Легионер - Гордон Догерти

— За Одиннадцатый легион Клавдия! — заорал Паво, глядя в синее небо.

Его поставили на землю, и он запрокинул голову, с жадностью глотая терпкое и душистое вино...

Фелиция пыталась пробиться сквозь толпу на Августеуме. Румяные и счастливые лица окружали ее, все наперебой поздравляли друг друга — о, как бы ей хотелось разделить это всеобщее ликование.

Однако все ее мысли уже очень давно были заняты только одним. Курций. Ее брат.

Она снова и снова видела его лицо — грустное, осунувшееся, растерянное...

Курций играл роль бестолкового перепуганного новобранца — и играл ее прекрасно. Он как-то сказал Фелиции, что имперский тайный агент не должен выделяться из толпы и демонстрировать какие-то таланты. Серость и обыденность — вот чем он должен прикрываться.

Тем не менее, его нашли внутри форта, позади казарм, с перерезанным от уха до уха горлом. Фелиция закрыла глаза, силясь удержать слезы.

Пробираясь через Августеум, она думала и о Паво. Сладкий мальчик, добрый мальчик, хороший мальчик... Мальчик, с которым она хотела бы связать свою жизнь, если бы эта жизнь не была так сложна.

Нет, увы, но главная ее цель сейчас — проникнуть в самое сердце Одиннадцатого легиона Клавдия и выяснить, кто виновен в смерти Курция. Нужно найти наемного убийцу, шпиона, пробравшегося в ряды Одиннадцатого легиона. Несмотря на страшные потери, которые понес легион, Фелиция была уверена, что виновник смерти ее брата по-прежнему был жив и служил в легионе. Это был кто-то из ветеранов — так предполагал ее источник. Милый мальчик Паво стал еще одним ключиком к крепким воротам форта легиона. Она добьется справедливости. Она сама совершит суд и исполнит приговор. Пусть прольется кровь... много крови.

Внезапно Фелиция увидела Паво. Он стоял посреди площади и пил вино прямо из меха, запрокинув голову и прикрыв глаза.

Все такой же — тощий, с хищным ястребиным профилем... Фелиция вдруг ощутила нежность к этому юноше. Вытерев глаза, она улыбнулась и направилась к Паво. Пускай впереди ждет буря — но кусочек радости они урвать успеют...

Теплый ветер носил по улицам разноцветные бумажные ленты, лепестки цветов и пыль. Город пел и плясал, кричал здравицы и обнимался, пил вино и жарил мясо... Праздник будет продолжаться всю ночь.

Паво и Фелиция обнимались в тени небольшой арки, не замечая никого и ничего вокруг себя. Паво уткнулся носом в душистые кольца янтарных волос девушки и все гладил, гладил ее по спине и плечам.

— Я думал, ты обо мне забыла.

Он заглянул в ее ясные голубые глаза, наслаждаясь нежной красотой девушки.

— Ну, я, может, и подзабыла — ненадолго! Но ты меня пригласил посмотреть на триумф — как же я могла пропустить такой случай? — поддразнила она его. — Только не забудь, конец недели — и у моего отца сейчас самый наплыв посетителей. Я же хорошая девочка, я должна вернуться и помочь ему.

Внезапно она замолчала и посмотрела Паво в глаза, уже не улыбаясь.

— Ты... вернешься в Дуросторум? Останешься в крепости?

Паво подумал о том, что услышал в форте по прибытии. Говорили, что из остатков легиона срочно формируют отряд особого назначения для отправки к северу от Данубия — там готы Атанариха восстали против Фритигерна, и ситуация балансировала на грани полномасштабного вторжения. Что-то было неладно в тех краях. Совсем неладно...

Паво нахмурился, было, но тут же беспечно улыбнулся, чтобы не расстраивать девушку.

— Первым делом я собираюсь заказать в «Вепре» выпивку и помириться с твоим отцом.

Он обнял ее за талию, притянул к себе и крепко поцеловал в сладкие, словно вишня, губы.

— О, глядите-ка — Паво! — проревел знакомый хриплый голос.

Паво оторвался от губ Фелиции, закатил глаза и повернулся, чтобы взглянуть на веселящуюся троицу: Сура, Зосима и повисший у них на плечах Феликс прямо-таки лучились от счастья. Феликс подмигнул юноше.

— Даю увольнительную на всю ночь!

С этими словами троица вновь нырнула в водоворот толпы и скрылась из виду...

Тарквитий смотрел на уличное веселье сквозь шелковые занавеси.

Казалось немыслимым, что ему удалось с блеском выпутаться из сложнейшего положения. Ему это удалось — благодаря острому уму и дипломатическому мастерству. Пропавший без вести епископ Евагрий был провозглашен предателем. Ходили слухи, что его позолоченный череп теперь украшает шатер Баламбера... Между тем, император восстановил работу сената, отменив чрезвычайное положение — и Тарквитий стал старшим среди сенаторов. Это сулило большие перспективы — но следовало помнить, что Валент не годится на роль марионетки. Впрочем, Тарквитий что-нибудь придумает. Просто действовать придется похитрее...

Он усмехнулся, потягивая вино из чаши и с удовольствием вдыхая летний, насыщенный ароматами цветов воздух. Возвращение в политику получилось почти триумфальным. От юного Паво в качестве раба толку не было — но зато теперь у Тарквития есть свой человек в самом сердце армии императора. На тайной встрече с Атанарихом — на прошлой неделе — Тарквитий пообещал наладить сеть контактов внутри легионов... чтобы грядущее вторжение готов прошло успешно.

Он задумался, шевеля толстыми губами. Возможно, было бы разумно включить мальчишку в Большую Игру? В конце концов, он даровал ему свободу, разве не так?

Что еще у него есть на Паво...

Внезапно Тарквитий вспомнил старую ведьму, встретившуюся ему на невольничьем рынке в тот далекий день. Ее слова вновь зазвучали у него в голове, и сенатор невольно вздрогнул. Проклятие старухи леденило ему кровь. Нет, есть некоторые вещи, о которых не следует знать ни одной живой душе... однако человек, пославший к нему старую ведьму, может оказаться полезным. Очень полезным. Да, пожалуй ... это может сыграть в пользу Тарквития...

Коварная улыбка тронула губы сенатора.

Отец Паво уж точно годится для участия в Большой Игре!

ГЛОССАРИЙ

Аве! — традиционное римское приветствие.

Аквилифер — знаменосец римского легиона.

Бенефициарий — морской офицер, отвечает за порядок на судне.

Боспорское царство — полуостров Крым.

Буччина — родоначальница современных трубы и тромбона. Использовалась для подачи сигналов в лагерях легионеров.

Вексилляты — временные вспомогательные подразделения легиона, набранные из других легионов и приданные для усиления.

Виа Игнатиа — древняя дорога,