В поисках Атлантиды - Энди МакДермотт

Она присела возле ди Сальво.

— Агнальдо? Вы меня слышите?

Его лицо блестело от пота, но он еще реагировал на окружающую действительность, несмотря на введенное ему болеутоляющее средство.

— Да, слышу. Что нужно?

— Мне нужно, чтобы вы мне перевели.

— Я постараюсь… Что вы хотите сказать?

— Во-первых, я хочу узнать, можно ли мне подойти к тем женщинам и посмотреть, что они пишут.

Ди Сальво обратился к двум уцелевшим старейшинам и кивнул Нине, получив от них ответ. С поднятыми руками она медленно подошла к женщинам. Они были удивлены и немного испуганы, но Нине не потребовалось много времени, чтобы убедить их показать ей кусок коры.

Ее предположение оправдалось: это был реестр. Она поднесла его к огню, чтобы лучше разобрать символы, затем нашла среди снаряжения химический факел. Она согнула его, и факел засветился ярким голубым светом. Индианки отпрянули, потом стали возвращаться. Остальные члены племени, очарованные зрелищем, окружили ее. Нина успокаивающе улыбнулась и снова переключила внимание на числа.

К ней подошла Кари.

— Ну и что?

— Помнишь, я думала, что система счета у атлантов основана на кратности восьми? — начала Нина, ведя пальцем вниз по колонкам и стараясь не смазать сделанные углем записи. — Но это не сработало при испытании ума, так? И статуи нереид в храме — по Платону, их должно быть сто, а ты насчитала семьдесят три?

Кари кивнула.

— Ты поняла почему?

— Не уверена… — Нина взглянула на лежащие на земле патроны. Рядом с ними были сложены пустые магазины. Она подняла один из них. — Эдди! Сколько патронов входит в такой?

— «UMP»? Тридцать.

— Значит, здесь больше сотни патронов. Хорошо, давайте посмотрим…

Опустившись на колени, она придвинулась к одной из индианок и одарила ее, как она надеялась, дружеским, миролюбивым взглядом. Женщина подозрительно посмотрела на нее, но не отодвинулась, когда Нина взяла кусок угля и чистый обрывок коры. Она сделала на нем маленькую отметку — значок единицы, — потом она подняла патрон, показала на отметку и вопросительно подняла брови.

— Один, да? Один?

Женщина некоторое время удивленно смотрела на нее, потом вдруг улыбнулась и что-то сказала.

— Она говорит — да, — перевел ди Сальво.

— Прекрасно! — Нина взяла пригоршню патронов и положила их возле своих колен. Она отделила два патрона и, прежде чем сделать вторую отметку, опять спросила: — Два?

Женщина снова кивнула. Нина прибавила еще шесть патронов и сделала еще отметки. Восемь маленьких «галочек» в линию…

Опять кивок. Нина улыбнулась и положила девятую пулю, добавив еще одну «галочку».

— Девять?

Женщина покачала головой. Нина стерла девять «галочек» и вместо них нарисовала перевернутую букву «V» и снова указала на патроны:

— Девять?

Опять отрицательный жест. На этот раз он сопровождался чем-то похожим на раздражение и насмешливым комментарием, обращенным к другим индейцам. Некоторые из них захихикали, им вторил ди Сальво.

— Что она сказала? — спросила Нина.

— Она не может поверить, что вы даже считать не умеете, — ответил он, невольно улыбнувшись.

Женщина взяла у нее уголь и, указывая на девять патронов, добавила значок единицы перед нарисованным символом.

— Значит, это девять? — задумчиво проговорила Нина.

— Что ты поняла? — спросила Кари.

— Парень Старкмена считал, что этот перевернутый символ сам по себе означает число «девять», — сказала Нина, лихорадочно соображая. — Но это не так… Я начала понимать, обратив внимание на то, как они считают. Они не пользуются пальцами — они пользуются выемками между ними. Смотри. — Она убрала одну пулю, потом ударила пальцем одной руки между большим и указательным пальцами другой: — Один. — Туземка во все глаза смотрела на Нину, не сразу поняв, что она делает. Нина положила вторую пулю рядом с первой и снова тронула кожу между большим и указательным, а затем указательным и средним пальцами. — Один, два?

Женщина, улыбаясь, закивала. Она подняла ладони и быстро, мизинцами обеих рук, пересчитала промежутки между всеми пальцами, получив восемь.

Нина поняла, что означает фигура, которую та изобразила руками — кончики мизинцев касаются друг друга. Перевернутая «V» означает восемь промежутков. Таким образом, девять — это один «перевертыш» плюс единица, и это означает, что… Она показала на реестр, где точка предшествовала двум «перевертышам»:

— Это семнадцать — один плюс восемь плюс восемь. Но посмотрите, они не обозначают «шестнадцать» двумя «перевертышами», а используют восемь единиц и один «перевертыш». Они как бы заполняют промежутки.

— Это нелинейная прогрессия, — сказала Кари, начиная понимать.

— Неудивительно, что мы не смогли разгадать головоломку в храме, — воспользовались не той системой! Это вроде странного гибрида системы обозначения и системы положения!

— Говорите по-английски, док, — прохрипел Чейз.

— Хорошо, хорошо… В нашей системе каждый раз, когда умножают на десять, добавляют новый ноль, так? Десятки, сотни, тысячи — это обычная прогрессия. А в их системе, которая, похоже, и есть система атлантов, новые символы, которые мы видели в комнате с головоломкой, не создаются такой же обычной прогрессией — вместо этого они заполняют промежутки… — Она растопырила пальцы. — Если бы они просто пользовались кратностью восьми, следующий символ, перевернутая «V», такой домик…

— Я знаю, что такое перевернутая «V», док, — раздраженно пробубнил Чейз.

— Прошу прошения. Она представляла бы «восемь» в нормальной восьмеричной системе. Но здесь она значит «восемь», но появляется только тогда, когда вы доходите до «восемь плюс один». А следующий символ, наклонная «L», в восьмеричной системе был бы числом «шестьдесят четыре». Но поскольку это скорее кумулятивная, чем линейная прогрессия, где вы не двинетесь вперед, пока не заполните каждый промежуток между пальцами…

— Она возникает после восьми групп из восьмерок плюс восемь, — продолжила Кари, взволнованно ткнув в нужную группу символов в реестре.

— Правильно! И в первый раз она появляется при восьми группах из восьмерок плюс восемь… и потом плюс один. Или…

— Семьдесят три! — в унисон воскликнули они.

— Как количество статуй? — спросил Чейз.

— Да! Конечно! Вот почему Платон говорил, что их было сто! Неправильное восприятие на протяжении веков системы счета, существовавшей у атлантов. В их системе эквивалент сотни — это когда появляется третий знак… Она не десятеричная, но и не восьмеричная. Это совершенно уникальная система.

— А Кобра этого не узнает, — заметила Кари. — Это означает, что, когда он переведет показатели с карты в современные числа, они окажутся неточны.