Иоланда, дочь Черного корсара - Эмилио Сальгари

Четверть часа спустя Морган, Иоланда, Кармо и плантатор из Маракайбо сидели в уютной аюпе, закрытой с трех сторон циновками, — ее предоставил Кумара, — и наслаждались обильным столом, уставленным жарким из морских гусей, лепешками из кассавы, плодами манго и ананасами.

Не забыт был и монументальный сосуд с «кашири».

Всем не терпелось узнать, какими судьбами Кармо удалось избежать смерти, но особенно удивительно было присутствие дона Рафаэля, которого считали утонувшим. Рассказ Кармо не вызвал большого удивления. Отважный моряк и оба индейца сумели скрыться в чаще леса, куда ойякуле не посмели войти. Позднее все трое вернулись к реке, чтобы отыскать Моргана и Иоланду, и, не найдя их, решили отправиться в индейское селение, чтобы позвать людей на подмогу, взять новую лодку и прочесать лагуну.

— А теперь расскажите вы, дон Рафаэль, — попросила Иоланда, когда Кармо закончил свое повествование. — Нам совершенно не понятно ваше присутствие среди индейцев.

— Не говорите, сеньора. Сам удивляюсь, как я попал сюда, — сказал, глубоко вздохнув, плантатор, евший за двоих и часто прикладывавшийся к бутыли. — Сам не верю, что еще жив. Меня сбросили в море, чтобы утопить. Неправда, будто я упал с корабля.

— Кто посмел? — спросил Морган, нахмурив лоб.

— Меня столкнул проклятый капитан, опасаясь, что известный вам сеньор окажется...

— Стоп, дружище, — сказал, подмигивая ему, Кармо.

— Командиром корабля, — продолжал дон Рафаэль, которого моряк заранее предупредил не заводить разговора о губернаторе Маракайбо.

— А что за капитан? — спросил Морган.

— Сеньор Валера.

— Не он ли в Маракайбо держал меня в подземелье? — спросила Иоланда.

— Да, сеньора. Он, должно быть, сообразил, что это я привел туда обоих флибустьеров Моргана, и ждал подходящего случая, чтобы отомстить мне за это. Воспользовавшись моментом, когда вы забивали течь, он пошел за мной на бак и подло столкнул меня в море. Я не успел даже крикнуть.

— А как вы спаслись? — спросил Морган. — Ведь мы тогда были еще далеко от этих берегов.

— Сейчас все расскажу. Когда я вынырнул, ошеломленный неожиданным купаньем, ваш корабль был далеко, но в нескольких швартовых от себя я увидел корпус фрегата, все еще державшегося на воде. Плаваю я хорошо, поэтому поплыл к кораблю и по канату, свисавшему с борта, взобрался наверх. Подгоняемый ветром и течением фрегат разбился о камни возле этих берегов, и я каким-то чудом выбрался на мель. Там меня подобрали и привели сюда местные индейцы.

— Мы действительно обнаружили здесь обломки несчастного фрегата, — подтвердил Морган. — Дон Рафаэль, вы родились в рубашке.

— Хотелось бы верить в это, — ответил пузатый плантатор. — Но...

Что он имел в виду, ни Морган, ни Кармо так никогда и не узнали — их беседу неожиданно прервали ружейные выстрелы и оглушительные крики.

Оба корсара, Иоланда и дон Рафаэль бросились из хижины. Карибы, сломя голову, бежали наутек из деревни, за ними следовали отчаянно вопившие женщины и дети. При виде Моргана Кумара кинулся к нему.

— Спаси нас, белый вождь, — взмолился он.

— От кого? — спросил флибустьер.

— Не знаю, к нам ворвались белые люди. Они палят из ружей.

— Испанцы?

— Не думаю.

— Пойдем посмотрим.

Обогнув огромную хижину, заслонявшую собой лагуну, Морган увидел два больших плота, переполненных людьми, стрелявшими в воздух из ружей.