Парфянин. Ярость орла - Питер Дарман

Годарз, как обычно, сразу же взялся за дело. Дав Бирду инструкции насчет погрузки, он встал возле костра и начал растолковывать двоим командирам сотен, что грузить на мулов, не запряженных в повозки.

– Не перегружайте их, или они вообще не смогут двигаться. И не надо их бить. От битья они только больше станут упрямиться. Обращайтесь с ними, как со своими женщинами, говорите ласково, если хотите добиться от них наилучших результатов.

– Но я всегда погоняю своих женщин хлыстом, – ответил ему нахальный юный парфянин.

– Тогда ты идиот, – сказал Годарз. – И помрешь бездетным и одиноким. Ступай!

Тут он увидел меня и поднял руку в приветствии. Его лицо было хмуро.

– Проблемы? – спросил я.

– Нет, все как обычно, просто времени не хватает. Будем надеяться, что римлянам не нравится маршировать под дождем.

– Поставь новых рекрутов охранять повозки, – сказал я. – Они будут бесполезны, если придется драться с римлянами, прикрывая отход войска, к тому же я не хочу терять лошадей, они слишком ценные. А неохраняемые повозки могут стать искушением для любых воров и прочей нечисти, которых в нашем войске, кажется, полным-полно. У нас хватит оружия, чтобы обеспечить всех новоприбывших?

– Копий хватит, – ответил Годарз. – Мечей маловато.

– М-м-м… В любом случае им не стоит давать мечи. Чтобы как следует владеть мечом, требуется долго упражняться. Ненавижу такую погоду!

– Вероятно, для охраны повозок лучше поставить парфян, мой господин, а новобранцев римляне легко перебьют. Это избавит нас от необходимости их тренировать и готовить, – задумчиво сказал он.

– Что?!

– Это, должно быть, очень унизительно для принца – все время пребывать в окружении всякого сброда.

Я понял, что обидел его.

– Годарз, я вовсе не хотел…

– У этих людей нет ничего, Пакор. Ничего. Они присоединились к Спартаку, потому что он дал им проблеск надежды. Надежды, что они смогут жить как свободные люди. Они не заслуживают того, чтоб о них говорить так, как ты только что говорил. Единственное, что у них есть, это одежда на плечах, а у некоторых нет даже этого. Если ты считаешь, что они недостойны того, чтобы скакать бок о бок с тобой, так им и скажи. По крайней мере, это будет честно. А теперь извини, у меня есть дела, которыми следует заняться.

С этими словами он отдал честь и затопал прочь, оставив меня в полном остолбенении. Дождь еще больше усилился, лишь добавив мне уныния. Я отправился к мосту и встретил там Спартака, которого сопровождал Акмон, чьи узловатые руки и неуклюжая походка всегда вызывали у меня улыбку.

Мы втроем вышли на мост и уставились в темноту. Я не увидел на той стороне никаких лагерных костров и вздохнул с облегчением.

– Кажется, они убрались, – сказал я, пытаясь убедить сам себя.

– Да нет, они там, – фыркнул Акмон. – Видимо, отошли на несколько миль по дороге и теперь уютно устроились в своих палатках.

– Утром они будут здесь, – сказал Спартак. – Мы к тому времени уже оторвемся от них на полдня пути, а Крикс, есть надежда, захватит Форум Аннии. Пакор, ты помнишь плато, на котором стоит этот город?

– Да.

– Именно там мы встретим римское войско и сразимся с ними.

– Ты считаешь, мы сможем их осилить, Спартак? – спросил Акмон.

– Нам нужно их осилить, иначе мы так и будем все время убегать. Да и, в любом случае, плато достаточно широкое, а мы превосходим их числом и, значит, можем окружить с флангов. Кроме того, у нас больше конницы, чем у них, значит, мы сможем напасть с тыла.

Я был уверен, что он уже продумал весь план предстоящей битвы.

– Римляне не слишком беспокоятся насчет нашего численного превосходства, – заметил Акмон.

– Но мы успели подготовить наших воинов, они умеют теперь сражаться так же, как римляне, вот и будем использовать их же тактику, – сказал Спартак. – Пакор, твоя конница готова к бою?

– Готова, мой господин, – гордо ответил я.

– Ну, мои фракийцы и германцы Каста тоже готовы.

– А галлы? – осведомился Акмон.

– Крикс – прирожденный боец, – ответил Спартак. – Дикий, конечно, но и он, и его люди жаждут убивать римлян, и мне такие воины нужны.

Мы стояли в темноте, рядом с дорогой горело всего несколько небольших костров, а я все думал, не пытается ли Спартак убедить самого себя, да и нас тоже. Из того, что я успел узнать, было понятно, что они с Криксом никогда не дружили, оставаясь лишь не слишком удобными союзниками. Галл никогда не оспаривал авторитет Спартака, но, как я полагал, это лишь вопрос времени, как скоро между ними начнутся столкновения. В равной мере лишь вопросом времени было и мое столкновение с Криксом. А пока что нам предстояло победить римский гарнизон и разгромить их войско.

Ночь тянулась и тянулась, становилось все холоднее, дождь превратился в потоки воды, падающие с неба.

Глава 8

В ту ночь никто не спал, и когда занялась сероватая и влажная заря, у всех болели мышцы, ноги и руки, и резало в глазах. Даже кони казались унылыми и стояли, низко опустив головы. Легкий ветерок лишь усиливал наше мрачное настроение, от него становилось холоднее. Стояла какая-то гнетущая тишина, поскольку войско, а также Спартак и его фракийцы уже несколько часов как ушли, и дорога, ведущая от моста, была пуста, если не считать нескольких несчастных собак, рыскающих в поисках пищи. Я велел искать все, что годится на топливо. Мы развели с полдюжины огромных костров, и вскоре пламя уже весело трещало, пожирая дерево. Нергал нашел пару фургонов со сломанными осями, их притащили к мосту, разломали и тоже бросили в огонь. Караульные стояли на страже, а остальные сидели, нахохлившись, у костров и пытались согреться. Потом мы вычистили лошадей, принесли воды из реки и накормили их. После этого приготовили себе завтрак – горячую овсяную кашу – и съели его. К середине утра мы почувствовали себя гораздо живее, а поскольку римляне пока что не показывались, я дал приказ сниматься с лагеря и двигаться вслед за нашим войском.

Выступили мы в полдень, сразу после того, как авангард римского войска показался на горизонте – длинная темная колонна легионеров, выступающих по шесть в ряд, направлялась по дороге к мосту. Я последним покинул мост, откуда до конца наблюдал за приближающимся неприятелем. Никакой конницы у них я не заметил, но был уверен, что мой главный противник, Луций Фурий, тоже где-то среди них. Я тронул Рема и присоединился к своим людям, рысью догонявшим задние ряды нашего войска.

Мы скакали примерно час, а потом спешились и повели коней в поводу, чтобы дать им отдых. Буребиста шагал рядом со мной. На небе собиралось все больше серых облаков.