Здесь вам не клан 4 - Ян Анатольевич Бадевский

— Ваше Величество, я оказался в Российской империи не по своей воле. «Эскапизм» удерживает в заложниках мою дочь. Меня подставили, убили в прежнем теле и перебросили в наследника рода Корсаковых. Всё, что меня сейчас интересует — это спасение дочери.

— Хм, — император обдумал услышанное. — Я хочу знать детали.

И я заговорил.

Рассказал всё, начиная с того момента, когда погиб при выполнении задания «Ростехно». Поведал об умирающей планете, о поиске людьми способа выбраться из ловушки, о МОРе и «Эскапизме». О Лизе, социальной программе и нашей квартире в Хельсинки. О Брукс и её вендетте. О теневиках и недавнем сражении за Магикум. О том, что я уничтожил облачное хранилище, избавился от МОРа и нанёс серьёзный удар по планам концерна. И о том, что подлинное вторжение планируется директорами через восемьдесят лет, но для успеха миссии они пытаются редактировать прошлое. Государь слушал внимательно, изрядка задавал уточняющие вопросы.

Когда я умолк, Николай тяжело вздохнул.

— Подведём итог, — сказал император. — Поправь меня, если в чём-то ошибаюсь. Ты явился не просто из параллельной вселенной, но из будущего. А именно — из 2100 года. В своём мире вы изгадили природу, добились таяния ледников и парникового эффекта, а затем поняли, что Апокалипсис на носу. Исправить уже ничего нельзя. Поэтому концерн «Эскапизм» собирается устроить масштабное переселение своих клиентов в тела моих подданных.

— И не только ваших, — уточнил я. — Программа не имеет территориальных границ.

— Значит, вы действуете повсеместно? Византия, Атлантис, Содружество...

— Конечно.

— Одни эмиссары в курсе происходящего, из других делают слепые орудия, — продолжил государь. — Текущая реальность не нравится «Эскапизму», поэтому начались вмешательства в ход истории. По личным причинам ты вышел из-под контроля искусственного интеллекта по имени МОР, отбил атаку на Магикум и заключил союз с теневиками. А ко мне во Дворец проник, чтобы отыскать дорогу домой и спасти дочь. Вывести из-под удара концерна.

— Правильно.

— А мотивация Брукс? Чего хочет она?

— Мести. Убить кое-кого из руководства концерна. Алана Нуриева, гендиректора «Эскапизма».

— Дай угадаю. Кимберли помогает тебе добраться до Лизы, а взамен ты выполняешь сложный заказ по устранению Нуриева. Так?

— Да.

— Не думал, что она двойной агент? Из конкурирующей фирмы?

Откровенно говоря, такая идея не приходила мне в голову. И теперь, когда император её высказал, стало очевидно, что нельзя сбрасывать этот вариант со счетов. Вопрос в другом. Никаких признаков деятельности эмиссаров из другой корпорации я не наблюдаю. И Волков не наблюдает. И теневики.

— Это так, одна из версий, — небрежно отмахнулся царь. — В любом случае, пока у вас общий враг, Кимберли будет помогать. Я другого не понимаю... Если тебя списали со счетов, что мешает «Эскапизму» убить твою дочь? Просто в отместку.

— Ничего, — признал я. — Вероятно, мы говорим о свершившемся факте.

— И ты так спокойно об этом рассуждаешь.

— Я в любом случае буду переделывать историю. Убьют они Лизу или отдадут в интернат — этого пока не произошло. Будущее можно отредактировать. Я отправлюсь в Хельсинки до того, как случится что-то плохое.

Николай хмыкнул:

— Всё никак не могу привыкнуть к этим вашим темпоральным заморочкам. Знаешь, я ведь не умею путешествовать в будущее или прошлое. Только замедление или остановка времени на небольшой локации.

— То есть... вы не устраняете проблемы, до того, как они появились? — изумился я.

— К сожалению, нет, — покачал головой правитель. — Или к счастью. Как посмотреть. Знаешь, я сильно сомневаюсь, что подобные эксперименты с реальностью пойдут на пользу обществу. Считай меня ретроградом.

Пожимаю плечами:

— Есть нюансы. Это не эффект бабочки. Чтобы изменить будущее масштабно, потребуется грамотно спланированный шквал действий. Иначе будут зарождаться альтернативные ветки, но в целом всё останется на своих местах. Поэтому корпораты до сих пор не сумели победить.

— Интересно, — протянул государь. — Ты говоришь — «победить». И кто же им противостоит, если не секрет?

— По всему выходит, что я. Понимаете, я ещё не знаю об этом, но вроде как... то ли создал, то ли поддержал некое сопротивление. И к 2100 году это сопротивление не позволяет «Эскапизму» полноценно развернуться.

Правитель посмотрел на меня оценивающе.

— Ладно, Макс. Предположим, всё именно так. И как ты предлагаешь поступить мне? Ты проник в мой дворец, попытался выкрасть чрезвычайно важные документы, убил Глеба, а теперь поведал историю... которая, если честно, граничит с сумасшествием. Что прикажешь делать?

— Прислушаться к голосу разума, — ответил я. — Да, я пытался украсть бумаги из архива. И ответил, почему. Обратите внимание, Ваше Величество, сейчас меня не сковывают браслеты. Я мог бы попытаться вас убить или переместиться в прошлое — до момента строительства дворца.

— Ты не во дворце, — улыбнулся император. — И даже не в Петрополисе.

— Не важно. Я всё равно мог бы сбежать. Мои возможности хрономага превышают ваши. И никто меня, пожалуй, не остановит. Но я сижу здесь, беседую, отвечаю на вопросы.

— И?

— Вероятно, пытаюсь обрести в вашем лице могучего союзника.

— Неслыханная наглость.

— Пусть так. У меня нет выбора. Чтобы спокойно жить в будущем, я должен уничтожить «Эскапизм». Устранить саму вероятность их существования. В противном случае концерн выиграет, подомнёт под себя здешнюю вселенную и начнёт меня искать.

— Логично, — согласился Николай. — И ты понимаешь, что меня не устраивает экспансия твоего... «Эскапизма». Вопрос в том, известны ли тебе все части головоломки.

— Что вы имеете в виду, Ваше Величество?

— Ни ты, ни твой дед не читали Дело Номер Один. Это уникальный документ, его видели лишь члены моей семьи и руководство внешней разведки. Ну, и прежний министр Обороны Дистриктов. А всё потому, что нам уже доводилось сталкиваться с «Эскапизмом» в прошлом. Я выслушал тебя и понял, что ты говоришь правду. Новые факты сходятся с той информацией, которая поступила в распоряжение нашего покойного батюшки. И теперь я глубже осознаю степень угрозы, нависшей над всеми нами.

У меня перехватило дыхание.

— Ваше Величество... я могу увидеть этот документ?

— Можешь, — император поднялся со стула. — Но перед этим