Развод. Старая измена - Наталия Ладыгина

— Капучино.

— Ага, сейчас. Присаживайся.

Я сажусь за прозрачный столик, расположенный у панорамного окна с видом на двор. Закидываю ногу на ногу.

Марина приносит мне чашку кофе. Не собираюсь я его пить. У меня ком в горле от всего этого зрелища.

Я уже не чувствую себя женой. Я чувствую себя третьей лишней.

— Не, ну честно, зачем ты пришла? — тоже садится и делает глоток чая.

— Посмотреть на тебя хотела.

— И что тебе это дало? — усмехается. — Ты ничего не изменишь. Костя от сына не откажется. Не посмеет. Если вздумает бросить нас, то очень пожалеет.

— Такая смелая… То-то ты шесть лет помалкивала. Что же ты не пришла ко мне шесть лет назад и не выложила мне новость про своего чудо-ребенка?

— Костя просил молчать. А я не дурочка, чтобы против него идти. Мне было достаточно, что он взял ответственность.

— Мама, ты где? — раздается откуда-то, а у меня будто уши закладывает от этого звонкого детского голоса и топота ног.

Он сюда бежит…

Меня начинает трясти.

Я не хочу его видеть. К горлу аж тошнота подкатывает.

— Я тут, Миш, иди сюда! — зовет его мама. — Сейчас познакомитесь.

Мальчик вбегает в кухню, но я не смотрю в его сторону, а когда набираюсь смелости, то он уже совсем близко.

Марина не солгала. И даже не преувеличила.

Мальчик похож на Костю.

Я видела детские фотографии Кости. Одно лицо.

Тут и теста-ДНК не нужно, чтобы видеть, что это его плоть и кровь.

— Мишенька, поздоровайся с тетей Лилией.

— Здравствуйте…

Глубоко втягиваю воздух через нос и выдавливаю из себя скупую улыбку.

— Она к нам в гости зашла. Она знает папу. Подойди ко мне, — мальчик спешит к матери.

— А когда папа придет?

— Совсем скоро. С минуты на минуту, — обещает сыну Марину, поправляя ему воротничок рубашки. — Он по тебе очень соскучился.

— Я тоже по нему!

Все, хватит с меня. Я достаточно увидела и услышала. И правда, какого черта я сюда приперлась… Неосознанно искала причины сохранить наш брак? Мне это не надо!

Я молча поднимаюсь и, быстро переставляя ноги, покидаю кухню.

Мчусь в прихожую.

Распахиваю дверь, собираюсь выпорхнуть из квартиры, но чуть не врезаюсь в Константина, явившегося с ярким подарочным пакетом.

— Лиля?!..

Глава 8.

С подарочком явился.

Супер-отец прямо.

— Костя?.. — так же вопросительно, бровь приподняв. — Вот так неожиданность. Ты что-то не по расписанию. Что это тебя заставило вне графика приехать, м? По сыну очень соскучился? — шаг к нему делаю, почти вплотную подходя.

Костя взгляд отпускает, поджав губы. И сказать ничего, и в глаза смотреть не может. Он жалок. Никогда его таким не видела.

Ждет, наверное, когда я просто отойду с дороги, чтобы к сыночку любимому пойти. Это было идеально.

А вечером снова разыскивать меня побежит, чтобы загонять мне о любви большой.

Выхватываю у него пакет, заглядываю в него.

— Что это тут у нас?.. М-м, игрушки… О, из дорогого бутика…

Знаю эту фирму. Она распространена. Каждый раз, когда бываю в торговых центрах и вижу эти магазины, то у меня сердце тупая боль сжимает. Сразу в голову мысли грустные приходят, что я могла бы ходить туда, покупать что-то своему сыну или дочери… А этот лживый подонок, который зовется моим мужем, и так оттуда не вылезает.

— Лиль, не надо. Я тебе все объясню…

— Ни черта ты мне не объяснишь, — бросаю пакет на пол. — Объяснять будешь все в суде, если добровольно не дашь развод.

Слышу за спиной эту стерву.

— Костя, заходи. Сын ждет тебя в комнате.

— Марина, уйди, — приказывает ей Костя.

— Вы вообще-то в дверях стоите. Сквозняк.

Костя резко отодвигает меня в сторону, подбирает пакет, сует его Марине и захлопывает дверь перед ее носом.

— Давай спокойно поговорим. Ладно?

— Ты сейчас, вроде как, занят. Тебя сын ждет.

— У меня окно. Встреча с клиентами перенеслась на после одиннадцать. И я решил поехать к сыну, привезти подарок, потому что планирую сделать небольшой перерыв в общении.

— Это еще зачем?

— Я хочу побыть с тобой. Только с тобой.

Какая честь. Я должна прыгать от счастья, что муж готов отлучиться от второй семьи.

— Ты просто отвратителен, — обхожу его и спускаюсь по лестнице вниз.

— Куда ты пошла?

— Пошел ты.

— Лиля! — за мной прется.

Я спускаюсь на этаж ниже, подхожу к двери квартиры, которую снимаю.

— Это что… значит?

— Я тут квартиру снимаю, — открываю дверь, за которую Костя тут же цепляется, чтобы я не смогла ее захлопнуть. — Как, по-твоему, я смогла бы за тобой следить, кобелем?… — снимаю тесные туфли и просто иду куда-то, бросая сумочку по пути.

Вижу диван, спешу присесть на него. Ног почти не чувствую. Онемели. А виски как будто кто-то сверлит... Происходит нечто большее, чем я могу выдержать.

— Лиль, я правда общаюсь только с сыном.

— Заткнись… — упираю локти в колени и обхватываю голову руками. — Не хочу слышать от тебя ни звука…

— Зря ты так, Лиля. Ты прекрасно знаешь, что я люблю только тебя. А это… просто ребенок.

Да как он не поймет?!

— Это твой ребенок! — подрываюсь и выкрикиваю. — И появился он в результате твоей измены!

— Одноразовой!

— Да хоть сто разовой! Я видела этого пацана. Вылитый ты!

— Я в этом виноват?!

— Нет, не виноват. Ну хоть в чем-то ты не виноват! Ты хоть понимаешь, как поступаешь?! Ты меня предал и сына своего предаешь! Меня не отпустил и сына не признал! Ты просто... ты моральный урод!

— Я не мог! Я собирался это сделать только когда ты узнаешь.

— Ну вот, я узнала. Теперь ты можешь сделать ребенка официально своим сыном. У тебя свобода. Полная. Кстати, наконец-то сможешь маме все рассказать. Сестре не нужно. Она же и так в курсе, правда?.. — голову вправо наклоняю.

— Так это Карина тебе рассказала? — со злостью спрашивает Костя, глаза округлив. — Ну конечно… Удивительно, что она вообще столько молчала...

— Нет, я сама узнала. А она проговорилась,