Малыш - Элен Ош

Парень медленно потянул дверь на себя, крепко ухватившись за ручку. Я только этого и ждал: с силой ударил по двери ногой, приложив ее по носу наглеца. Кристиан взвыл. Ухватился за лицо, и из-под ладони побежали алые струйки крови.

«Умылся, подонок?» — рявкнул я, но Кристиан не слышал. Он пулей слетел вниз и бросился на кухню. До слуха долетел шум воды в кране и ругательства.

«Обиделся…»

Я остановился на площадке и смотрел вниз, на первый этаж. Сверху открывался вид на входную дверь, поворот на кухню и часть зала. Кристиан появился минут через пять с мокрым полотенцем у лица. Он надеялся холодным компрессом остановить кровотечение.

«Наивный…»

Полученный урок не пошел впрок: Кристиан настойчиво желал проникнуть в комнаты. Я приготовился. Парень поднялся по лестнице и свернул к спальне мамаши. Распахнутая дверь гостеприимно приглашала войти внутрь, и я удивился, почему Кристиан не воспользовался преимуществом сразу. Человеческий разум и логика порой далеки от моего понимания.

Я последовал за ним. В комнате царил беспорядок. Платья упали с вешалок в момент взрыва на кухне, когда Мартин не удержался на ногах и завалился обратно в шкаф. Кристиан остановился посреди комнаты и осмотрелся. Взгляд упал на трюмо с большим зеркалом и ящичками для хранения украшений. Парень подошел и поочередно выдвигал ящики, выуживал цепочки с кулонами, бусы и прочую дешевую бижутерию, осматривал и возвращал на место.

«Что же ты ищешь?» — недоумевал я. Создавалось впечатление, что парень искал конкретную вещь, и уход Нэнси сыграл на руку. — «Сдается мне, ты — не парень девчонки. Ты нагло ее использовал, чтобы проникнуть в дом. Почему не сделал это раньше? Мешала мамаша?»

Я замер в дверном проеме. Следил за передвижениями парня, а сам позволил мыслям ровно выстроиться и принять правильное решение.

«Мамаша с Мартином проживали в доме неделю со дня смерти бабки. Кристиан не приходил в дом при жизни ведьмы, а ванильная мамаша не отлучалась целую неделю. Продукты доставлял курьер. Маман умирает, парень приходит на следующий день. Назревает два вопроса: своей ли смертью почила мамаша или кто-то помог утонуть, воспользовавшись ее под выпитым состоянием, чтобы проникнуть в дом и найти то, что принадлежало ведьме? Что же это?»

В трюмо Кристиан не нашел то, что искал. Его грудь бурно вздымалась, нос распух. Парень отбросил мокрое в кровоподтеках полотенце и подошел к шкафу. Ногой отшвырнул барахло. Что-то звякнуло. Кристиан нагнулся, разгреб руками ворох с платьями и обнаружил маленький розовый чемоданчик. Я вспомнил, как Мартин вылез из шкафа со счастливой физиономией, удерживая в руке чемодан.

«Нэнси будет рада», — так он сказал. Что хранил в себе розовый тайник?

Кристиан щелкнул замочком и откинул крышку.

— Наконец-то! — воскликнул парень, а я задохнулся, увидев содержимое чемодана.

Кристиан протянул руку и достал новенькие пачки купюр, повертел в руках и отложил в сторону.

«Не деньги тебя интересуют…»

В чемодане на бархатных подложках покоились медальоны, в черном кожаном старинном переплете лежала книга и коробка со свечами.

— Сакральное богатство старой ведьмы, — прошептал парень. — Ух, как теперь я буду богат! Сколько денег мне отвалят за это сокровище! — алчно восхищался наглец.

— Да, кол тебе в зад, а не сокровища, — рыкнул я парню в самое ухо.

Кристиан взвился к потолку от страха и неожиданности и мешком грохнулся на ворох одежды.

— Кто здесь?

— Ты уверен, что хочешь знать? — рявкнул я.

Парень пролепетал нечто бессвязное в ответ, одной рукой нащупал чемодан, захлопнул крышку и попытался встать. Пинком в грудь я усадил вора обратно.

— Оставь печати демона в покое! — четко выговаривая слова произнес я и проявился.

Упоительное чувство страха парня благодатным бальзамом разлилось по телу. Я прикрыл веки и глубоко вдохнул, позволяя страху глубже проникнуть в мою сущность, насыщая до кончиков когтей. Я открыл глаза и с вожделением смотрел на бисерины пота на лбу несчастного. Челюсть Кристиана издавала дробный перестук. Он судорожно глотал воздух. Трясущимися руками закрыл лицо, в надежде, что я исчезну.

Я не доставил ему удовольствия: максимально приблизился и дунул в лицо зловонием. Парень в ужасе вскрикнул и заметался, оглядываясь по сторонам и пытаясь найти лазейку для побега. Понимая тщетность положения, скрючился на полу и закрыл голову руками. Так и лежал, тихо поскуливая.

— Подонок! — выплюнул я и отстранился, сытый до предела.

Жертва воспользовалась моментом и с безумием в глазах сорвалась с места. Однако судьба подставила подножку: парень запутался в тряпках и с размаху приложился об открытую дверцу шкафа. Удар вырубил Кристиана: он без чувств упал на пол. Я принюхался. Запах крови будоражил. Я склонился над парнем: из разбитого носа опять струилась алая жидкость…

— Нэнси будет недовольна, — хмыкнул я и задумался, — скажет, что это я расквасил парню нос. Девчонки порой недальновидные и жалостливые. Ладно, пусть побесится, но я не отпущу вора.

Среди вороха одежды я отыскал атласный шарфик и ремень. Завел притихшему парню руки за спину и зафиксировал шарфом, а ноги стянул черным кожаным ремнем.

Кристиан застонал. Дернулся раз-другой. Замер. Открыл глаза и вперил в меня застывший взгляд. Парень облизнул губы, сморщился и плюнул.

— Вкус собственной крови не нравится? — усмехнулся я.

— Ты убьешь меня? — прошептал Кристиан и клацнул зубами.

— А надо? — вопросом на вопрос ответил я.

— Нет, — выдохнул парень, — пожалуйста, пощади!

— Хм, как ты пощадил мать Нэнси, утопив в ванной?

— Что? — Кристиан в ужасе округлил глаза и заворочался, пытаясь принять сидячее положение.

Я потянулся к парню, чтобы помочь, но тот заорал нечеловеческим голосом. Пришлось ударить. Легкая пощечина привела Кристиана в чувства. Я усадил парня, прислонив, как мешок с картошкой, к стене.

— Будешь орать, откушу голову! — рявкнул я. — Кивни, если понял.

Кристиан закивал головой, как игрушка-болванчик на панельке в машине Нэнси.

— Вернемся к разговору. Ты убил мать девчонки, на следующий день явился в дом, чтобы украсть набор ведьмы и продать его. Так?

— Нет! Вранье! Я не убивал мать Нэнси, — горячился парень.

— Хорошо, кто убил? Ведь она мешала выполнить задуманное. Как ты вообще узнал про печати демона? Кто тебя навел? Говори!

Количество вопросов создали сумбур в голове парня, однако наглец уцепился за подходящую и выплюнул:

— Откуда мне знать, может, это ты грохнул мамашу?

Я издал грозный рык, разбрызгивая слюну. Кристиан сморщился, зажмурился, утирая щеку о плечо.

— Не юли, парень! Я давно живу в доме, мне нет надобности убивать хозяев. Я слышал каждое твое слово. Говори, на кого работаешь?

— Да пошел ты! — выкрикнул Кристиан.

Озлобленность парня заслонила прежний ужас при виде монстра. Черты лица Кристиана исказились, ноздри трепетали. Он скалился не хуже меня, а глаза метали молнии. Не будь парень мелкой человеческой сошкой, из него вышел бы отличный демон на побегушках, по типу недавнего знакомого из куриного бульона.

— Как скажешь, — бросил я и исчез из виду. Мне стало интересно, что парень предпримет дальше. Я занял удобную позицию в углу комнаты и затаился…

Кристиан тяжело дышал, но постепенно успокоился, стреляя глазами по сторонам. Прислушался к звенящей тишине.

— Он ушел? Действительно, свалил? — парень не верил своему счастью. — Черт, я еще легко отделался! Господи, расскажу, не поверят! Я видел монстра, вот черт!

«Черта и господа в одну кучу! Красавчик!»

Кристиан подтянул ноги, согнул в коленях. Совершил попытку подняться, но завалился на бок, изрыгая ругательства. Связанные за спиной руки не позволяли удержать равновесие. С усилием перевернулся в позу зародыша, уткнувшись головой в пол. Я слышал тяжелое прерывистое дыхание и нечленораздельное бормотание. Попытки к бегству вызывали желание одарить парня аплодисментами, но я сдержался и не подавал признаков жизни. С кряхтением, Кристиан оторвал голову от пола и выпрямился. Связанные руки коснулись затянутого вокруг ног ремня.

— Ну же, давай! Развязывайся! — стонал парень, но тщетно промучившись минут пять, плюнул на попытку расстегнуть ремень.

Кристиан глубоко вдохнул и резко выдохнул, прыжком поднявшись на ноги. Зашатался, но чудом устоял.

«Пять баллов!»

Я опустился на четыре конечности и медленно