Сальватор. Том 1 - Александр Дюма

Господин Жерар вздохнул и снова сел, вернее, упал на стул.

Он не сводил с г-на Жакаля остекленевшего взгляда. – А теперь, – сказал тот, отвечая на молчаливый вопрос г-на Жерара, – в обмен на ваше спасение, за которое я ручаюсь, я вас попрошу не в качестве платы, а в виде дружеского return24, как говорят англичане, о небольшой услуге. У меня сейчас много дел, и я не смогу навещать вас так часто, как мне бы того хотелось…

– Так я буду иметь честь снова вас увидеть? – робко спросил г-н Жерар.

– А как же, дорогой мой господин Жерар? Я питаю к вам, сам не знаю отчего, настоящую нежность: чувства бывают необъяснимы. И вот, не имея возможности, как я уже сказал, видеть вас столько, сколько хотел бы, я вынужден просить вас оказать мне честь своим посещением хотя бы дважды в неделю. Надеюсь, это будет вам не очень неприятно, дорогой господин Жерар?

– Где же я буду иметь честь навещать вас, сударь? – неуверенно спросил г-н Жерар.

– В моем кабинете, если угодно.

– А ваш кабинет находится?.

– …в префектуре полиции.

При словах «в префектуре полиции» г-н Жерар откинул голову назад, словно не расслышал, и переспросил:

– В префектуре полиции?..

– Ну разумеется, на Иерусалимской улице… Что вас в этом удивляет?

– В префектуре полиции! – с обеспокоенным видом тихо повторил г-н Жерар.

– Как туго до вас доходит, господин Жерар.

– Нет, нет, я понимаю. Вы хотите быть уверены, что я не уеду из Франции.

– Не то! Можете быть уверены, что за вами есть кому присмотреть, и если вам вздумается покинуть Францию, я найду способ вам помешать.

– Но если я дам вам честное слово…

– Это было бы, безусловно, твердой гарантией, однако я очень хочу вас видеть, таково уж мое желание. Какого черта! Я, дорогой господин Жерар, тружусь для вас предостаточно, сделайте же и вы хоть что-нибудь для меня!

– Я приду, сударь, – опустив голову, отвечал честнейший филантроп.

– Нам остается условиться о днях и времени встречи.

– Да, – как во сне повторил г-н Жерар, – нам остается договориться лишь об этом.

– Что вы, к примеру, скажете о среде, дне Меркурия, и пятяице, дне Венеры? Нравятся вам эти дни?

Господин Жерар кивнул.

– Теперь обсудим время… Что вы скажете, если мы будем встречаться в семь часов утра?

– Семь часов утра?.. По-моему, это очень рано.

– Дорогой господин Жерар! Неужели вы не видели очень модную драму, прекрасно исполненную Фредериком, под названием «Кабачок Адре», в которой исполняют романс с таким припевом:

Кто всегда был чист душою,

Любит наблюдать рассвет

Наступает лето, рассвет приходит в три часа, и я не считаю со своей стороны неприличным назначить вам свидание на семь утра…

– Хорошо, в семь часов утра! – согласился г-н Жерар.

– Очень хорошо, очень хорошо! – обрадовался г-н Жакаль. – Перейдем теперь к распорядку остального вашего времени, дражайший господин Жерар.

– Какому еще распорядку? – не понял г-н Жерар.

– Сейчас поясню.

Господин Жерар подавил вздох. Он почувствовал себя мышкой, угодившей в лапы к коту, или человеком в лапах у тигра.

– Вы еще очень крепки, господин Жерар.

– Хм! – обронил честнейший человек с таким видом, словно хотел сказать: «Да так себе!»

– Люди вашего сдержанного темперамента обыкновенно любят прогулки.

– Это верно, сударь, я люблю гулять.

– Вот видите! Я даже уверен, что вы способны пройти в день четыре-пять часов и ничуть не устанете.

– Пожалуй, многовато!

– Это с непривычки, дорогой господин Жерар… Возможно, поначалу будет тяжело, зато потом вы не сможете без этого обходиться.

– Вполне возможно, – не стал возражать г-н Жерар, еще не понимая, куда клонит полицейский.

– Совершенно точно!

– Пусть так.

– Вам придется начать прогулки, господин Жерар.

– Я и так гуляю, господин Жакаль.

– Да, да, в своем саду, в лесах Севра, Бальвю, Вильд'Аврея… Прогулки ваши совершенно бесполезны, господин Жерар, потому что не обращают ваших ближних к добру и не приносят пользу правительству.

– Это так! – отвечал г-н Жерар, чтобы хоть что-нибудь сказать.

– Не стоит попусту терять свое время, дражайший господин Жерар. Я укажу вам цель ваших прогулок.

– Да?

– И постараюсь их по возможности разнообразить.

– К чему эти прогулки?

– К чему? Да для вашего же здоровья прежде всего. Прогулка – это спасительное упражнение.

– Разве я не могу его проделывать вокруг своего дома?

– Вокруг своего дома? Все здешние места до смерти вам надоели. За семь лет вы истоптали здесь все тропинки. Должно быть, вы пресытились Ванвром и его окрестностями. Необходимо непременно – слышите? – прервать однообразие этих прогулок по полям; я хочу, чтобы вы гуляли по парижским улицам.

– По правде говоря, я вас не понимаю, – признался г-н Жерар.

– Я постараюсь как можно яснее выразить свою мысль.

– Слушаю вас, сударь.

– Дорогой господин Жерар! Вы верный слуга короля, не так ли?

– Великий Боже! Я чту его величество!

– Согласны ли вы послужить ему во искупление ваших слабостей и, простите мне это слово, заблуждений?