Миссия - Уилбур Смит

Она снова помолчала, потом сказала:

– Покажи мне себя, каким ты был, когда мы впервые встретились в той жизни. Ты можешь это сделать, Таита? Можешь показать мне собственный образ?

– Я не решусь, – быстро ответил он.

– Почему?

– Это может быть опасно. Поверь. Слишком опасно.

Он знал, что, если покажет себя молодым, этот образ будет преследовать Фенн в недостижимых снах. Он заронит в ее сознание семена неудовлетворенности. Ибо, когда они впервые встретились, Таита был рабом и самым красивым юношей во всем Египте. Тогда и началось его падение. Его хозяин, властительный Интеф, был номархом Карнака и наместником всех двадцати двух номов Верхнего Египта. Он также был охоч до юношей и страшно ревновал своего любимого юного раба. Таита влюбился в доме своего хозяина в рабыню, Алиду. Когда об этом доложили господину Интефу, тот приказал своему палачу Расферу медленно раздавить Алиде череп. Таиту заставили смотреть, как она умирает. Но и после ее смерти Интеф не успокоился. Он приказал Расферу оскопить Таиту.

Во всем этом ужасе была и еще одна сторона. Господин Инфер был отцом маленькой девочки, которая годы спустя стала царицей Лострой. Отец, равнодушный к дочери, сделал евнуха Таиту ее воспитателем и учителем. И эта девочка теперь стала Фенн.

Все это было так сложно, что Таита не находил слов для объяснений, но в этот миг его избавил от такой обязанности громкий крик со стороны лагеря:

– С востока движутся лодки! К оружию!

Даже на таком расстоянии было легко узнать голос Мерена. Таита и Фенн вскочили, набросили одежду и, досыхая на бегу, кинулись к лагерю.

– Вон!

Фенн показала на зеленую воду. Таите потребовалось несколько мгновений, чтобы разглядеть черные точки на фоне белых пенных вершин, которые уже поднял усиливающийся ветер.

– Туземные каноэ. Можешь пересчитать гребцов, Фенн?

Она заслонила глаза, пристально всмотрелась и сказала:

– На переднем каноэ по двенадцать гребцов с каждого борта. Остальные лодки больше, гораздо больше. Подожди! Второе каноэ самое большое, в нем на той стороне, что обращена к нам, двадцать гребцов.

Мерен уже выстроил воинов двойным рядом перед воротами укрепления. Все были полностью вооружены и готовы к любой неожиданности. И наблюдали, как внизу каноэ причаливают к берегу. Экипажи вышли и собрались вокруг самой большой лодки. На берег выпрыгнули музыканты и затанцевали. Барабанщики забили в бешеном ритме, трубачи затрубили в длинные спиральные рога диких антилоп.

– Скрой свою ауру, – прошептал Таита. – Мы ничего не знаем об этом человеке. – Он пронаблюдал, как блекнет ее аура. – Хорошо. Достаточно.

Если Калулу посвященный, то полное отсутствие у девочки ауры лишь усилит его подозрения.

Восемь человек вынесли на берег носилки. Это были крепкие молодые женщины с мускулистыми руками и ногами, в набедренных повязках, щедро разукрашенных стеклянными бусами. Их натертые жиром груди блестели на солнце. Они направились прямо туда, где стоял Таита, и опустили перед ним носилки. И склонились в позе глубокой почтительности.

На носилках сидел карлик. Фенн узнала обезьянье древнее лицо, отвислые уши и блестящую лысину. Это лицо она видела в огне.

– Меня зовут Калулу, – сказал карлик на тенмассе, – и я вижу тебя, Таита из Галлалы.

– Добро пожаловать, – ответил Таита. Он сразу понял, что Калулу не посвященный, но обладает мощной напряженной аурой. По этой ауре Таита понял, что Калулу посвященный и последователь Истины. – Пойдем в такое место, где нам будет удобно поговорить наедине.

Калулу встал на руки, устремив обрубки ног в небо. Он соскочил с носилок и резво пошел на руках, повернув голову так, чтобы говорить с Таитой.

– Я ждал тебя, маг. Твое приближение вызвало резкие колебания в эфире. Я ощущал твое присутствие все сильней, пока ты поднимался по реке.

Женщины несли за ним пустые носилки.

– Сюда, Калулу, – пригласил Таита.

Когда подошли к хижине, женщины поставили носилки и отошли подальше, чтобы не слышать разговор. Калулу вскочил в носилки и принял нормальное положение, головой вверх. Он с любопытством осматривал лагерь, но, когда Фенн протянула ему чашку медового напитка, перенес свое внимание на нее.

– Кто ты, дитя! Я видел тебя в пламени костра, – сказал он на тенмассе.

Фенн притворилась, что не понимает, и взглянула на Таиту.

– Можешь отвечать, – сказал Таита. – Он на стороне Истины.

– Я Фенн, новичок в магии.

Колдун посмотрел на Таиту.

– Ты ручаешься за нее?

– Да, – ответил Таита, и человечек кивнул.

– Садись рядом со мной, Фенн, ибо ты прекрасна.

Девочка доверчиво села на носилки. Калулу взглянул на Таиту проницательными черными глазами.

– Зачем ты призвал меня, маг? Какая помощь нужна тебе от меня?

– Я хочу, чтобы ты отвел меня туда, где рождается Нил.

Калулу не выказал ни малейшего удивления.

– Ты тот, кого я видел в снах. Тот, кого я ждал. Я отведу тебя к Красным Камням. Мы выступим вечером, когда ветер уляжется и воды успокоятся. Сколько человек в твоем отряде?

– Тридцать восемь вместе со мной и Фенн, но у нас много багажа.

– За нами пойдут еще пять каноэ. Они будут здесь к вечеру.

– У меня много лошадей, – добавил Таита.

– Да. – Карлик кивнул. – Лошади поплывут за каноэ. Я привез пузыри из звериных шкур, они будут их поддерживать.

В коротких африканских сумерках, когда стихли последние порывы ветра, воины свели лошадей по берегу на мелководье и с обеих сторон привязали к подпругам надутые шкуры. Тем временем другие воины грузили в лодки свой скарб. Женщины – охрана Калулу – перенесли его в носилках на большое каноэ. Как только поверхность озера стала спокойной и неподвижной, оттолкнулись от берега и направились во тьму, в сторону большого звездного креста, повисшего на южном краю неба. За каждым каноэ плыли по десять привязанных лошадей. Фенн сидела на корме, откуда могла подбадривать Дымку и Вихря, плывших за лодкой. Гребцы опустили весла, и длинные узкие корпуса начали бесшумно резать воду.

Таита сидел рядом с носилками, на которых лежал Калулу, и негромко разговаривал с ним.

– Как называется это озеро?

– Семлики Ньянцу. Одно из многих.

– Что его питает?

– Прежде в него впадали две большие реки: та, что на западном берегу, называется Семлики, вторая – Нил. Обе текут с юга, но Семлики с гор, а Нил от большой воды. Туда я и веду тебя.

– Это другое озеро?

– Никто из людей не знает, озеро ли это или начало великой пустоты.