Шаг в аномалию - Дмитрий Хван

— Помер Мишаня…

Мужики поснимали шапки и начали креститься.

— Уйдите все отсюда! — истерически выкрикнула Дарья. — Пошли вон!

Так и не нащупав пульс, она пыталась сделать ему массаж сердца, пытаясь восстановить кровоток и заставить сердце заработать.

— Да без пользы это, девонька, — грустно произнёс седой казак, последним выходя из казармы.

Дарья не ответила, лишь быстро отерев пот со лба да поправив непослушную чёлку, продолжая работать.

— Где эта тварь?!

Елисея схватили только у реки, на причале. Он, лисицей прошмыгнув мимо морпеха у ворот, выскочил на берег и пытался стащить на воду лодку. Тут его стражники и повязали за несанкционированные манипуляции с плавсредством. Пока Елисея выспрашивали о цели водной прогулки, налетела толпа казаков, и его начали убивать. Не бить, а именно убивать. Обалдевшие от подобного зрелища морпехи лишь чудом отбили Елисея, выстрелив по разу в воздух из пистолетов. Казаки требовали немедленно убить Елисея и были настроены весьма решительно. На шум выстрелов прибежал Сазонов и группа морпехов, которые еле оттёрли толпу казаков подальше от лежащего навзничь злодея.

— А ну, тихо! Никакого самосуда я не допущу, — спокойно сказал майор.

— Почто защищаешь убивца, майор?

— Отдай его нам, всего делов!

— Да подождите вы, сначала узнать надо, зачем он это сделал, — махнул рукой Сазонов.

Подошёл Вячеслав и ещё несколько человек, все хмуро уставились на избитого человека.

— Поставьте его на ноги. Водой плесканите сначала, — приказал Вячеслав.

Елисея-Конана облили водой, а когда тот заворочался, поставили на ноги, придерживая, чтобы не упал. Вячеслав подошёл к Елисею вплотную:

— За что ты его так, Елисей?

Избитый запрокинул голову и, выплюнув кровавую жижу изо рта, ощерился осколками зубов:

— Ничто у вас не сдеется. Не сдюжите! Побьют вас вскорости.

— О чём ты? За что парня убил, сволочь?

Елисей молчал. Сазонову передали котомку, которую тот уже закинул в лодку.

— Обыскать его! — приказал Вячеслав.

— Одёжу с его сымите, может, он заховал в подкладку чего, — раздалось из толпы казаков.

Сазонов подошёл к стоящему в одном исподнем преступнику.

— Ты расскажешь нам что-нибудь?

Елисей безучастно молчал.

— Повесить, — коротко бросил Вячеслав и, развернувшись, пошёл в посёлок.

Казаки одобрительно загудели.

Начальство посёлка было окончательно запутано дикой выходкой одного из гостей, выдавшего себя за друга и якобы заинтересованного в них человека. А он оказался засланным казачком, для погляду и докладу присланным к ним. Теперь стоило подумать, что ожидать от остальных посланников с Руси. После случая с Елисеем их тут же изолировали, и если боярские дружинники не противодействовали этому заключению, то Никита и люди его отца отчаянно сопротивлялись тому, чтобы их заперли в башенный погреб.

— Это душегуб от Судакова Анисима, не наш человек! Мы не в ответе за его деяния! — кричал Никита запиравшим его в погребе морпехам.

— Что делать будем, Андреич? — спросил Сазонов начальника посёлка, наблюдая, как могучий ефрейтор накладывает запор на люк погреба. И тут же сам себе ответил: — Чую, хана настанет с такими гостями. Как котята слепые. Разведку бы замутить.

— Откуда её взять-то, — удивился Вячеслав, — да и кто в разведку пойдёт? Мы же как белые вороны! Или ты казачков хочешь использовать?

— Я бы не стал на них полагаться, — ответил Сазонов.

— А Кузьма?

— А что он? Он с Хрипуновым на ножах — ты это имеешь в виду?

— Ну да, думаешь, тоже не стоит доверять?

— Думаю, что рано ещё, Андреич. Так что пока мечты, и только. Со временем всё придёт, а пока нам только тыркаться. Опытным путём, — невесело усмехнулся майор.

В котомке Елисея ничего особенного не нашли — кое-какие припасы да всякая мелочь личного характера. А вот распоротая подкладка кафтана явила на белый свет небольшой кожаный свёрток со скрученными листами плотной бумаги внутри. Прочитать что-либо было абсолютно невозможно — писавший Елисей использовал тайнопись, сущую китайскую грамоту. Сазонов предложил испытать Никиту — он, будучи представителем этой группы, должен знать, как прочесть подобную вязь.

Никита, борясь меж своим уязвлённым самолюбием и возможностью пригодиться этим странным людям, сначала дал выход скопившимся эмоциям и лишь потом, успокоившись и справившись о состоянии отца, сказал, что готов помочь. Однако прочесть он смог далеко не всё, расшифровке поддалась лишь пара листов, остальное и для Никиты стало неодолимым препятствием.

— Ну говори, о чём он пишет?

— То, что я смог прочесть… Пишет о дороге до Ангары, острожках, количестве служилых людишек. О геройстве своём пишет.

— Интересно, хм. А дальше что? — поинтересовался Вячеслав.

— А далее не мочно мне прочесть, однако мыслю, что о вас пишет, — пожал плечами Никита.

— Логично. А что, Никита, отец твой прочёл бы? — озабоченно произнёс инженер.

— То не ведаю. — Никита плюхнулся на лавку и уронил голову на грудь. — Прошу вас не заключать меня в башню сызнова, да и людишек моих выручить оттуда нужно, мы не вороги вам, — глухо проговорил парень.

— А Елисей?

— Сей пёс изменой действовал, я отпишу на Русь об нём.

— Ладно, выпущу, но прежнее доверие заслужить надо будет, — решил Вячеслав, хлопнув ладонью по столу. Никита уверенно кивнул. — Ладно, Никита, ты иди, нам с майором поговорить надо. — И, проводив глазами Никиту, обратился к Сазонову: — Слушай, Алексей, я со Смирновым это обсудил уже. Короче, ты поставишь острожек у нашей границы на нашем берегу Уды у впадения её в Ангару и останешься там главным. Таможня и погранзастава, так сказать. Народу вас там будет немного, может с дюжину. Вахтовым методом парни там будут — по три месяца. Ваша задача — не пропустить чужого к нам незамеченным. Это очень важно. Возражения есть?

— Возражений нет, Вячеслав. Дело ясное… А кого мне дашь, Саляева, Новикова?

— Саляев с казаками будет заниматься сбором шкурок у туземцев. Новиков мне тут нужен, я же всё-таки не военный, мало ли что.

— Володя?

— Кабаржицкий? Да, на первых порах пусть он, а там посмотрим.

— Как с продовольствием будем решать?

— С собой возьмёте столько, сколько возможно. Приданные тебе тунгусы будут охотиться, у Владимира с рыбалкой неплохо. По возможности будем вас снабжать. В здешних лесах трудно с голоду умереть. Хотя мясо и рыба мне порядком поднадоели, картошки хочется, чёрт возьми! Но пока нельзя! Всё на высев.