Серые братья - Том Шервуд

– А для чего столько пороху? - хмуро спросил прижатый к бочонку телохранитель Монтгомери.

– Нам, видишь ли, - снова сказал Стэнток, - назад ещё добираться.

Но, когда они с Бэнсоном привязывали к бокам кареты своих коней, Стэнток шёпотом поинтересовался:

– А в самом деле - для чего столько пороху?

– Взорвём карету, - торопливо прошептал Бэнсон. - Когда заколем этих двоих, запалим фитиль - и сядем в сёдла. Масло вспыхнет, и всем какое-то время будет не до нас.

– А нам придётся Монтгомери и охранника заколоть?

– А ты знаешь, кто эти люди? Дюк, Монтгомери? Про черепа знаешь?

– Пока не стал телохранителем - не знал. Теперь знаю.

– Так что же спрашиваешь?

Помолчав и затянув узел на поводе, Стэнток спросил: - Нападём разом?

– Да. В удобном месте я крикну: «Вот они!» Понимаешь? Глядя в окно. Каждый из нас бьёт того, кто напротив. Рука не дрогнет?

– Вот там и увидим.

Дюковы телохранители ещё прошли вдоль приготовившегося к скачке эскорта, проверили кучеров, всадников. Змей потребовал сменить порох на полках мушкетов. (Монтгомери и вышедший во двор Дюк одобрительно покивали.) Затем все заняли свои места, тяжёлые ворота раскрылись - и кавалькада, сразу беря хорошую скорость, выплеснулась на залитую лунным светом дорогу.

Пронеслись мимо поле и лес. Прогрохотал внизу, под копытами, мост через речушку. Свернули в рощу - глухую и тёмную. И здесь, когда удалились достаточно от открытого пространства, взглянув в сторону мелькающих вдоль дороги, слитых в чёрную стену деревьев, Бэнсон хрипло воскликнул:

– Вот они!

И звякнули выхваченные ножи. Тут же качнулись вперёд, к дверным проёмам и Монгомери и его телохранитель - взглянуть - что там такое. Качнулись прямо навстречу коротко ударившим лезвиям.

– Запали фитиль, - сказал Бэнсон Стэнтоку, вкладывая свой клинок в ножны.

Стэнток торопливо достал кремень, огниво и трут, а Бэнсон приладил к бочонку длинный фитиль. Когда трут загорелся - от него подожгли конец фитиля.

– Теперь - быстро в сёдла, стреляем в стороны леса, вопим во весь голос чтобы хлестали коней, а сами скачем назад. У нас по два пистолета? Возьми ещё пару у телохранителя. Фитиль горит? Всё, пошли.

Как только Бэнсон, ударив колено о край привязанного за седлом арбалета, сел на коня, он выхватил из-за пояса пистолет и, направив его в сторону леса, выстрелил, осветив яркой вспышкой и себя и карету.

– Гони-и-и!! - закричал он что было силы, и в ту же секунду с другого боку ударил выстрел, и Стэнток также крикнул:

– Гони, братцы!! Гони, проскочим!

Всадники и кучера, подстёгнутые долгим напряжением, хлестнули лошадей. Грохнули впереди ещё два выстрела - мушкетные, наугад, дробно застучали колёса карет, а два телохранителя Дюка помчались против хода эскорта, продолжая кричать:

– Быстрее! Быстрее! Мы их задержим!

И разлетелись в разные стороны - двое убийц и грохочущая кавалькада.

– Ты слышишь? - спросил Бэнсон через минуту, останавливая коня.

– Что? - коротко спросил Стэнток.

– Взрыва нет! А фитиль уже должен был догореть!

– Это значит…

– Да. Его потушили. Огонь бы всё скрыл, но теперь не секрет - что Монтгомери и его телохранителя убили ножами.

– И за нами сейчас бросится основательная погоня.

Ситуация была простой и понятной. Но, вместо того, чтобы уносить ноги, двое друзей задержались ещё ненадолго. Они натянули между ближайшими деревьями тонкий канат - на высоте груди всадника, и лишь после этого взяли галоп.

– У тебя есть семья? - прокричал Бэнсон, когда кони вынеслись на равнину и можно было скакать рядом.

– Есть! - Ответил Стэнток. - Родители, жена и ребёнок.

– Немедленно к ним! Нанимаем карету - и всех увозим. И сами сядем в карету - мы очень приметные. До утра мы до Плимута не успеем, а утром нас будут искать на всех дорогах графства!

– У тебя в Плимуте есть надёжное место?

– Да! И надёжный друг.

Но, спустя три дня, когда к дому бывшего скупщика краденого притащилась неуклюжая большая карета, принца Совы Бэнсон в доме не обнаружил.