Цветочная сеть - Лиза Си

— И когда вы увиделись снова?

— Ха! — хохотнул Сэмми. — Да я никогда в жизни не видел Четвертого! Он родился после моего отъезда.

— Но он же приезжал в Калифорнию. У него тут бизнес! — Дэвиду с трудом удалось скрыть удивление.

— Слишком много лет прошло, — покачал головой старик. — Зачем ему общаться с такими невежами, как мы?

— Но вы же знакомы с его сыном?

Сэмми кивнул:

— С племянником. Он приезжал сюда года три назад. Учился в колледже, как Гарри. Старуха готовила нам обед. Мы принимали Хэнлая. Он хороший мальчик, рассказал нам про Четвертого. И знаете, Четвертый теперь богатый человек. Первый миллионер в нашей семье. Можете себе представить?

— Это была ваша единственная встреча с Гуан Хэнлаем?

Сэмми махнул рукой:

— Мы много раз виделись. Он всегда говорил: «Отец богатый. Работайте на отца». Я смеялся. Вы же знаете, сколько мне исполнилось? — Дэвид и Хулань покачали головой. — Девяносто лет. Зачем мне работа?

— Но племянник пристроил мою внучку работать летом в банке, — перебил его Гарри Гуан. — А третий внук Первого работает в корпорации в Сенчури-сити.

Сэмми продолжал свою историю:

— Племянник вечно приходил сюда и талдычил: «Вам нужна работа?» Мол, вы знаете тут всех стариков и получите хорошие деньги. Я думаю, этому мальчику нужно осмотреть голову! — Сэмми рассмеялся над собственной шуткой.

— А что за работа? — хором спросили Дэвид и Хулань.

— Племянник сказал, нужно что-то продавать. Обещал большой заработок.

— И какой товар? — уточнил Дэвид.

Сэмми покачал головой:

— А мне-то какое дело? Я старик! Зачем мне что-то продавать? Я велел мальчишке оставить меня в покое, потому что я уже на пенсии.

— А Гуан Минъюнь?

Братья переглянулись.

— Мы его не знаем. Он нас тоже не знает. Он теперь большой человек. А мы… — Гарри поискал подходящее слово: —…мелкие сошки.

— Но семья…

Гарри перебил Хулань:

— Старший брат заботился обо мне после смерти мамы. Он отправил меня в Калифорнию, чтобы спасти. Я перед ним в вечном долгу. Но что там случилось потом, кто же знает? Вот вы из Китая, мисс Лю, может, вы в курсе, почему Четвертый так изменился.

Дэвид знал суровый, но честный ответ, прозвучавший из уст другого китайского иммигранта: Гуан Минъюнь стал «драконом». А два его брата остались «кротами».

Когда они возвращались по узкой дороге, Дэвид остановил машину и выключил зажигание.

— Что продавали эти парни? — спросил он. — Наркотики?

— Очень в духе триад, — согласилась Хулань.

— Да, но я не представляю, чтобы Сэмми толкал героин старикам в китайском квартале.

— Возможно, они продавали наркотики в Монтане, — предположила Хулань.

— Тогда как ты объяснишь слова Сэмми? Как именно Хэнлай собирался его использовать?

— Китайцы не просто доверяют своим родственникам, но и пытаются им помочь. Наш долг — заботиться о старшем поколении.

— Вряд ли Хэнлай был альтруистом, как ты считаешь? Нет, я думаю, все дело в предмете торговли. Если не наркотики, то что? Нефрит? Золото? Что купил бы пожилой человек в китайском квартале?

Хулань покачала головой.

Дэвид постучал по рулю, размышляя:

— А что еще за ковбои в Монтане? Хэнлай был красным принцем. Этот паренек привык к ночной жизни Пекина — дискотеки, караоке-бары, дорогой коньяк «Реми Мартин» и так далее. Зачем ему поездки на ранчо и вечеринки с ковбоями?

— Это легко понять. Думаешь, мы не слышали о романтике Дикого Запада? Вероятно, Хэнлай просто хотел похвастаться друзьям в Пекине.

Дэвид снова начал постукивать по рулю, взвешивая факты:

— Билли Уотсон солгал своим родителям о том, что продолжает учиться. Вместо этого он тусуется в Монтане, закатывает вечеринки, показывая другу романтику Дикого Запада.

Когда Хулань кивнула, он продолжил:

— Итак, у нас два богатых парня чуть за двадцать, верно? Так и вижу вокруг них красивых девушек. Целую толпу диких американских кобылок, вскормленных на кукурузе.

— Билли и Хэнлай были молоды. Это резонно.

Но зачем звать ковбоев снова и снова? Разве одной вечеринки недостаточно? Почему не приберечь всех красоток для себя?

Это ты мне скажи… Ты же мужчина.

И я не нахожу объяснения? — Он высказал еще одну догадку: — Может, Билли и Хэнлай гомосексуалисты?

— Нет, я бы увидела эту информацию в личном деле Хэнлая. Поверь, правительство не упустило бы такую пикантную деталь;

— А все-таки?

Тогда мы услышали бы от этом от Бо Юня, Ли Наньйди даже Никсона Чэня.

— Хорошо, — согласился Дэвид, — но все равно не похоже, что Билли и Хэнлай интересовались девушками. Эти мальчики были лжецами и обманщиками. Они хотели чего-то от ковбоев, точно так же, как хотели чего-то от дяди Хэнлая. Наверняка все дело в товаре, хотя я понятий не имею, что это.

— Если нам повезет, мы найдем его в аэропорту завтра. — Она положила руку ему на колено, затем медленно скользнула вверх по бедру. — Расслабься, сегодня мы ничего не сможем сделать. Давай вернемся в отель.

Это было самое чудесное предложение, которое Дэвид когда-либо слышал.

Глава 14

4 февраля, международный аэропорт Лос-Анджелеса

На следующее утро, за час до прибытия рейса «Юнайтед эйрлайнз» из Пекина через Токио, вся группа, за исключением Ноэля Гарднера, который организовывал наблюдение за Чжао, должна была встретиться в международном аэропорту Лос-Анджелеса с Мельбой Митчелл. Афроамериканка средних лет, которая была связующим звеном ФБР с таможней, ждала их у стойки таможенной службы США в зале вылета терминала Брэдли.

Пока группа агентов шла по залу, Мельба кратко описала работу таможни в аэропорту:

— Мы обеспечиваем соблюдение шестисот законов шестидесяти различных структур. То есть ищем все подряд: драгоценные камни, наркотики, недекларированную наличку, детскую порнографию, компьютерные