Серебро и сталь - Виктория Александрова

Натали снова отвела взгляд.

— Спасибо, — пролепетала она. — Ой, а что же с вашими волосами?

— А, это… — Оскар усмехнулся и легонько коснулся затылка пальцами, затянутыми в кожаную перчатку. — Во время штурма замка обгорели, пришлось отрезать.

— Вам повезло, что только волосы обгорели, — заметила Натали, сжимая онемевшими от холода и волнения пальцами грубоватую ткань плаща.

Она знала Оскара уже почти четыре года, но они мало обращали друг на друга внимание — у них не было особой возможности познакомиться близко до того дня, когда лорд Джеймс отослал свою дочь из Эори. Случившееся несчастье заставило их сблизиться, и чем дальше шло дело, тем сильнее Натали осознавала, что медленно, но верно влюбляется в него. Это было непозволительно, ведь он — сын барона, пусть не особо богатого и знатного, но всё же рыцарь, капитан гвардии… А она — сирота с улиц Нижнего города, служанка. Кто на такую взглянет?

Но когда они были в Айсбурге, Оскар часто разговаривал с Натали, спрашивал о её прошлом, рассказывал о доме… И девушка знала, что никогда не забудет, как он отдал ей свой плащ, когда она по пути в Айсбург совсем замёрзла и продрогла.

Направляясь вслед за ним и сверля взглядом землю, девушка так и не решилась поднять глаза. Вместо этого она спросила:

— Значит, завтра будет сражение?

Глупый вопрос. Конечно, оно будет, об этом знают все: от лорда Штейнберга до самой ничтожной лагерной шлюхи.

— Да, — несколько удивлённо отозвался Оскар.

— А вы боитесь? — снова спросила она совершенно ненужную вещь.

— Не могу сказать, — хмыкнул он. — Пожалуй, мне есть чего бояться: милорд оказал мне честь, поручив командование авангардом, а это только увеличивает риск. Но… Я не знаю, боюсь ли. Всё-таки, пройдя даже через сто сражений, никогда не можешь с точностью сказать, что не боишься пасть в сто первом. Да и, знаешь, выбора у меня нет. Я должен сражаться. — Слово «должен» он произнёс необычайно твёрдо и ровно, а вот на «сражаться» голос дрогнул.

— Я понимаю… — пробормотала Натали.

— В конце концов, я ещё лорду Джеймсу поклялся защищать его дочь, и клятву нарушить не могу. — Вдруг он осёкся. Это заставило девушку насторожиться.

— В каком смысле? — тихо спросила она, понимая, что лезет не в своё дело. Но любопытство взяло верх, да и вопрос уже был задан, так что отступать поздно.

— Я полагаю, что он… — Оскар остановился и замолчал, подбирая слова. — Что он что-то подозревал. Насчёт того, что Карперы прибыли в Эори не просто так. И что дуэль леди Кристине с рук не сойдёт. Поэтому, я думаю, он и отправил её в монастырь: не в качестве наказания, а ради её собственной безопасности… — Он выдержал короткую паузу и вдруг заговорил нарочито беспечным тоном: — А ты? Ты боишься? — И пристально взглянул на неё.

— Чего мне бояться? — не поняла девушка. На самом деле она, конечно, боялась, боялась так, что поджилки тряслись, а руки непроизвольно дрожали. — Я уже привыкла, что кругом опасность.

И всё равно завтра будет хуже. Завтра может случиться всякое, и леди Кристина… И Оскар… Все они могут умереть. Да и она сама тоже. Это, конечно, было страшно, но Натали изо всех сил пыталась показать, что она не трусиха.

— Ты смелая девушка. Хотя тебе и не место здесь, как и леди Кристине, — улыбнулся молодой человек, и сердце служанки пропустило удар. — Кстати, как она себя чувствует?

Этот вопрос почему-то расстроил её, но она нашла в себе силы ответить:

— У неё голова болит.

— Неудивительно, — хмыкнул Оскар и снова двинулся вперёд, осторожно обходя чью-то невысокую палатку. — Такими сложными заклинаниями даже мой брат не рискнул бы пользоваться. Проникновение в чужой разум, подумать только…

— Ваш брат? — переспросила Натали отрешённо. О братьях он никогда не рассказывал…

— Да, младший. Его зовут Винсент, ему двадцать, и из него вышел бы лучший барон Эдит, чем из моего старшего брата или меня. Но дело не в этом. — Он вздохнул. — Он не просто маг, иногда ему приходят некие видения…

— Видения? — эхом повторила испуганная девушка. Бабушка говорила, что определённые видения размытого будущего могут посещать магов, но леди Кристина постоянно опровергала это, объясняя, что магия в наше время далеко не так сильна, как раньше, что такие её направления, как ясновидение и способность воскрешать мёртвых, давно утеряны.

«Магия — это не знание и не искусство, — объясняла она. — Ей невозможно научиться, её нельзя освоить. Она приходит вместе с рождением и не оставляет человека до самой смерти. Магия — это как музыкальный слух. У кого-то он абсолютный, у кого-то — послабее, а кто-то вообще рождается глухим… И слава Богу, наверное, что сейчас большинство людей глухи в этом плане».

Натали понимала, почему. Не все используют магию во благо.

— Ну да, или что-то вроде того. — По тону Оскара было слышно, что он уже пожалел о том, что вообще завёл эту тему.

— А вы можете рассказать подробнее? — попросила Натали. — Просто миледи говорила, что сейчас такое уже невозможно…

— Не знаю, — пожал плечами он. — Винсент лишь один раз обмолвился о них, сказал, что видел меня…

Он неожиданно оборвал свою речь, и девушка вздрогнула. Она медленно подняла голову, чтобы заглянуть ему в глаза, и увидела в них такой страх и такое обречённое отчаяние, что ей стало нехорошо. Винсент видел явно что-то ужасное, но Натали не решилась спросить, что. Возможно, Оскар сам этого не знал. И, пожалуй, слава Богу.

— Не бойтесь, — сказала она и неожиданно для самой себя легонько коснулась его руки. — Это ведь всего лишь магия. Как говорит миледи, слабая материя. — Попыталась улыбнуться, но безуспешно. В голосе всё равно звучала тревога. — Просто берегите себя, хорошо?

Девушка поймала его тёплый взгляд. Так странно смотреть в его глаза: не слишком большие, но и не слишком маленькие, окаймлённые тёмными ресницами, и такие синие, что в них утонуть можно…

— Хорошо, — кивнул Оскар и наклонился к её лицу.

* * *

Кристина лежала, закрыв глаза, но не спала. При таком скоплении мыслей в голове спать было невозможно: казалось, что её череп вот-вот лопнет и все воспоминания, мечты, фантазии и переживания выльются наружу. Твёрдая кушетка не позволяла нормально лечь, и Кристина села на её край, тяжело вздохнув.

Сначала перед глазами всё плыло, и девушка почувствовала лёгкое головокружение. Но потом оно прошло, взгляд стал яснее, и она увидела разбросанные по шатру