Книга Песен - Борис Борисович Гребенщиков

Безымянной звездой рассекая мглу,

Или долгой зимой в замшелом медвежьем углу:

Сияющие, сбросив бессмысленный груз,

Мы смотрим, как ночь поджигает падающие с неба цветы,

И говорим: "Прощай, прощай, прощай;

Прощай, Дед Мороз блюз"

Бригадир

Под Тамбовом есть избушка,

В ней живет большой и сильный,

Бородой зарос по пояс,

Синеглазый бригадир.

И никто из нас не знает,

Что вот он и есть махатма,

Всех молчальников начальник

И мандиров командир.

Многорукие аскеты

Шелестят Махабхаратой;

Много в мире есть сюрпризов,

Если встать на голове.

Но сиди ты хоть сто жизней,

Ноги за уши закинув —

Бог в твоем гнездится сердце,

Ходит кошкой по траве

Под мостом как Чкалов

Эй, на том берегу,

Здесь тепло, а у вас все в снегу —

Я могу сказать вам тайное слово, но

Как до вас докричаться?

От стены до стены

Вы все молитесь богу войны,

А над всем купол злой тишины;

Ох, легко доиграться.

Два крыла по плечам

Мешают мне спать по ночам,

А учить летать — инструкторов тьма,

Лишь ленивый не учит;

Им легко с высоты,

А мы здесь — как я, так и ты,

А над всем — вилок, рогаток, ножей:

Нас спасает лишь случай.

Но когда — от винта

И кругом пустота,

От зубов до хвоста —

И в пропасть на скалы;

И не встать, и не сесть —

Ты скажи все, как есть,

И — привет, Ваша честь,

Прямо в рай, под мостом, как Чкалов.

Ой, легко на земле;

Что в Тибете, что в Царском селе

Все, похоже, хотят одного,

Да не могут добиться —

И чертят себе круг,

И стреляют в друзей и подруг,

А внутри бьет живая вода —

Ну, кто ж мешает напиться?

И когда от винта,

И кругом пустота,

Не лечи, не кричи,

Что дали так мало —

Двум смертям не бывать,

Так чего здесь скрывать,

Продолби в сердце лед —

И вперед — под мостом, как Чкалов.

Генерал

Снесла мне крышу кислота,

И свод небес надо мной звенит тишиной,

И вся природа пуста такой особой пустотой.

Генерал! разрешите войти без доклада;

Не стреляйте в меня, посидим полчаса в тишине.

Я хотел Вам сказать… — хотя, может быть, лучше не надо:

Все, что можно сказать, без того уже видно по мне.

Мы больны, что мы столько лет пьем эту дрянь, и, впридачу,

Нам никак уже не отличить, где враги, где свои:

Генерал! Ах, уедемте лучше на дачу —

Извлекать кислоту из сосновой хвои.

В подмосковных лесах листопад — веселей чем медали;

Вместо ржавых штыков — вакхканалия белых берез.

А НЗ, генерал, — то, которое нам недодали, —

Прикажите штабным, пусть потратят на девок и коз.

Пусть живут, как хотят, ну а мы с Вами — тропкой тесной:

Листопад, философия, колба и чаша вина;

Так в безлунную ночь нам откроется суть Поднебесной:

Ах, запомнить бы суть — и Россия опять спасена

Из дельты гнезда

Зверь удивительных слов и желтая роза

Не помнят, где у них голова

Зная, что это сны

Можно дожить до весны

Помни, я здесь с тобой

А все остальное слова.

Уровень соли падает с бешенной силой

Если так будет дальше

Нас вряд ли удержит вода.

Но когда ты забудешь, как

Назывался исчезнувший цвет

Помни, я продолжаю ждать

В дельте гнезда

Слова растамана

Какая радость, когда человек слышит слова растамана,

Какая радость, когда человек что-то слышит.

Какая радость, когда человек слышит слова растамана,

Какая радость, когда человек что-то слышит.

Авророфобы, те, кто боятся рассвета — вот ваше имя.

Дети подземелья, снимайте растяжки и мины.

Если ты не знаешь, зачем ты живешь, это не повод стрелять разрывными,

Ты можешь попасть прямо в сердце своей половины.

Какая радость, когда человек слышит слова растамана,

Какая радость, когда человек что-то слышит.

Какая радость, когда человек слышит слова растамана,

Какая радость, когда человек что-то слышит.

Случилось так, что в саду наших душ

Вместо ангелов ходят артисты,

Ходят за деньги, прямо по цветам сапогами.

До счастья было рукой подать, но все испортили сепаратисты,

Теперь нам придется идти к нему своими ногами.

Когда Джа-Джа поет, ты делаешь вид, что не слышишь,

Джа-Джа танцует, ты где-то всегда в другом месте.

Если ты забудешь, никто не напомнит тебе, как ты дышишь,

Музыка свяжет по рукам и ногам и заставит вертеться на месте.

По радио снова транслируют то, что унижает человеческий ум,

Этот низкий потолок страшнее чумы и проказы.

Война удобна — она избавляет от необходимости думать,

Но с каких пор ты стал любить повиноваться приказам?

Какая радость, когда человек слышит слова растамана,

Какая радость, когда человек что-то слышит.

Какая радость, когда человек слышит слова растамана,

Какая радость, когда человек что-то слышит.

Какая радость…

Какая радость…

XXII век

(Слова А.Гуницкий)

С неторопливой грацией трамвая

Приходит жизнь и снова умирает

В событье этом нет большой