Тропой Предков - Гэри Дженнингс

Я разинул рот, вспомнив маленький бугорок между ног у жены алькальда, на который так рьяно нажимал языком.

— А что... что, если мужчина коснётся этого соска? Он умрёт?

— Он станет одержимым дьяволом! — объяснил брат Хуан.

¡Ay de mi!^[33]

— Что за глупости! — возмутился отец Антонио. — Полнейшая нелепость. Бугорок удовольствия есть между ногами у любой женщины.

— Нет! — возразил Хуан.

— А вот и да. Он был даже у самой Пресвятой Девы.

Брат Хуан торопливо пробормотал молитву и перекрестился.

— Я только хочу сказать, малыш, что этот невежда Осорио принимает за ведьмин сосок и знак Сатаны то, что Бог дал каждой женщине на земле.

— Не повезло той бедной женщине, которую он арестовал, — сказал я.

— Да уж, впереди её ждёт настоящий кошмар, — проворчал мой учитель. — Если она не признается в связи с Сатаной, Осорио доведёт её пытками до смерти.

— ¡Por Dios! — воскликнул я. — Но ведь тогда получится, что она невиновна. Как же его накажут?

— Да никак. Инквизиторы заявляют, что Господь примет её душу, и раз она невиновна, то попадёт в рай. Церковь официально снимет с неё обвинения, на чём всё и кончится. По мнению отцов-инквизиторов, лучше замучить и отправить в лоно Всевышнего невинную душу, чем проглядеть еретика.

Некоторое время мы шли в молчании.

— Антонио, — наконец произнёс брат Хуан, качая головой, — твои еретические суждения когда-нибудь навлекут гнев инквизиции и на тебя самого, и на этого мальчика.

Отец Антонио пожал плечами.

— Ладно, объясни Кристобалю по-своему.

Брат Хуан повёл свой рассказ:

— Когда наши славные монархи, венценосная чета, Фердинанд и Изабелла, объединили Испанию и захватили последние мавританские крепости на Иберийском полуострове, страна была густо населена евреями и неверными, угрожавшими самим основам нашей религии и общественного устройства. Чтобы противостоять сему дьявольскому влиянию, их католические величества соблаговолили учредить святую инквизицию. Евреям было предписано или принять святую христианскую веру, или покинуть страну. Почти в то же самое время, когда Христофор Колумб — великий первооткрыватель Нового Света — отправился в путешествие, десятки тысяч евреев изгоняли из страны, переселяя их на подвластные мусульманам земли Северной Африки.

— Торквемада, наш великий инквизитор, посчитал, что наилучшим способом приобщения к милосердной религии Христа будут пытки и конфискация имущества, — встрял отец Антонио. — Иными словами, десятки тысяч евреев лишились всего в пользу церкви и короны, независимо от того, приняли они христианство или нет.

Брат Хуан бросил на Антонио хмурый взгляд и продолжил:

— Последователи Магомета тоже были вынуждены либо сменить вероисповедание, либо покинуть Испанию.

— Что было нарушением условий их капитуляции, — дополнил отец Антонио. — Так или иначе, их собственность тоже была конфискована.

— С того времени, — гнул своё Хуан, — в нашей стране возникла новая угроза, со стороны ложных христиан. Я имею в виду евреев, притворно принявших крещение, — мы называем их marranos, маранами, — а также тайком исповедовавших мусульманство мавров. Их мы называем morisco, морисками.

Я понял, что это слово означает «маленькие мавры».

— Чтобы помешать этим нечестивцам распространять свои пагубные идеи и отправлять сатанинские ритуалы, церковь повелела святой инквизиции выявлять отступников...

— ...с помощью пытки!

— ...и карать их...

— ...публично сжигая на кострах, чтобы другим неповадно было, — подытожил отец Антонио.

— Кристо, сын мой, — терпеливо, хотя и устало произнёс брат Хуан, — слово «аутодафе» буквально означает «акт веры», и именно этим оно и является. Для тех, кто раскаивается и признает свою вину, наказание почти безболезненное.

Отец Антонио хмыкнул и пояснил:

— Еретика привязывают к столбу и обкладывают дровами. А того, кто раскаялся, вместо сожжения удушают гарротой.

Я, признаться, тоже никогда не понимал, как можно устраивать аутодафе. Я изучил Евангелия вдоль и поперёк, но ни в одном из них не обнаружил даже намёка на то, что не постигшего истинной веры следует сжигать заживо.

— Инквизиция, а её возглавляют исключительно мужчины, которые никогда не спали с женщинами или которым это, по крайней мере, запрещено, ведёт против женского пола священную войну, — заявил отец Антонио, отмахнувшись от пытавшегося было возразить брата Хуана. — Инквизиторы действуют под лозунгом искоренения ведовства и поклонения дьяволу. Невежественные монахи запугивают ещё более невежественный народ страшными проповедями, в которых расписывают чёрную магию и всякие жуткие ритуалы, после чего люди начинают видеть происки Сатаны решительно во всём.

Они доносят святой инквизиции на своих соседей, а бывает даже и на членов своей семьи, причём по самым тривиальным причинам.

Когда женщину подвергают аресту, инквизиторы руководствуются своей библией, книгой под названием «Молот ведьм», содержащей подробные наставления, как распознать и разоблачить колдуний. Первым делом женщин отводят в застенки, раздевают догола и тщательно осматривают в поисках сатанинских меток, для чего иногда даже полностью сбривают им волосы.

Помимо досмотра подозреваемых также подвергают допросу. Инквизиторы, руководствуясь «Молотом ведьм», начинают с простых вопросов, на которые нет правильных ответов, так что оправдать себя, что бы ни говорила обвиняемая, ей практически невозможно. Женщину могут, например, спросить: «Ты веришь в существование ведьм?» И если бедняжка ответит утвердительно, значит, обладает определёнными познаниями в колдовстве и, соответственно, она сама ведьма. А если ответ будет отрицательным, несчастную заподозрят во лжи и подвергнут пыткам.

Большое внимание уделяется проверке девственности, но и это никак не помогает оправдаться. Если девица оказывается целомудренной, предполагают, что это нечистый покрывает свою сожительницу, если же нет... значит, она состоит в связи с самим Вельзевулом.

Неважно, молодая женщина или старая, её всё равно подвергают мучительным пыткам, даже если бедняга признается, что была близка с Сатаной. Потом ей приходится описывать все подробности этих соитий и собственные ощущения, испытанные на ложе властелина тьмы.

Казалось бы, дай бог разобраться с евреями, маврами и колдуньями, так нет же. Инквизиция следит абсолютно за всем — тщательно проверяет содержание книг и искореняет плотские грехи, например многожёнство или содомию. А иногда доходит и вовсе до безумия — одну женщину инквизиторы привлекли к ответу за то, что она улыбнулась при упоминании Святой Девы.