Новый Свет, Инк. Создание Америки английскими торговцами-авантюристами - John Butman

Книга Брэдфорда вдохновила новые, более популярные версии этой сказки. В 1858 году Генри Уодсворт Лонгфелло, самый обожаемый американский поэт того времени, опубликовал "Ухаживание Майлза Стэндиша". Длинная романтическая поэма прославляла военачальника пилигримов и рисовала пилигримов широкими благочестивыми мазками. Он прославил легенду о Плимутской скале, которая стала для пилигримов "дверью в неведомый мир" и, более того, послужила "краеугольным камнем нации!". Лонгфелло прославил общение пилигримов друг с другом и похвалил их упорство в преследовании идиллических, идеалистических целей в суровых условиях дикой природы.

Но у Лонгфелло, как и у Уэбстера, на уме было нечто большее, чем ухаживания и создание легенд. Хотя он избегал в своей поэме откровенной политической прозелитики, антирабовладельческие настроения, напоминающие вебстеровские, пробивались сквозь подтекст поэмы: мораль и цивилизованность были атрибутами Севера, родины пилигримов. Он описал первопоселенцев как невероятно добродетельных: "терпеливых, мужественных и сильных", "скромных, простых и милых", "нежных и доверчивых", "великих сердцем", "благородных и щедрых", "строгих и серьезных". Только такие люди, северяне, могли и должны были представлять общее дело идеализма и свободы, в котором нуждалась разделенная нация, а не рабовладельцы Юга.

Поэма Лонгфелло разожгла в национальном воображении огонь восхищения пилигримами. Она стала сенсацией в одночасье, продав 25 000 экземпляров в Соединенных Штатах всего за две недели и 10 000 экземпляров в день публикации в Лондоне. Но даже когда повествование о пилигримах использовалось в крестовом походе против рабства, на него возлагалась еще одна задача: служить образцом для основы американской жизни - семьи и домашнего хозяйства. В частности, речь шла о белых англосаксонских семьях Новой Англии, которые в то время казались осажденными индустриализацией, урбанизацией и иммиграцией - сопутствующими волнами немецких и ирландских иммигрантов, хлынувших в растущие северные города Бостон, Нью-Йорк и Филадельфию. В связи с этим возникло несколько вопросов: Чем теперь была Америка? Что она собой представляла? И прежде всего, кто такой американец? Что случилось с ценностями основателей?

Все оратории, истории, баллады и гимны заронили идею о том, что пилигримы были настоящими американскими первоисточниками, а затем национальный праздник еще глубже укоренил ее в национальном сознании. Первый праздник благодарения состоялся в 1621 году, после того как пилигримы пережили первую суровую зиму. Повторно они отпраздновали его в 1623 году, и именно тогда это событие стали называть Днем благодарения. В течение последующих двух столетий праздник воссоздавался разными способами, в разное время и в разных местах, в основном в Новой Англии. Затем, в 1817 году, Нью-Йорк объявил день празднования Дня благодарения и сделал его официальным государственным праздником в 1830 году - первым штатом за пределами Новой Англии, который сделал это.

Другие штаты постепенно последовали этому примеру. К середине века по всей стране развернулась кампания в поддержку Дня благодарения, которую возглавила Сара Джозефа Хейл, наиболее известная как создательница детского стишка "У Мэри был маленький ягненок". В 1846 году, будучи редактором популярного в то время периодического издания Godey's, она открыла ежегодную редакционную статью, пропагандирующую достоинства "великого американского праздника" Дня благодарения. По мнению Хейл, такой праздник мог бы сплотить нацию и, в идеале, предотвратить начало назревавшей тогда гражданской войны.

День благодарения, как его описывали Хейл и другие, давал возможность отпраздновать заветные американские традиции повседневной жизни. Он мог объединить разрозненные группы, включая представителей разных религий, а также городских и сельских жителей, под зонтиком общей государственности. День благодарения помогал напомнить всем об идеале пилигримов и утвердить веру в то, что Бог благословил Америку.

В 1854 году, в разгар кампании по случаю Дня благодарения и в преддверии мрачных дней Гражданской войны, еще один иностранный голос заговорил в пользу дела пилигримов. Джозеф Хантер, английский антиквар, который впоследствии подтвердит подлинность рукописи Брэдфорда, сделал грандиозное заявление: "Именно деятельность нескольких частных лиц, проникнутых духом оппозиции к установленному порядку церковных дел в протестантской Англии, - писал он, - привела к колонизации Новой Англии и, в конечном счете, к созданию Соединенных Штатов Америки как одного из великих сообществ цивилизованного мира".

К 1859 году тридцать штатов, в том числе двенадцать южных, взошли на борт повозки Дня благодарения - возможно, благодаря публикации работы Брэдфорда и тому вниманию, которое она привлекла. Но праздник не смог достичь того, чего хотел Хейл: объединить американцев. В апреле 1861 года страна погрузилась в гражданскую войну, когда войска Конфедерации, представлявшие южные штаты, объявившие об отделении, открыли огонь по войскам Союза, представлявшим северные штаты, в форте Самтер в Чарльстоне. Два года спустя, в октябре 1863 года, через три месяца после того, как армия Союза дала отпор войскам Конфедерации при Геттисберге в самом кровопролитном сражении конфликта, президент Авраам Линкольн выступил с прокламацией, в которой осмыслил прошедший год. По его словам, несмотря на ужасы войны, год был "наполнен благословениями плодородных полей и здорового неба". Даже то, что война подорвала "богатство и силу" нации, "не остановило ни плуг, ни челнок, ни корабль". Чтобы отметить хорошее среди стольких плохого, Линкольн предложил "всему американскому народу" отметить в последний четверг ноября "день благодарения".

С того года американцы стали неукоснительно соблюдать этот национальный праздник и связанное с ним наследие пилигримов. История Плимута стала частью программы начальной школы. В учебниках рассматривалась зарождающаяся демократия, проявившаяся в Мэйфлауэрском договоре - кратком документе, в котором излагались принципы управления, которым пилигримы согласились следовать, чтобы создать "гражданское политическое тело". Дети узнали, что все американцы - иммигранты или их потомки. День благодарения стал домашним праздником, нерелигиозным семейным собранием, в котором могли участвовать все, и во время которого, по словам одного наблюдателя, "передавались самые глубокие чувства патриотизма".

Однако не все поклонялись алтарю истории о пилигримах или празднованию Дня благодарения. В 1880-х годах католическая церковь выступала против Дня благодарения как "протестантского обряда". Многие южане считали его "днем янки". Один из любимых сыновей Новой Англии, великий интеллектуал Генри Дэвид Торо, искал в пилигримах исконные корни своего натурализма, трансцендентализма и аскетизма, но был разочарован и удручен тем, что их идеалы так часто "пренебрегали в моменты коммерческой жадности". Коренные американцы возражали против самой основы повествования о пилигримах, например, против характеристики земли как "дикой местности". Они дошли до того, что осудили День благодарения как "день траура", а не как праздник. Марк Твен в своем обращении к Обществу Новой Англии в 1881 году поддержал их точку зрения. Он утверждал, что его истинным американским предком был индеец,