Их чужие дети - Таша Таирова

– Просто жизнь, Лиль, прекрасна и удивительна во всех своих проявлениях.

– А чё глаз дёргается? – пробурчала Лиля и с усмешкой прислушалась к женским голосам и визгу.

– Так от удивления и дёргается! – весело закончила Вера и толкнула подругу плечом. – Надо просто воспринимать всё нас окружающее как данность. Вот и всё. А познавать мир...

– Ой, не надо! – Телегина подняла руки и потянулась вверх, распрямляя спину. – Когда-то я пыталась познать мир. Потом я пыталась его изменить. Потом пыталась изменить моё отношение к этому миру. А сейчас я считаю, что если помыть окна в доме, то пользы будет больше. Иринка, вылезай из воды, простудишься! Наверное, надо возвращаться, а то мы Леночку на Витю и Машу оставили, а сами развлекаемся.

– Не переживай, Виктор попросил оставить его в кабинете поработать, а Маша недавно только сопливила, так что ей ваши купания пока противопоказаны. Но ты права, надо возвращаться. Любочке скоро спать пора ложиться, да и Леночку покормить перед сном надо. Мужички, пошли домой!

Они встали с покрывала, накинули на плечи сумки и не спеша пошли по песчаному пляжу, делясь впечатлениями об долгожданном отдыхе за городом.

***

– И всё-таки предлагаю выехать сейчас. – Леонид Анатольевич оглядел собравшихся друзей и родных. – К вечеру будем в городе, завтра воскресенье – отдохнём, не будем метаться по домам, готовясь к рабочему дню. Татка, ты как? Ирин?

– Думаю, что папа прав, – согласно кивнула Таня и посмотрела на подругу; Ирина глянула на Костю и тоже согласилась с предложением дядюшки.

– Кто с кем? – тут же откликнулась неугомонная Телегина, она, по её же словам, всегда была за любой кипиш, кроме валерианы и кладбища.

– А какая разница, – усмехнулся Виктор Иванович, – всё равно в один дом едем.

Тут он был прав, потому что и молодые Казанцевы, и Римские с некоторых пор жили в одном доме. Костя и Иринка сразу после свадьбы продали свои квартиры и купили светлую огромную жилплощадь в новом доме, но в районе тех же любимых бульваров. Их примеру последовали и Таня с Павлом, приобретя такую же квартиру, только несколькими этажами выше. Молодые хозяйки два года что-то переделывали, клеили, рисовали, но в итоге их новые жилища получились уютными, тёплыми, куда хотелось возвращаться и наслаждаться тишиной и семейными вечерами.

Вскоре небольшая кавалькада машин покинула гостеприимную базу отдыха и помчалась в город. В густых сумерках они въехали во двор дома с огромными панорамными окнами.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Татка, не торопись, я сейчас, – Павел аккуратно помог выйти из машины беременной жене, выгрузил сумки из багажника и направился к парадной. За ним дружно двинулась вся их большая компания.

– Ну наконец-то, – раздалось за их спинами. Вера Андреевна, держащая на руках уснувшую в дороге Любочку, резко повернулась и в свете уличных фонарей рассмотрела высокую молодую женщину, небрежно отбросившую в сторону тлеющую сигарету. – Я уже думала, что ты не явишься сегодня.

Татка набросила на плечи ажурную шаль и склонила голову набок:

– Здравствуй, Света. Ты давно вернулась?

– Тебе-то что? Ты, я смотрю, не бедствуешь, в отличие от твоей семьи. А могла бы подумать и о сестре, и об отце. Даже не поинтересовалась ни разу, как нам живётся.

– Почему же? Я интересовалась, да только ты уехала в неизвестность, не давая знать о себе.

Павел опустил сумки на землю и уверенно направился к жене. Таня стояла, сложив ладони у груди, натянув шаль и прикрывая таким образом уже заметный животик. Её внезапно появившаяся сестра подошла ближе и удивлённо замерла:

– Не поняла, ты что? Беременная, что ли?

– А что тебя так удивляет? – с грустной усмешкой спросила Таня и положила ладони на живот, стараясь успокоить внезапно заволновавшегося малыша.

– Конечно, удивляет, все говорили, что ты пустоцвет. Красивая – да, но только бесплодная!

– Как видишь, так называемые «все» сильно ошибались.

Света покусала нижнюю губу и равнодушно пожала плечами:

– Мне до этого дела нет никакого, у меня другая цель. Баба Валя сказала, что ты Катькину дочку забрала. Где она?

– А зачем тебе девочка? – тихо спросила Таня, сжав кулаки и чуть наклонившись вперёд.

– Забрать её хочу. – Света вытащила очередную сигарету и сильно затянулась дымом. – Я узнавала, что за чужого ребёнка деньги платят, и немалые, так что можно набрать к себе в дом двух-трёх беспризорников и жить себе припеваючи, а начать можно с родной племянницы.

– Но ты забыла об одной мелочи – детей надо любить.

– Ой, не надо мне тут лекции читать! Много ли им надо – пожрали, попили, не на улице и ладно.

Таня вздрогнула, но тут же расслабилась, почувствовав на своих плечах тёплые ладони мужа.

– А вы, собственно, кто? – спросил Павел и прижал чуть подрагивающую Татку к себе.

– Я, собственно, могу задать тот же вопрос, – прищурившись процедила сквозь зубы Света.

– Без проблем, я Танин муж Павел Римский. А это наша семья. – Он широким жестом показал на окруживших их родственников. Таня чуть подняла голову и глубоко вздохнула – Иринка стояла рядом и рассматривала сестру подруги, Костя с Димкой на руках замер возле жены. Чуть позади остановились родители, Вера Андреевна укачивала проснувшуюся Любочку, а Мария Владимировна нежно удерживала в руках сопящую Леночку.

Света несколько раз сжала зубы, затем молча оглядела напряжённо замерших вокруг неё людей, оценила машины и дом, во дворе которого они повстречались, и с усмешкой выдала:

– Да, неплохо устроилась, может, скинешь с барского-то плеча несколько тысчонок на прокорм?

– Не подаю, – резко отрезал Павел и тихо прошептал Тане: – Иди домой, тебе не стоит тут задерживаться.

– Никуда она не пойдёт, – грубо прервала его Света. – Я отсюда не уеду, пока племянницу не заберу, понял?

– А ты нас на «понял-понял» не бери, – раздался смешок Телегина, – а то закончишь свой вечер в другом месте. И не надо мне угрожать, понятно? – Голос генерала перекрыл все звуки двора, Света отшатнулась назад и огляделась. Таня проследила за её взглядом и заметила машину в углу двора.

– Пап, она