Аквилон. Маг воды. Том 3 - Саша Токсик

— Я же не слепой! Переулок прямой как стрела, никуда не свернёшь!

Повернулись к нам. Сухов откашлялся, попытался вернуть хоть какое-то достоинство:

— Э-э… Приносим извинения за беспокойство. Видимо, действительно недоразумение. Мы это… пойдём. Нужно доложить начальству.

Воробьёв открыл рот — хотел что-то сказать про протокол и процедуру. Сухов буквально вытолкнул его за дверь. Последнее, что было слышно — возмущённый голос младшего:

— Но мы же должны составить акт…

Дверь закрылась. В лавке повисла тишина.

Золотов медленно опустился на стул за прилавком. Лицо постепенно розовело, кровь возвращалась.

— Слава богу! — выдохнул он. — Я уж думал, всё пропало. Репутация, бизнес… Тридцать лет работы псу под хвост.

Громов стоял неподвижно, задумчиво глядя на дверь. Затем его взгляд перешёл на меня.

— Удивительное совпадение, — сказал он медленно. — Мухин появился как раз вовремя.

— Да, повезло, — ответил я нейтрально.

— И ещё более удивительно его… поведение. — Громов не сводил с меня глаз. — Я знаю Петра Карповича много лет. Он никогда не повышал голос. Предпочитал тихо дремать в своём кабинете до пенсии.

— Какая разница! — встрял Золотов, всё ещё не оправившись от пережитого. — Главное, что всё обошлось! Может, у него начальство надавило, вот он и взбесился.

Громов продолжал смотреть на меня. Взгляд проницательный, изучающий.

— И его исчезновение. Весьма… необычно. Переулок действительно прямой. Некуда исчезнуть.

— Может, они просто не заметили, — предложил я.

— Возможно. — Громов покачал головой. — Семён Аркадьевич, не могли бы вы принести нам воды? После таких волнений хочется пить.

— Конечно, конечно! — Золотов поднялся, ушёл в подсобку.

Его шаги затихли. Громов подождал, пока антиквар отойдёт достаточно далеко.

— Данила, — голос адвоката был спокойным, но в нём слышалось нетерпение. — Могу ли я попросить вас выйти со мной на пару слов?

Глава 21

Колокольчик над дверью тихо звякнул. Мы вышли в переулок, где ещё витал лёгкий запах мятных леденцов Сухова. Вечерний воздух был прохладен, первые сумерки окрашивали стены домов в сиреневые тона.

Громов отошёл на несколько шагов от лавки и остановился. Повернулся ко мне, сложив руки за спиной в характерном для него жесте. Видимо, так он обычно стоял в суде, обдумывая следующий аргумент.

— Итак, — начал он без предисловий. — Следователь Мухин. Весьма эффектное появление, не находите?

— Очень вовремя зашел, — согласился я.

— Именно. Слишком вовремя. — Громов покачал головой. — Я знаю Петра Карповича пятнадцать лет. Тихий человек, который больше всего на свете любит покой и карточные пасьянсы. За все годы я ни разу не слышал, чтобы он повышал голос. А тут такая ярость, такой праведный гнев… Впечатляюще.

Я молчал, давая ему высказаться. Громов явно уже всё решил для себя, осталось только озвучить выводы.

— И его исчезновение, — продолжил адвокат. — Переулок прямой, укрытий нет. Даже если бежать очень быстро, человека было бы видно до самого поворота. Но Мухин растворился, как дым. Или как… иллюзия.

Я выдержал его взгляд невозмутимо. В конце концов, Громов уже знал, кто я. Знал о моих уникальных способностях по поиску вещей. Ещё один шаг в сторону доверия не повредит. Особенно учитывая, что он до сих пор не давал повода в себе усомниться.

— Хорошо, — кивнул я. — Василий Петрович, чём именно вы хотите поговорить?

— Об иллюзиях, разумеется. — Громов чуть улыбнулся. — Точнее, об одной конкретной иллюзии в образе следователя Мухина.

Я позволил себе ответную улыбку.

— И что заставляет вас думать, что это была иллюзия?

— Элементарная логика. — Адвокат начал загибать пальцы. — Раз: Мухин появился слишком вовремя. Два: вёл себя совершенно не в своей манере. Три: исчез физически невозможным способом. Четыре: вы остались абсолютно спокойны во время всей этой сцены, словно знали, чем она закончится.

«Данила, он всё понял!» — запаниковала Капля.

— Но самое главное даже не это! — Громов вдруг как-то мальчишески усмехнулся. — Всё это я уже сопоставил после. Самое главное, что следователь Мухин сегодня находится на банкете, посвящённом его уходу на пенсию. И просто никак не мог находиться здесь!

Я решил не тянуть.

— Допустим, вы правы. Что дальше?

Громов покачал головой с явным удовлетворением.

— Ничего. Я просто хотел убедиться, что правильно оцениваю своих… партнёров. Но честно говоря, вы удивили меня в очередной раз. А меня трудно удивить.

Он помолчал, а потом добавил с нотой искреннего восхищения:

— Должен признаться, Данила, я видел иллюзии разного уровня. На демонстрациях магов, в театрах, даже в суде пару раз. Но ни за что в жизни не распознал бы вашу, если бы не знал наверняка, что Пётр Карпович сейчас на банкете.

Громов помолчал, а потом задал вопрос, который явно вертелся у него на языке:

— Но зачем вам это понадобилось? Вы знаете мои возможности. Я бы справился и сам. Выпроводил бы этих полицейских без всякого результата. Пусть на это и ушло бы чуть больше времени.

— Не сомневаюсь, что справились бы, — согласился я. — Но вряд ли вы получили бы имена заявителей. А проблему нужно решать, начиная с корней. Теперь мы знаем, кто стоит за этой провокацией: Мутный, Звонарёв и Карасёв. Все трое антиквары, не удивлюсь, если прямые конкуренты Золотова, и соответственно, нашего «Бюро Находок».

— С этой точки зрения я на это не смотрел, — кивнул Громов. — Теперь понятно, зачем вы это провернули.

— И вас не смущает наличие таких возможностей?

— Меня смущает только одно, когда закон используют как дубину для того чтобы расправиться с неугодными. — Лицо адвоката стало серьёзным. — Сегодня вы предотвратили беззаконие. Методы… нестандартные, но результат говорит сам за себя.

Мы помолчали, глядя друг на друга. Громов первым нарушил тишину:

— Что ж, думаю, мы достаточно прояснили позиции. Вернёмся? Семён Аркадьевич уже заждался.

Я кивнул, и мы направились обратно в лавку. В зале нас уже ждал Золотов с подносом. На нём стояли три стакана с водой, графин и блюдце с лимоном.

Антиквар явно нервничал, руки слегка дрожали, отчего вода в стаканах покачивалась.

— А, вернулись! — он поспешно поставил поднос на прилавок. — Вот, прошу!

Громов взял стакан, отпил маленький глоток.

— Благодарю, Семён Аркадьевич. Теперь к делу. Полиция ушла, но