Волки траву не едят - Константин Стогний

Ночная улица ярко освещала фонарями тонкую пелену первого снега. Он все шел и шел, уничтожая следы протекторов только что промчавшегося автомобиля. Ужасное преступление и гибель молодой секретарши произошли прямо на глазах у сотрудников редакции «Особо секретно». Они только и успели, что вскрикнуть…

– Я знал, я знал… – пробормотал Виктор и, бросив окурок прямо на тротуар, пошел в сторону погибшей, обгоняемый разгоряченными журналистами.

Вся суета молодежи вокруг Маши была уже бесполезна. Виктор знал это. Он спокойно шел к телу секретарши, пока ночной воздух прорезали топот ног и крики «Полицию!.. Полицию!.. в «скорую» позвоните!..»

Конечно, даже объявив план «Перехват» по Москве, полиция не нашла джип «Чероки», сбивший девушку. Такое впечатление, что его никогда и не было.

…Четыре часа Виктора допрашивал представитель Следственного комитета, четыре часа продолжалось «переливание из пустого в порожнее». Лаврова или не слышали, или не хотели слышать, повторяя, как мантру, одно и то же: «А где доказательства?» Виктору вспомнилась беседа с сектантами, когда любой спор заканчивался единственным аргументом: «Ну, это одному Богу известно…» Так и здесь. И главное, всему находилось объяснение местных криминалистов. Самолет упал, потому что обледенел; второй этаж редакции сгорел по причине неисправной проводки; сервер редакции был подвержен хакерской атаке, как и многие другие в этот день; Маша погибла, потому что была невнимательна на дороге; а Артему Боровину никто не угрожал по телефону – это все домыслы…

Логическая цепочка рассуждений украинского журналиста с опытом работы следователя почему-то не нравилась следователю из Москвы. Может быть, потому, что ему сказали, каким должен оказаться конечный результат? Но это было уже не важно.

В половине пятого утра Лавров наконец добрался до гостиницы. Сегодня он в очередной раз понял, что никто этих преступлений не раскроет, и убийц Артема Боровина, а теперь уже и его секретарши Маши Безродной, не найдут и, что самое страшное, все спишут на случайность или «человеческий фактор».

…Виктора разбудил настойчивый звонок его мобильного телефона. На часах было 11.30.

– Витя! Привет! Абросимов говорит…

Один из «ветеранов» газеты «Особо секретно», которого Виктор знал уже много лет, срочно вызвал украинца в редакцию.

– Тебе это будет интересно! – заинтриговал Абросимов Лаврова.

Через час с четвертью Лавров вошел в помещение редакции. Сразу в дверях его встретил Абросимов – ровесник Виктора с густой окладистой бородой.

– Смотри, старина, – сказал, поздоровавшись, он. – У нас в отделе сидит какой-то непонятный гость. Поговори с ним.

– Для этого стоило меня будить, Эдик? – возмутился Виктор, но Абросимов его уже не слышал и нырнул в боковую дверь. Через пару минут он вышел вместе с молодым человеком кавказской наружности. На вид ему было лет тридцать. Обут он был в ярко-красные мокасины.

«Это что за Чингачгук?» – подумал Виктор, зная, что кавказцы, причем молодые, иногда очень любят одеться эпатажно, как бы подчеркивая свою значимость в этом мире.

– Вы занимаетесь расследованием гибели самолета? – спросил «чингачгук», не поздоровавшись.

Виктор непонимающе посмотрел на Абросимова. Тот глубоко вздохнул и пожал плечами.

– Ну, мы решили, что лучше тебя никто не справится… Правда?

– Кривда! – сердито ответил Лавров Абросимову и опять переключил внимание на кавказца. – Так что вы хотели, уважаемый?

– Я вам очень помогу! – ответил собеседник. – Хочу вам дать ксерокопии двух фотоснимков. Видите? Это падающий Як-40 с вашим начальником. Снимки делали те, кто «завалил» самолет. Заплатите мне за фотографии десять тысяч долларов, и я принесу вам оригиналы.