Корабль палачей - Жан Рэй

Увы, бабушка, у меня украли эти предметы! Несмотря на то что они были спрятаны в месте, недоступном для воров. Кто мог догадаться о тайне, заключенной в этой книге и этом камне в нашем маленьком городке, таком банальном, как Линденхэм! Только такой человек, как этот гениальный мерзавец Пранжье! Да обрушатся все несчастья на этого высокомерного типа!

Я совершенно случайно узнал, что он недавно приобрел судно, получившее название «Дорус Бонте», и бросился к тайнику. Мои сокровища исчезли!

Граф выдвинул секретный ящичек, в котором открылось множество стопок луидоров.

— Это золото французских эмигрантов, но я никогда не смог установить его законных обладателей! Мои поиски, сопровождавшиеся сожалениями и угрызениями совести, продолжались много лет. А теперь… То, как я собираюсь использовать это золото, возможно, сотрет тяжелый грех, превративший меня в дряхлого старика. Как вы считаете, бабушка?

В комнату через разбитое окно проник и распространился тонкий аромат ломоноса. В далеком лесочке принялся пробовать голос соловей.

— Это и будет ваш ответ, бабушка?

Нет, ответом оказался приглушенный звонок, раздавшийся в коридоре ветхого особняка.

Граф Бодуэн даже вздрогнул от неожиданности.

— Звонок входной двери!.. Боже мой! Сколько лет я не слышал его!

Неуверенными шагами он пересек столовую и прошел коридором.

— Кто там?

— Человек, который хочет вам добра! Откройте!

— Я предпочел бы, чтобы сначала вы назвали себя, — сказал граф.

Неизвестный ночной посетитель некоторое время молчал, очевидно, обдумывая ответ.

— Мое имя Тейрлинк, Ивон Тейрлинк. Оно говорит вам что-нибудь?

— Нет, не говорит ничего!

— А имя Ансельм Лемуэн?

Граф де Вестенроде вскрикнул от неожиданности и поспешно отворил дверь. В дверном проеме вырисовывался силуэт высокого широкоплечего мужчины. Коротким движением он снял шляпу.

— Я могу войти?

Не говоря ни слова, граф схватил гостя за руку и поспешно провел его в столовую.

— Значит, вас прислал Ансельм Лемуэн? — спросил он дрогнувшим голосом, усадив гостя в единственное уцелевшее в помещении кресло. — Значит, Ансельм Лемуэн еще жив?

— Ему сейчас восемьдесят два года или даже немного больше. Но это, как и прежде, человек из высококачественной стали, способный выпивать пинту бренди каждый день, который ему дарит Всевышний.

— Как вы познакомились с ним?

— Мне не нужно было с ним знакомиться — это мой дед!

— Значит, вы фламандец!

— К тому же гражданин Гента! Но что в этом удивительного? Моя мать вышла замуж за Криса Тейрлинка, капитана судна «Прекрасная француженка», имевшего на тот момент в качестве порта приписки Руан. А моя мать была дочерью старого Ансельма.

— Руан! — пробормотал граф Бодуэн, постепенно приходящий в себя от потрясения.

Ивон Тейрлинк продолжил поражать слушателей неожиданными новостями:

— Несколько дней назад один из членов коммунальной администрации Руана посетил моего деда и сообщил ему, что им интересовался гражданин Линденхэма, города во Фландрии.

— Черт возьми, ничего не понимаю! — возмутился дед. — Лучше скажите мне, где находится этот Линденхэм?

Чиновник ответил, что он получил телеграмму с просьбой предоставить информацию от некоего графа де Вестенроде.

— Постойте, — задумался дед. — Вестенроде… Кажется, это имя мне знакомо. — Немного подумав, он неожиданно выругался, потом схватил чиновника за воротник и приказал немедленно отправить мне телеграмму следующего содержания:

«Немедленно приезжай!»

Поскольку я уволился с работы три недели назад, я решил, что вполне могу потратить немного времени на прихоти деда. Но тот не дал мне ни минуты на передышку.

— Я нужен графу де Вестенроде! — рявкнул он. — Надеюсь, ты помнишь, что одна из дочерей Блоссевиля вышла замуж за некоего Вестенроде?

Когда я сказал ему, что не имею понятия об этом событии, он принялся осыпать меня ругательствами. Он не понимал, как можно быть таким тупым, что даже не слышать об этом браке?

— Немедленно отправляйся в Линденхэм, даже если он находится в Антарктиде! — продолжал громыхать дед. — И сделай все, что тебе прикажет сделать Вестенроде, даже если тебе придется спуститься в ад, чтобы оторвать хвост у дьявола!

Те, кто знаком с дедом Ансельмом, знают, что спорить с ним бесполезно, когда он что-то задумал. Поэтому я и оказался у вас. Мне действительно придется спускаться в ад? — поинтересовался Ивон со смехом.

— Все возможно, — ответил я, пожав плечами.

— Отлично! В этом случая я именно тот, кто вам нужен! Так решил дед. Кстати, вы знакомы с ним?

— Нет. Но моя бабушка часто говорила о нем. Теперь я тоже должен кое-что рассказать вам, если, конечно, это вас интересует. Боюсь только, что рассказ коротким не получится.

— Валяйте, — ответил моряк и устроился поудобнее в своем расшатанном кресле. Потом он набил трубку табаком.

— Кузен моей бабушки Жюльен де Блоссевиль вышел в море в 1833 году из Дюнкерка на бриге «Лийуаз» курсом на север. В соответствии с заданием он должен был наблюдать за французскими рыбаками, ловившими треску в исландских водах, и при необходимости помогать им. Но он прошел дальше к северу, достиг Гренландии и… Там ему удалось сделать крайне важные открытия, которые он не стал держать в тайне. Но ему прежде всего захотелось узнать об обнаруженном как можно больше подробностей.

Перед тем как вернуться к Исландии, он поручил своему подчиненному, наиболее достойному доверия, передать шкатулку моей бабке графине де Вестенроде, урожденной Поре де Блоссевиль, его кузине, которую он очень любил.

От Исландии Жюльен де Блоссевиль снова направился к Гренландии… С тех пор, несмотря на продолжительные поиски, никто никогда не увидел ни его, ни его фрегат «Лийуаз». И моя бабка была уверена, что он стал жертвой тайны, которую пытался раскрыть. Моряка, получившего задание передать послание моей бабке, звали Ансельм Лемуэн, и он жил в Руане.

— Понимаю, — заметил Ивон. — Таким вот образом все и складывается в нечто целое. Да, старина Ансельм по-прежнему живет в Руане. Тем не менее родился он в Дюнкерке, а поэтому гордо называет себя французом из Фландрии. Но, господин граф, нам нужно поговорить о ваших делах и выяснить, чем я могу быть вам полезен.

Их беседа продолжалась более часа, после чего Ивон сделал несколько практических выводов.

— В настоящее время в порту Дюнкерка есть судно, когда-то плававшее под голландским флагом. Сейчас его называют «Тонтон Пип» — это перевод на французский язык его первоначального названия^[13]. И, если название и кажется забавным, судно тоже выглядит не совсем обычно. Я думаю, что оно столь же древнее, как и само море. И так же как и море, оно будет существовать вечно. Это шхуна довольно большого водоизмещения для судов этой категории. Житель Брюгге по имени Мартин Списсенс, явно наполовину свихнувшийся, купил его у какого-то английского арматора, когда тот собирался пустить шхуну на дрова.