Дорогами алхимии - Инди Видум

— Где я врал? — возмутился Олег. — Хотите, Григорий Савельевич, покажу список заклинаний, которые даются при обучении?

Подозреваю, что по названию там много чего можно было притянуть за уши к строительным работам, но Зырянов на предложение не купился.

— В любом случае это построено не ими. Понимаю это я, поймет и любой, кто сюда придет.

— Потому Туман и не снимаем. Но у нас год. За год может много чего случится. Вдруг и объяснять ничего не понадобится?

Зырянов посидел с нами еще с полчаса, потом забрал приготовленные для него зелья, сказал, что постарается появиться раньше, чем через неделю (с отмычками и взрывчаткой, потому что ему самому любопытно, сохранилось ли там хоть что-то внутри), напомнил, чтобы я не ходил на встречу с Живетьевой без артефакта против ментала, после чего убыл.

— Живетьева приедет завтра, — сообщил я Олегу. — Ты меня привезешь и подождешь у дома.

— Ну нет, одного тебя я не пущу, — опять воспротивился Олег. — Пусть на нейтральной территории устраивают.

— Зырянов правильно сказал: не согласится Живетьева проводить ритуал при свидетелях. А тебя Песец не защитит в случае чего, так что лучше тебе с этой бабулькой не пересекаться.

— В случае чего он и тебя может не защитить, — проворчал Олег.

— Если не защитит от влияния целительницы он, то ты и подавно не поможешь, только подставишься. Мы договорились, что Песец сразу блокирует воздействие, если она полезет не туда. Олег, пойми, я буду не один и это играет в нашу пользу.

Олег смирился, но не до конца, потому что утром он все-таки опять предложил пойти со мной, обещая, что постарается сдерживаться.

— Олег, дело не в том, сдержишься ты или нет, а в том, что я тебя не прикрою. И Песец тебя не прикроет. А эта милая бабушка, прикидывающаяся целительницей, запрограммирует тебя на что угодно, если вдруг окажется, что используемые ею целительские техники пробивают противоментальный артефакт. Кстати, давай выедем пораньше — испытаю новые умения.

С впитанным за ночь модулем я получил очень много всего вкусного. Использование растительных ядов, делать которые я пока не умел, но скоро выучу все. Вскрытие механических замков. Немагические взрывы. Невидимость. Создание магических ловушек. Липучка — заклинание, позволяющее передвигаться по вертикальным стенам. Подделка бумаг. Уничтожение следов ауры. Личина на себя.Дистанционная прослушка по Метке. Магический фон, позволяющий выявить работающие артефакты на заданной территории (разряженные и выключенные не определялись). С таким набором уже можно было начинать небольшую войну. Конечно, определить, насколько она будет победоносной, я бы не взялся, потому что результат зависит не только от знаний, но и от умений их использовать. А еще — от личной силы.

Тетя Алла с сыночком безвылазно сидели в квартире, и настраиваться на них я стал еще в поселке. Такую дальность заклинание не брало, но уже за километр начали прорываться отдельные звуки, потом слова, а в кафе в соседнем здании было слышно вообще все. Не очень громко, но достаточно разборчиво, если не отвлекаться.

— Это меня старая карга должна усиливать! — Владик орал так громко, что его наверняка было слышно и в соседних квартирах безо всякого заклинания.

Уверен, он еще ногами топает и кулаки сжимает. Пусть я с кузеном давно не общался, но картина перед глазами стояла как живая.

— Владик, успокойся. Целители сами решают, кому помогать, а кому нет.

Значит, этот крысеныш не в курсе реального положения дел, хотя лучше от этого не становится.

— Я, я ее родственник, а не этот неудачник, — презрительно бросил Владик. — Усиливать надо главу Рода, а не кого попало. Зачем ему это вообще? Была тройка, станет пятерка. Это же ни о чем. А у меня с семи возрастет до девяти. Я сразу стану крутым.

— Ты и этим количеством распорядится не можешь, — раздраженно сказала тетя Алла. — Чтобы не вздумал выступать при Арине Ивановне, понял? Проблемы могут быть и у меня, и у тебя.

— Я же ей внук.

Владик, как обычно, был уверен в своей неотразимости и офигенности. Он никогда не верил, что кто-то может считать по-другому.

— Ты только ей это не брякни. Она точно не считает тебя своим внуком, — с горечью сказала тетя Алла.

— Чего это вдруг?

Ответить тетя Алла не успела, потому что зазвонил ее телефон.

— Здравствуйте, Арина Ивановна.… Через полчаса подъедете? Поняла, сейчас вызову Илью.

Набрала меня тут же и очень обрадовалась тому, что я рядом, а не в поселке. Но за полчаса я бы и оттуда доехал. Торопиться на встречу я не стал, потому что лишняя минута, проведенная в компании Вьюгиных — точно лишняя. Тошнит меня что от тети Аллы, что от Владика, чего не смогу долго скрывать. Пошел я лишь когда к дому подъехал лимузин, из которого легко вылезла сухонькая старушка. Можно даже сказать, выскользнула. Опасная, ядовитая змея.

— Здравствуйте, Арина Ивановна.

— Илюша, как ты вырос с последней нашей встречи, — заворковала она, как будто действительно была любящей бабушкой и протянула мне руку не то для пожатия, не то для поцелуя, не то просто, чтобы опереться. Удачный момент, чтобы поставить Метку. — Высок, красив — загляденье. Наследственность никуда не спрячешь, да.

«Сканирует тебя».

Но это я и сам чувствовал. Похоже, прошло то время, когда я не замечал направленную на себя магию.

— Несправедливо с тобой Василий Дмитриевич обошелся, — заметила Живетьева.

От лифта она отказалась, и мы поднимались по лестнице.

— Я не жалуюсь. Мне даже лучше отдельно от Вьюгиных.

— Помню, помню, с Владиславом вы никогда не ладили, — она засмеялась тоненьким дребезжащим смехом. — Но на Вьюгиных свет клином не сошелся. Могу в наш род взять. Девочку хорошую подберем. Что скажешь?

— Неожиданное предложение, — ответил я, даже совершенно искренно.

— Но хорошее, — она подмигнула. — Пара ритуалов — и у тебя будет совсем другой уровень. Десять-двенадцать. Как тебе?

Это было бы смешно, не будь столь странно.

— А почему у меня, а не у Владислава? Он же ваш внук?

Она поморщилась.

— Не нравится он мне. И потом, усиливать надо свой род, а не чужой. Что мне какие-то там Вьюгины?..

Предложение, как я понимал, включало не только снятие пиявки, но и второго блока. Видно, поразило ее количество моих кругов, и она решила,