Леопард охотится в темноте - Уилбур Смит

Они обшарили разбитый фюзеляж «сессны» и забрали все, представлявшее ценность: ящик с инструментами, аптечку, аварийный комплект с фонарем, пятилитровую алюминиевую флягу для воды, одеяла, питательные таблетки, пистолет, автомат АК-47 и боеприпасы, планшет. Кроме того, Крейг отвинтил с потолка кабины компас. После этого они в течение часа пытались скрыть следы катастрофы. Тунгата и Крейг перенесли оторванные крылья во впадину и забросали их сухими листьями.

Фюзеляж с двигателем им сдвинуть с места не удалось, но и его они замаскировали, как могли, ветками и листьями.

Дважды они слышали шум двигателей самолета. Низкий звук двух двигателей невозможно было не узнать.

— «Дакота», — сказала Сэлли-Энн.

— Они ищут нас.

— Они не могут знать, что мы упали.

— Нет, но могут догадываться, что самолет серьезно поврежден, — возразил Крейг. — Могут решить, что, скорее всего, мы не смогли продолжить полет. Вероятно, они пошлют сухопутный патруль прочесать местность и расспросить жителей деревень.

— Чем скорее мы уйдем отсюда…

— Куда?

— Могу я кое-что предложить? — вступила в разговор Сара. — Нам нужна еда, нужен проводник. Кажется, я смогу найти дорогу отсюда до деревни отца. Он спрячет нас до тех пор, пока мы решим, что делать, пока будем готовы идти.

Крейг посмотрел на Тунгату.

— Разумно. Сэм, возражений нет? О'кей, так и поступим.

Крейг, прежде чем уйти, отвел Сэлли-Энн в сторону.

— Это был прекрасный самолет. Тебе грустно?

— Я не испытываю нежных чувств по отношению к механизмам. — Она покачала головой. — Когда-то он был красивым воздушным змеем, теперь, искореженный, валяется на земле. Я берегу эмоции для более приятных вещей. — Она сжала его руку. — Пора идти, любимый.

Крейг с автоматом выступил первым и пошел в полумиле впереди, прокладывая путы За ним шли девушки. Тунгата, как самый слабый, замыкал колонну.

Вечером они добыли воду, вырыв ямы в пересохшем русле, пососали питательные таблетки и уснули, завернувшись в теплые одеяла из аварийного комплекта. Девушки

взяли на себя две первые смены караула, Тунгата и Крейг бросили жребий, чтобы распределить между собой две более поздние и трудные смены.

Рано утром Крейг пересек тропу и позвал к себе Сару. Та мгновенно сориентировалась, и через два часа они подошли к возделанным полям ниже расположенной на склоне деревни Вусаманзи. Сара отправилась к отцу, а остальные спрятались на маисовом поле. Через час Сара вернулась в сопровождении старого знахаря.

Старик подошел к Тунгате, опустился на распухшие от артрита колени и поставил ступню Тунгаты на свой седой череп.

— Я вижу тебя, сын королей, — сказал он. — Потомок великого Мзиликази из могучей ветви Кумало, я — твой раб.

— Встань, старик. — Тунгата поднял старика, называя его кехла, или уважаемым старейшиной.

— Простите меня за то, что ничего не предлагаю вам, — извинился Вусаманзи, — но здесь небезопасно. Солдаты повсюду. Я должен отвести вас в безопасное место, где вы сможете отдохнуть и освежиться. Следуйте за мной.

Он удивительно быстро зашагал на своих тощих старческих ногах, и они были вынуждены ускорить шаг, чтобы не потерять его из виду. Они шли часа два, причем последний час — по каменистому склону, поросшему густым колючим кустарником. Тропы как таковой не было, а перегретый воздух и замкнутость холмов действовали угнетающе.

— Не нравится мне это место, — тихо сказал Крейгу Тунгата. — Здесь нет животных и птиц, есть только ощущение зла, вернее, не зла, а тайны и угрозы.

Крейг огляделся. Камни были похожи на шлак, выгруженный из печи, деревья были кривыми и безобразными, черными, как уголь, на фоне неба или покрытыми серебристыми чешуйками, словно от проказы, если лучи солнца падали на них прямо. С ветвей свисали блекло-зеленые лишайники. Тунгата был прав, здесь не было слышно пения птиц, шуршания мелких животных в траве. Крейгу вдруг стало холодно, и он задрожал.

— Ты тоже почувствовал, — сказал Тунгата, и тут старик исчез, словно его проглотили черные скалы. Крейг поспешил вперед, подавляя в себе дрожь суеверного ужаса. Он подошел к месту, на котором исчез Вусаманзи, внимательно огляделся, но нигде не увидел старика.

— Сюда, — раздался замогильный голос Вусаманзи. — За поворот ущелья.

Крейг увидел совсем узкую щель, круто уходившую в сторону, в которую мог протиснуться один человек. Крейг вошел в нее и остановился, чтобы глаза привыкли к полумраку.

Вусаманзи снял с небольшого выступа на скале дешевую лампу и налил в нее керосин из бутылки, предусмотрительно принесенной в сумке. Он зажег спичку и поднес ее к фитилю.

— Пошли, — сказал старик и скрылся в темном коридоре.

— Эти горы изрыты пещерами и потайными ходами, — объяснила Сара. — Здесь в основном встречаются доломитовые породы.

Пройдя еще сто пятьдесят ярдов, они вышли в большой зал. Мягкий естественный свет струился через отверстие в куполообразной крыше. Вусаманзи погасил лампу и поставил ее рядом с очагом, сложенным из плит известняка. Стена над очагом была покрыта сажей, на полу был виден пепел. Рядом с очагом лежали аккуратно сложенные дрова.