Дороги Сонхи - Антон Орлов

лекарки Ринальвы – это другое, всего лишь игра в прятки. Да Ринальва никогда и не пыталась причинить ей вред, от нее скорее какого-нибудь хлесткого нравоучения дождешься. А песчаная ведьма – это смерть. С ее колдовства мигом усохнешь, превратишься в пучок травы с вялыми корешками, и твоя уснувшая душа будет заперта в этом пучке, пока он не рассыплется перегноем, а после застрянешь на неопределенное время в растительном царстве. Даже крухутаки не скажут, когда тебе повезет оттуда выкарабкаться и вновь переродиться в разумное существо.

Бррр, не хотела бы Венша провалиться в безвременный травяной сон. Такая участь грозит только ее племени, для остальных у песчаных ведьм есть другие смертоносные приемы. Немногие из амуши способны им противостоять – только самые искушенные в танцевальной ворожбе. Венша была слишком молода и не настолько опытна, чтобы дать отпор песчаной ведьме. Зато на ее стороне город.

Зал аудиенций – один из ее любимых. Никакой позолоты, ничего общего с набившей оскомину помпезностью, без которой не могли обойтись другие сурийские правители. Будто бы ты внутри огромной перламутровой раковины. Колонны из мраморного оникса изгибаются, точно стебли, а среди усыпанных драгоценными камнями светильников не найти двух одинаковых. Кажется, что тебя пытаются заворожить переливами бликов и перетеканием форм, хотя Венша могла поручиться, что никаких чар сюда не вплетено – одни лишь зрительные впечатления. Глянуть бы на изнанку, но там еще ничего не успело появиться: отделочные работы в этом зале были закончены в начале месяца Лодки.

Незваная гостья остановилась посередине мозаики, изображавшей кувшинку внутри хоровода водяных змей. Высокая и гибкая, волосы выпущены из-под тюрбана седым хвостом. На ней были шаровары, туника, куфла с карманами, все неброское, под цвет олосохарских барханов. За плечами дорожная котомка. Лицо морщинистое, а ведьмовские глаза светятся, как два песочных опала.

Под ее пронизывающим взглядом у Венши мурашки побежали вдоль позвоночника. Хоть и закуталась в усхайбу, хоть и приняла облик девушки с косичками, а эта старуха наверняка ее раскусит…

Фарийма поклонилась и приветствовала гостью – учтиво, но с достоинством, как подобает старшей придворной даме. С тех пор, как ее взяли во дворец, она многому научилась, вдобавок теперь она ходила в женскую школу, которую открыла при лечебнице Ринальва.

– Я Иланра, дочь Саманры, – представилась песчаная ведьма. – Община прислала меня, чтобы я помогла господину Тейзургу избавиться от магических недугов. Мы не сомневаемся в благой силе лекарей под дланью Тавше, но что касается заклятий и наведенных чар, это больше по нашей части. Рада с тобой познакомиться, госпожа Фарийма. Кто стоит рядом с тобой с закрытым лицом?

У Венши язык присох к гортани. А Фарийма, придвинувшись на полшага ближе и взяв ее за локоть, спокойно произнесла:

– Госпожа Иланра, это моя подруга, придворная дама Веншелат. Пойдемте со мной, выпьете чаю с дороги, а потом я провожу вас в лечебницу, где находится князь Тейзург.

Они вышли из зала вдвоем. Немного выждав, Венша последовала за ними, скользнула на изнанку, чтобы подслушать их разговор за чаепитием.

– Ты знаешь, кто твоя подруга? – спросила Иланра, дочь Саманры. – Ты видела ее истинное лицо?

– Я знаю, кто она. И я видела ее лицо. Говорят, недавно в мире кое-что изменилось, потому что было разрушено древнее заклятье, но мы с ней подружились еще до этих перемен. На свете и такое бывает… Попробуйте вот эту халву из Сакханды!

«И такое бывает…» – как эхо, подумала Венша.

Она до сих пор ощущала тепло пальцев Фариймы на своей правой руке чуть выше локтя.

Глава 10. Король-батрак

Сработало. Хотя после разговора с Хеледикой он и сам не очень-то надеялся, что кровь поможет. Но когда уснул, оказалось, что ситуация изменилась: через замерзший океан алой нитью протянулась дорога, и то ли лошадиный, то ли собачий скелет теперь мчался по ней вскачь, а всадник сидел, пригнувшись, сцепив лодыжки под пустой грудной клеткой и обнимая коня за шею. Правильно сидел. Это помогало ему – или, возможно, ей – держать мерцающую сферу, защищавшую спутника от мгновенной и абсолютной аннигиляции. Можно надеяться, скоро они доберутся до Сонхи и больше не полезут, куда не надо. Хорошо бы здесь им кто-нибудь объяснил, что путешествовать по мирам, используя Врата Перехода, куда приятней и безопасней.

Или у этих двоих не было выбора, не осталось иного пути – как у них с Тейзургом в той пещере?

Так или иначе, ему удалось решить эту проблему. И он по несколько раз в день бил в бубен, чтобы дорога не исчезла: надо продолжать, пока не станет ясно, что двое странников выбрались из бездны Несотворенного Хаоса.

Однажды вскользь подумалось о Вратах Перехода: смог бы он их открыть? Наверное, смог бы, если кто-нибудь его научит. Странно, что Эдмар, которого маги Ложи на долгий срок лишили этой способности, ни разу не попросил его это сделать… Но зачем мне Врата Перехода, если в Сонхи я дома?

А Тейзург не любит просить, предпочитает добиваться своего окольными путями. Поэтому и не попросил… кстати, о чем? Наверное, о чем-то несущественном, если Хантре подумал об этом и тут же забыл.

Преданный неблагодарными подданными король Ларвезы батрачил на захудалой нангерской ферме, как последний босяк.

Ферма называлась Кьюхту Ялши – в переводе с местного, Овечье Счастье. Обитало там семейство из четырех человек. Хозяин с хозяйкой, придирчивые, скуповатые, похожие друг на друга, с обветренными потемневшими лицами. Их взрослая дочка, дородная, косолапая, неуклюжая, вдобавок недужная на голову. Затюканный племянник или кем он им приходится, у этого с головой вроде в порядке, но косноязычен и трусоват, иначе давно бы чесанул из этой унылой дыры.

Теперь к ним прибавился еще и пятый – Дирвен. Или Кловгер, как он представился, назвавшись молонским именем. Приехал на целебные воды, а его здесь ограбили, домой вернуться не на что, вот бы кто-нибудь взял в работники… Все это он на ломаном нангерском наплел хозяйке Кьюхту Ялши, которая возвращалась с ярмарки. Упал перед ее повозкой, изобразив голодный обморок. Тетка обрадовалась и взяла его с собой. Сама она считала, что хитро заманила парня: заплатить обещано через год, а там еще надвое, пускай поработает за еду, и вдруг да получится женить его на Ондьеде.

А Дирвену только и надо было устроиться поближе к кладовке Нетопыря. Оббегал все окрестности в поисках людского жилья – с «Пятокрылами» это запросто, понаблюдал за обитателями Кьюхту Ялши и в нужный момент