Диктатор - CMD

Много раз я воочию наблюдал постановку кошмарной пьесы под названием: "На работе — о бабах, с бабами — о работе". Случалось (себе врать последнее дело), был в ней основным исполнителем. Все мы люди-человеки, и косноязычие при встрече с понравившимися девчонками меня в свое время не миновало. А работа — вполне нейтральная тема для начала разговора. Особенно по сравнению с альтернативой — глупо молчать. Но никогда до этого я еще не видел гендерно инверсного варианта!

Выглядело это совсем не смешно. Даже можно сказать — грустно. Нет, количество и качество информации, которую с словесным поносом вынесло из первого заместителя министра, просто поражало. И я, поддакивая и задавая уточняющие вопросы, про себя тихо радовался наличию омута памяти, чтобы позднее вспомнить и записать особо важные факты. Вот только немолодую женщину, с пылом и азартом выбалтывающую понравившемуся мужчине то, что никогда не говорят чужим, да и среди своих зачастую не формулируют так прямо, оставалось чисто по-человечески пожалеть.

"Ну да это все лирика. Глубоко несчастных девушек и женщин — море. И я могу им искренне сочувствовать. Однако сочувствие совсем не означает того, что их проблемы в личной жизни я собираюсь решать за свой счет! Также это самое сочувствие не помешает мне воспользоваться удобно подвернувшимся случаем и выдоить из Амбридж как можно больше информации о политических течениях внутри Министерства магии. Пусть Долорес голову окончательно не потеряла и, на первый взгляд, эта информация не очень секретная, где-то уровня "ДСП", но насколько же она полезна для меня!

Однако определенных границ в своем любопытстве переходить не стоит. Мне совсем не хотелось бы доподыгрывать до того накала чувств, за которым следует предложение на вечерний чай, плавно переходящий в утренний кофе!"

Поэтому, пообедав в незаметном, но очень дорогом ресторанчике уже в Лондоне (платила за все Амбридж, о стыд и позор мне!), я вежливо попрощался с женщиной и отправился в "Дырявый котел", к самому доступному дымолетному камину. Благо дорогу до него, возможно не самую оптимальную, ну и пусть, я уже выучил.

Следующий день начался по постепенно устаканивающемуся расписанию. В качестве утренней зарядки размявшись в саду легкой дуэлью (это очень удачно, что у меня появился брат, и плясать теперь можно не только с всегда проигрывающей тенью), мы с аппетитом позавтракали. После — отправились тренировать уже не магию, а тело, совмещая полезное с полезным: тренировку выносливости с перемещением личных вещей брата к его новому месту жительства.

Дело это оказалось простым, но нудным. Камином — в Ллангиног. Там — сесть на велосипеды. Доехать до Пенибонтфора. Погрузить на велосипеды вещи. Если развесовка и габариты багажа позволяют, доехать обратно до Ллангинога, если нет — дойти пешком, ведя велосипеды рядом с собой. Перейти по камину в Крэбб-мэнор. Бросить вещи где попало. И "смыть-повторить".

В общем, сделав шесть ходок, мы соорудили на полу около дымолетного камина неплохую такую кучу вещей и хорошенько умаялись. Посмотрев на сваленные грудой сумки, рюкзаки, пакеты, доски, банки, любимые мягкие игрушки и всякие памятные, но отвратительно неудобные для переноски вещи, а потом переведя взгляд на кажущуюся очень длинной и крутой лестницу, я с выстраданной искренностью в голосе произнес:

— Скорей бы нас обучили аппарации!

— Ага… — вторил мне прислонившийся к стене Уэйн.

— Как же лениво поднимать это все наверх! О! Лотта! — позвал я.

— Да, хозяин, — с хлопком появилась домовая эльфийка.

— Подними эти вещи на второй этаж.

— Да, хозяин. А где их сложить?

— Наверху лестницы. Мы с Уэйном потом донесем до комнаты. И разложим… А потом… пойдем… за следующей…

"Интересно, я выгляжу так же глупо?" — мелькнула у меня в голове мысль, пока мы с братом ошеломленно переглядывались и постепенно осознавали, что только что произошло. Тишину разрушили связанные в пакет доски (с которыми мы намучались особо), с громким стуком съехавшие с вершины кучи на пол. Переведя взгляды с досок обратно друг на друга, мы дружно заржали.

— О-о-й-й-й-й-й я дура-а-а-ак! — спрятав лицо в руках, завыл я.

— Ы-ы-ы! — вторил мне Уэйн. — А мою любимую кровать мы уже разобрали!

— Доски-то! Доски! Скотчем! Чтоб магглы не подумали чего!..

— Ха-ха-ха! На велосипеды! Связывали вместе. Паровозиком! Ты помнишь, как тот мужик на нас смотрел?!

— У-у-у!

— Хорошо еще, не успели матрац разобрать, как кровать!

— Но чехол с него уже сняли! И привезли!

— И пружины подумали, как отвинчивать…

— А-а-а-а!

— Вот черт! Ну как же я так, а?! Дурень!

— Я дурнее! Ты хотя бы на первый день догадался! А я этим занимаюсь уже… У-у-у!

Поприкалывались друг над другом еще немного. "Как же мне этой теплоты не хватало! — с улыбкой подумал я. — Наконец-то появился кто-то по-настоящему свой!"

После того как мы отсмеялись, немного пришедший в себя Уэйн спросил у меня:

— Ты так редко пользуешься помощью эльфов?

— В смысле?

— Ну раз у тебя нет привычки приказывать все делать домовой?

"Кося-я-як! Это он ловко подметил. Вот что значит, в семье никогда не было магического раба. Так. Нужно максимально надежно оправдаться".

— Если все приказывать домовым, то будешь как Малфой: даже жопу себе сам подтереть не в состоянии! — после недолгой паузы нашелся я. Правда, сначала я хотел сказать что-то вроде: "у нас в семье так заведено", но успел вовремя передумать. Не в мире магии и не в семье некромантов лгать так неумело. Слишком уж легко сказанное проверяется.

— Ты это серьезно? — удивился Уэйн.

— Нет. Но я не удивлюсь… — и было успокоившиеся, мы снова засмеялись. Перебивая друг друга, мы пытались составить правильные приказы эльфам. А потом с эльфов переключились на магические способы соблюдения этикета уединения и последующей личной гигиены.

— …А может быть, следует придумать специализированные чары? — предложил я.

— Нет. Лучше трансфигурационную формулу! — отбил подачу брат.

— Ты что?! Только зелье! Чтобы не было "глупого размахивания волшебной палочкой"! Тем более там это неудобно! И случаи могут случиться… разные.

— У-ха-ха! — Уэйн в истерике постучал кулаком по стене. — Ты еще