Магия соперниц - Дива Фейган

– Мастер Бетрис, – прогудел он. – Как я рад, что успел перехватить вас до вашего отъезда.

Я взглянула на мастера и заметила, как сжались её губы.

– Советник Фэрон, – она склонила голову в приветствии.

Нахмурившись, я перевела взгляд назад на мужчину. Вот почему он показался мне знакомым. Он вместе с моей мамой и ещё пятью членами составляли совет Семи, местный орган управления Медазией. Я слышала, как мама называла его кораблём без руля, потому что невозможно было предсказать, за что он проголосует, как и понять, кому он симпатизирует – империи или Освобождению.

– Прошу прощения, – продолжила мастер Бетрис, – но вечер выдался крайне утомительным. Мне нужно спешить. – Она было двинулась вперёд, но советник Фэрон преградил ей путь.

Нас окружали высокие живые изгороди, не считая небольшой ниши сбоку с солнечными часами в окружении розовых кустов. Должно быть, именно там советник Фэрон нас и поджидал.

– Прошу вас, Джулиен, – он понизил голос, заговорив хрипло и с нажимом. – Вам известно, что на кону. Вы не можете вечно прятаться в своём кабинете и надеяться, что всё разрешится само собой. Нам необходимо найти мирное решение, пока не стало слишком поздно. Если вы знаете, где корона, вы должны нам сказать.

Мастер Бетрис, не изменившись в лице, произнесла:

– Я уже говорила Совету, что у меня нет доступа к короне. Как и ни у кого другого. И я глубоко сомневаюсь, что в ближайшее время это изменится, – добавила она, бросив суровый взгляд на нас с Моппи.

Я поморщилась.

– Пожалуйста, позвольте пройти, советник, – попросила мастер Бетрис. – Мне больше нечего сказать ни вам, ни кому-либо другому.

– Мы не можем ждать, Джулиен, – не сдавался Фэрон. – Кто-то распускает слухи, что вы заодно с мятежниками. А новый имперский уполномоченный хочет…

Шорох живой изгороди рядом с нами прервал советника, и он ахнул. Под шелест листьев и хруст ломающихся сучков из-за веток протолкнулась человеческая фигура.

Он был почти семи футов ростом и одет в давно устаревшие доспехи вроде тех, что можно увидеть на фресках, изображающих первую высадку на Медазию. И с его кожей происходило что-то странное: она выглядела неестественно бледной, совсем как мрамор. Нет, это и на самом деле мрамор! Перед нами была ожившая статуя! Её плечи и руки покрывали какие-то наросты… Раковины? С головы свисали тёмно-зелёные ленты. Мне в нос ударил едкий рыбный запах. Бледное каменное лицо оглядывалось по сторонам.

– Это часть представления? – робко поинтересовалась я под взглядом его пустых невидящих глаз.

Под скрип и грохот трущихся друг о друга камней мраморный воин пошёл на нас, ритмично поднимая руки и ноги и открыв рот в немом вопле.

– Я так не думаю, девочки, – сказала мастер Бетрис и, сорвав с пояса шарф, хлестнула им по статуе. Лента золотого шёлка обернулась вокруг ног воина, стянув их вместе и лишь каким-то чудом не порвавшись. Существо рухнуло на землю.

Мастер Бетрис пихнула нас с Моппи в нишу, быстро бормоча что-то на магическом языке – я смогла разобрать лишь наши имена и слово «защищать».

– Не поднимайтесь, пока не будете в безопасности! – приказала она, и с её рук слетели ещё два шарфа и обернулись вокруг нас.

Я инстинктивно забилась, пытаясь разорвать просвечивающие путы. Но без толку: шёлк обволок меня всю целиком – руки, рот, даже глаза, – оставив лишь крошечную щёлку для обзора. Укрыв нас с головы до ног, мастер Бетрис обеспечила нам защиту от любого зла, но, к несчастью, это также означало, что я едва могла пошевелиться, разве что неуклюже прыгать. Я покосилась вбок и убедилась, что положение Моппи было точно таким же.

Статуя тем временем успела подняться. С беззвучным рёвом махнув огромной каменной рукой, она поймала Фэрона за шею и подняла его над землёй. Советник жутко, придушенно закричал. А затем крик оборвался. Резко, будто захлопнули дверь. Фэрон замер. Статуя отшвырнула его в сторону, и советник с грохотом упал на землю.

Я в ужасе на него уставилась. Его руки остались подняты к горлу, будто он продолжал бороться с невидимым врагом. Ноги застыли в незавершённом пинке. Бронзовая кожа стала болезненно сероватой. Мне ещё никогда не приходилось воочию наблюдать эту магию, но я читала душераздирающие описания её применения.

Фэрона обратили в камень.

До этого момента я была скорее раздражена, чем испугана, потому что мастер Бетрис могла справиться с чем угодно. Она – лучшая волшебница на всём острове. Но это была не обычная магия. «Окаменение» – это слово-солитер, то есть оно не имеет контрслова в магическом языке. Лишь высокопоставленным волшебникам школы «Магика» разрешалось пользоваться словами-солитерами, потому что их было невозможно отменить.

Фэрон не умер, но он больше никогда не сможет ходить, дышать, говорить и что-либо чувствовать. И мастер Бетрис могла стать следующей. Мы могли стать следующими. Заклинание окаменения было наложено на мраморные пальцы статуи, и одно их прикосновение могло навеки обратить нас в камень.

В беспомощном ужасе я наблюдала, как воин замахнулся на мастера Бетрис. Та порхнула в воздух, где её было не достать, и пробормотала заклинание. Статуя резко погрузилась в землю: плотная почва под её ногами в одно мгновение превратилась в грязь.

Но этого было недостаточно. Мраморные пальцы ухватились за край ямы: несколько секунд – и он будет на свободе.

Мастер Бетрис воспользовалась краткой передышкой, чтобы произнести длинную фразу на магическом языке. Среди прочих слов я узнала «обездвижить». Статуя замерла. Но не успела я вздохнуть с облегчением, как по её телу пробежала мерцающая волна, и она снова пришла в движение.

Волшебник, её ожививший, предусмотрительно наложил на неё контрзаклинание. Мастер Бетрис отпрыгнула назад, врезавшись спиной в живую изгородь, но мраморному воину на этот раз удалось схватить рукав её пальто. Он превратит её в камень! Я издала яростный вопль, приглушённый шёлком до невнятного бульканья, и сделала единственное, что было в моих силах: выпрыгнула из ниши прямо в ноги статуе.

Защитное заклинание не подвело и закрыло меня непробиваемой магической оболочкой, смягчив удар. У меня только клацнули зубы. Зато статуя опасно пошатнулась и замахала руками, стараясь удержать равновесие, но в итоге всё равно с оглушительным грохотом повалилась на землю.

Мастер Бетрис опустилась рядом со мной на колени:

– Благодарю. Но оставь это мне. – Она сжала моё плечо и пробормотала незнакомое мне контрзаклинание.

Статуя встала на ноги и покрутила большой