Бернарда - Вероника Мелан

Главное, сосредоточиться. Все пройдет правильно и хорошо. Глубокий вдох, выдох.

Я стояла у окна спальни, в российской квартире, глядя во двор, снова и снова прокручивая в голове все детали.

Клэр предупреждена – я сказала ей, что сегодня приведу в дом одного человека, которого буду называть «мамой», а этот человек будет называть меня «дочерью». Объяснила, что у моего… народа принятые такие обращения между очень близкими людьми. Клэр кивнула и пообещала, что дом будет готов к визиту гостя.

Далее следовал долгий с кропотливый разговор со Смешариками, которых я настоятельно просила не выскакивать из-за углов, не кататься по дому, не превращаться в непонятного рода предметы, не кричать, буйствовать и уж, упаси Господи, не пукать. Во время путаных объяснений Фурии внимательно буравили меня желтыми глазами, после чего с пониманием ответили: «Рошо. Спря.»

Умницы. Они все понимали. Не хватало, чтобы у матери случился приступ из-за неожиданно возникших в поле зрения пушистых шаров с глазами. Если уж по рассказам Дэйн, и тот, едва не получил удар, увидев их.

В коридоре хлопнула дверь туалета – кто-то из родственников встал.

Так, еще раз, без спешки – обо всем ли я подумала? С Клэр я поговорила, с Фуриями тоже. Воспоминание о реакции Дрейка вызвало новый прилив тепла. Я улыбнулась.

Сонный, горячий, мускулистый… Я лежала, прижавшись щекой к его груди, ласково поглаживая плечо. Его пальцы медленно вычерчивали узоры на моей спине; по коже волнами пробегали мурашки.

– О чем ты думаешь, любовь моя? С самого утра пребываешь в глубоких размышлениях.

– О том, что вечеринка только завтра, а сегодня свободный день.

– И? Хочешь провести его по-особенному? Мне сегодня все-таки стоит появиться на работе. Сиблинг, наверное, уже замучился один.

– Я понимаю, да. Скажи, а отчего зависит течение времени в разных мирах?

Пальцы на мгновенье застыли, пробыли без движения несколько секунд, затем продолжили свой путь вниз по позвоночнику.

– От того, какая именно между ними сцепка. Она просчитывается специальной формулой, регулирующей взаимодействие течения времени.

– Это сложная формула?

– Очень.

– Но ее можно изменить?

Я осторожно подняла голову и посмотрела в его лицо, затаив дыхание.

Дрейк лежал, не открывая глаз, и улыбался.

– Скажи, тебя всегда с самого утра посещают глобальные мысли?

– Нет, не всегда…

Красивое лицо довольного мужчины, от которого неизменно перехватывало дыхание, а в голову лезли греховные мысли. Взгляд смеющихся серо-голубых глаз из-под век.

– Я понял, о чем ты хочешь попросить меня. Решилась?

– Да.

– Молодец. Не забудь показать ей осенний парк и городской центр «Сфера».

Выдох от облечения. Я обожала его. До умопомрачения.

– Не забуду. – Прошептала тихо, погладила его лицо ладонью и коснулась губ, вложив в нежнейший поцелуй столько любви и благодарности, сколько была способна. Дрейк шумно втянул воздух, сдерживая растущее возбуждение.

– Так вот, значит, как из мужчин вьют веревки…

– Нет, их еще вьют с помощью ежедневной заботы, внимания, обожания, ласки… – Я нежно прикусила его нижнюю губу и едва не застонала от наслаждения, когда сильные руки затянули меня поверх мужского тела и сжали ягодицы. – С помощью завтраков в постель, понимания, окружения любовью…