Москвест - Андрей Жвалевский

— Я-то Чохов, а вы кто?

— А мы хотели… к вам в ученики, — сориентировалась Маша. — Вы такую красоту делаете!

— Девка, какие ученики? Тебе рожать давно пора, а не по дворам шляться!

Маша покраснела и осталась стоять с открытым ртом. А мастер схватил Мишу за руку и поволок внутрь барака, из которого недавно выскочил.

— Слушай! — рявкнул он повелительно и качнул колокол, висящий на длинной палке.

Колокол загудел, стенки барака завибрировали.

— Круто, — сказал Мишка, — громко.

— Подбери к нему маленький! — приказал Чохов и впился в Мишку глазами.

Миша подошел к столу, на котором были свалены колокольчики всех размеров, взял один, звякнул, отложил, взял второй, звякнул, поморщился, взял третий…

Чохов не сводил с него глаз, Маша и паренек-мастеровой переводили глаза с одного на другого.

— Вот! — уверенно сказал Мишка. — Чистая октава!

— Че? — опять спросил Чохов, но тут же поправился. — Беру!

Паренек завыл:

— Ай, не выгоня-я-яйте меня! Я ж вам еще пригожусь! Меня батя убьет, коли я домой вернусь!

Чохов только отмахнулся.

— Не вой, дуралей, будешь лить помогать.

— А я? — не выдержала Маша.

— Вот только девок мне тут не хватало! — воздел руки к небу мастер и быстро ушел, что-то бормоча себе под нос.

— Ну и как ты это сделал? — спросила Маша, когда Чохов скрылся за соседним бараком.

— Что? — удивился Мишка.

— Как колокол подобрал?

Миша пожал плечами.

— Как-как… У меня слух абсолютный, я пять лет на скрипке играл.

— Ну ничего себе! — изумилась Маша.

— Я покажу тебе, как мастера обманывать! — вдруг заорал паренек и кинулся душить Мишку.

Уж на что Миша был не гигант, но даже ему не представляло труда сбросить с себя этого дурачка. Драться тот не умел совершенно.

— Ты что, охренел? — заорал Мишка.

— Я тут пять лет корячусь, а ты пришел и за пять минут в ученики, да? А потом все наши секреты новгородским продашь, да?

— Слушай, уймись! Никому я ничего продавать не буду!

— У нас в учениках по двадцать лет сидят, и то не все колокол подобрать могут! А ты… Ты не просто так, тебя подослал кто-то!

— Да музыкант я, музыкант, понял? У меня слух! А если слуха нет, то можно всю жизнь в учениках ходить, толку не будет!

Вдруг у парнишки жалобно затряслись губы.

— Всю жизнь? Меня дома убьют…

— Сколько ж тебе лет? — не выдержала Маша.

— Да тринадцать… Почти…

— Ты тут с восьми лет в учениках? — спросил Миша.

— Ну да. Только… ученикам не платят. А до мастера мне еще…

— А как тебя зовут? — поинтересовалась Маша.

— Акакий.

— Как?!

Миша захихикал, Маша изо всех сил старалась сохранить серьезное лицо.

* * *

— Ну и зачем мы здесь? — выспрашивала Маша, сидя в дешевой комнате трактира недалеко от пушечного двора.

Они сняли комнату за деньги, которые у них остались еще со времен Ивана Грозного.

— Что мы будем делать на пушечном дворе?

— Если дело в колоколах, то должен быть секрет, — упрямо повторял Миша. — Узнаю секрет, вернемся домой за один прыжок.

— Какой секрет?

— Может, они заговоренные, эти колокола?

Маша только глаза закатила.

— А жить мы где будем? А мне что делать?

Мишка не выдержал:

— Ну что ты ко мне пристаешь с этими вопросами, я откуда знаю? Иди вон у Акакия спроси…

Помимо воли при упоминании этого имени Мишка опять начал хихикать.

— И спрошу! — обиделась Маша.

Обиделась серьезно, от души шваркнула дверью и отправилась куда глаза глядят. Мишка дернулся было догнать, но передумал. «Есть захочет — придет».

Машины глаза глядели, судя по всему, на мастерскую Чохова, потому что уже через четверть часа (как раз отзвонили вечерню) она оказалась там. Из мастерской доносился жалобный трезвон — то выше, то ниже, то два сразу. Маша уже знала, кого она застанет внутри. И действительно, прямо на земляном полу с отчаянным видом сидел Акакий и время от времени встряхивал то один колокольчик, то другой. Прислушивался, качал головой и снова встряхивал.

— Не получается? — участливо спросила Маша.

Акакий вздрогнул и уставился на нее.

— Это… Слушай, — в его голосе зазвучала надежда, — а ты знаешь, где тут… ктава?

Он встряхнул три колокольчика разом. Маша поморщилась. У нее со слухом было не так хорошо, как у Мишки, но и ей было понятно, что никакой «ктавы» тут и в помине нет.

— Давай разбираться, — предложила она.

…Через полчаса им удалось найти две пары колокольчиков, которые звучали более-менее гармонично. По крайней мере, так казалось и Маше, и Акакию. Но на этом успехи закончились.

Маша поставила парные колокольчики рядом и вперилась в них. Акакий удивился, но тоже уперся взглядом в металлические чашечки.

— Ага! — сказала Маша еще через пять минут.

Акакий вздрогнул. За это время он то ли задремал, то ли в прострацию впал.

— Смотри! — Машин палец шел вдоль контура колокольчика. — Этот и тот — они изогнуты одинаково!