болоту, а передвигаться по относительно сухим и устойчивым участкам почвы. Минут через пятнадцать спорого шага мы подошли к озеру с боковой и притаились в высоких зарослях папоротника.

Грунтовка шла петлей и упиралась в небольшую пристань, укрепленную на сваях. На ней маячил человек в крестьянской одежде, вооруженный ружьем. Никакого парома заметно не было. Серые кони, уже распряженные, мирно щипали травку на берегу.

— На лодках ездят, — заметил Тимофей, хотя мы и сами видели возвращающуюся с острова плоскодонку с одним гребцом.

— Вот нам и транспорт, — опять непонятно для кузнеца сказал я, но он понял, что имею в виду, и не переспросил, что такое «транспорт».

— Теперь ищем высокое дерево.

Отсюда, со стороны леса, выбрать его было несложно. Некоторые отдельно растущие особи стояли в нескольких сотнях метрах от озера и крепости. Только лезть на них при свете дня было опасно, а когда стемнеет — бесполезно.

— Пошли, подойдем ближе, что-нибудь подберем, — предложил солдат.

Иван оказался прав. Подходящее дерево, дуб с развесистой кроной, нашлось быстро. На нем мог устроить наблюдательный пункт не то что один человек — целое отделение. И залезть на него ничто не мешало, его со стороны озера до половины укрывали молодые посадки. Все было удачно, кроме, пожалуй, одной малости — как на этот дуб влезть. Толщина ствола была более полуметра, а ближайшие к земле ветви начинались метрах в четырех от земли. Как преодолеть такое расстояние, я не имел ни малейшего представления.

— Я лазать по деревьям не умею. Что будем делать? — без особой надежды на толковый ответ спросил я спутников.

По возрасту и весу взбираться на дерево предстояло мне, но для этого, как у городского жителя, не было никакого опыта и умения. Не случалось в моих детстве и юности таких сельских развлечений, как лазанье по столбам и деревьям.

— Ты, ваше благородие, не бойся, мы тебя подсодим! — пообещал, радостно ухмыляясь, Иван.

«Что-то он сегодня к вечеру слишком развеселился. Не к дождю ли», — подумал я.

— Все равно до веток не достану.

— Мы тебя поднимем, а там, как Бог даст!

Я примерился. Если даже встану кому-нибудь из товарищей на плечи, то до сучьев окажется метра полтора.

— Не выйдет, — отказался я. — Давайте искать чего-нибудь более подходящее.

— А ты попробуй, попытка не пытка!

— Что зря пробовать, — пробурчал я, но снял «полукафтанье», рубаху и сапоги. — Все равно не влезу.

Тимофей, выполняя распоряжение нового командира, встал лицом к дубу и сцепил пальцами за спиной ладони. Я, придерживаясь за его плечи, поставил носок ступни на получившуюся ступеньку и вспрыгнул на широкие плечи кузнеца.

— Ну, дальше-то что? Говорил же, что до сучьев не достану, — сообщил я вниз, для наглядности поднимая руку.

— Мы тебя повыше поднимем, держись за ствол, — предложил Иван.

Я обхватил дерево руками, а они в две руки захватили мои подошвы и подняли, сколько хватало роста и длины рук, вверх. Даже так я не доставал до ближайших сучьев около метра.