Кто на папочку? - Фора Клевер

— Ваня, — всхлипнула, пытаясь остановить его. Мое лицо уже было мокрым от слез.

Получалось, что я мерзавка, которая во второй раз разобьет этому мужчине сердце. Если бы он пришел раньше. Если бы поговорил со мной сразу… Но теперь уже поздно. Ведь мое сердце занято Димой. Я полюбила его всей душой и никогда не смогу предать. Но и обижать Ваню не хочу. Это невыносимо — знать, что причинишь боль такому хорошему человеку, который помог в трудный момент и не отвернулся. Боже, как же тяжело!

— Нет, выслушай меня, Карин. Я готов попробовать…. Я…

Внизу живота вспыхнула боль. Я так испугалась, что начала задыхаться. В глазах потемнело. Схватившись за угол кухонной тумбы, я хватала ртом воздух. От очередной вспышки пульсирующей боли застонала в голос. Господи, неужели роды начались? Но ведь еще рано! Нет-нет-нет, только не это! Пожалуйста! Только бы с дочкой ничего не случилось!

— Что? Что, Карина? Плохо? — Иван тут же оказался рядом и придержал, чтобы я не упала.

— Что-то не так, — тяжело дыша, выдавила. — Я…кажется…но еще рано…

— Что мне сделать, Карин? Как помочь?

Я только отрыла рот, как внизу живота вновь потянуло. От ужаса чуть сознание не потеряла. Как страшно!

— Ваня, мне срочно надо в больницу! — выпалила, впиваясь пальцами в руки мужчины мертвой хваткой.

— Да-да, конечно. Сейчас, — испуганно выпалил Еремин. — Сама сможешь до машины дойти или на руках…

— Нет! Я сама.

— Хорошо, идем. Давай, аккуратно…вот так…

Иван вывел меня в коридор. Без слов опустился на колени и помог обуться. Закутал меня в куртку и быстро оделся сам. Он помог мне спуститься вниз и усадил в машину. Всхлипывая, я назвала ему адрес больницы.

— Это недалеко. Скоро будем там. Держись, Карин.

Еремин вел машину плавно, стараясь, чтобы меня сильно не трясло, но доехали мы быстро. Во время пути я позвонила своему врачу и предупредила, что сейчас приеду. А когда мы добрались до больницы, меня тут же отправили в смотровую, оставив Ваню в коридоре.

— Ложная тревога, — с улыбкой заявила Нелли Викторовна после осмотра.

— Но боли…

— У вас были, так называемые, тренировочные схватки. Такое бывает. Не волнуйтесь. С малышом все хорошо. Ожидайте его примерно недели через три, не раньше. Но от стрессов нужно себя оградить. Давайте, успокаивайтесь и не волнуйтесь так.

— Спасибо вам. Я так испугалась, — с облегчением выдохнула, обхватив лицо руками.

— А вот это зря. У вас беременность протекает хорошо и без патологий. Совсем скоро родите здорового крепкого малыша, — подбодрила меня женщина и сразу стало легче. Только как теперь быть с Ваней? Разговор с ним явно станет для меня нервным потрясением…

— Что ты ей сказал?! Я тебе говорил не подходить к ней?! — раздался из коридора разъяренный рык Димы. О боже, а он как тут оказался?

— Мамочки, — испуганно выпалила и дернулась, чтобы встать.

— Куда? — строго одернула меня Нелли Викторовна, придержав за плечо. — Еще не хватало вам в мужские драки влезать.

— Но…вы не понимаете…

— Все понимаю. Они большие мальчики, сами разберутся. А вам уже полегчало, я смотрю?

— Да, отпустило, — стыдливо опустила глаза. — Но мне, правда, нужно поговорить с одним из них. И лучше сделать это здесь…на случай, если…

— Так, понятно…

Договорить женщина не успела. В коридоре что-то загрохотало. Я заерзала на кушетке. Не могла слушать эти звуки и не вмешиваться.

— Как вы весело живете-то! Санта-Барбара, да и только! — обреченно вздохнула она. — Приведите себя пока в порядок. Сейчас поговорите. Кого звать?

— Ивана, — тихо ответила, чувствуя, как горят щеки. Как же стыдно!

— Так, вы что здесь устроили?! Здесь вам больница, а не ринг! Ну-ка, разошлись! — рявкнула Нелли Викторовна, как только вышла в коридор. — Так, папаша, успокойтесь и присядьте на лавочку! Я сказала, присядьте! А вы Иван? За мной.

— А чего это он за вами? Вообще-то я отец! — послышался родной голос, и на моем лице сама собой расплылась улыбка. Примчался так быстро в больницу, забросив все свои дела. В очередной раз доказал, как мы с дочкой важны для него.

— Вот и не волнуйтесь, отец. Заменить вас уже никто не сможет. Расслабьтесь, — насмешливо ответила ему Нелли Викторовна и, открыв дверь, пропустила в кабинет Ваню.

Я к этому времени уже привела себя в порядок и нервно переминалась с ноги на ногу, не зная, с чего начать разговор.

Еремин вошел, поправляя куртку. Его взъерошенный вид и неровно сидящие на носу очки вызвали чувство вины. Снова они подрались из-за меня. Осознавать, что разрушила их дружбу, было неприятно, но такова правда.

— Вань, прости, я…

— Не надо, Карин. Я все понял, — почему-то добро улыбаясь, протянул Иван. Он подошел ко мне вплотную и взял за руки. — Я рад за вас с Димкой. Еще никогда не видел, чтобы его так накрывало от кого-то.

— Но…

— Я переживу. Правда. И не собираюсь больше закрываться. Благодаря тебе я понял, что жизнь продолжается, и не собираюсь от нее отказываться. Ты невероятная девушка, Карин. Светлая, добрая… Жаль, что я не успел… — с нотками грусти в голосе, произнес он, а у меня от снова глаза защипало, только уже от счастья, что Ваня меня не возненавидел и все понял сам, избавив меня от объяснений.

— Ты тоже замечательный, Вань, — всхлипнула, вцепившись в его руки. — Но…Дима, он… Я его…

— Я понимаю, поверь. Когда он хочет, в него невозможно не влюбиться. Я рад, что ты увидела его настоящего. И, скажи ему, когда он успокоится, что…не смотря на все его попытки меня убить, он всегда будет моим другом. Хорошо?

— Хорошо. Ты все время улыбаешься, Вань…

— Скажем так…я… Кажется, я родился заново, начал новую жизнь, а там нет места моему вечно недовольному постному лицу. Прости, что заставил тебя нервничать. Я не хотел. И очень боялся, что из-за меня с тобой что-то может случиться.

— Нет, не извиняйся. Это я должна была сразу сказать, но струсила.

— Ты пыталась. Я тебе не дал. На самом деле я сразу все понял. Просто хотел оттянуть этот момент. Потешить себя надеждой, что ошибся. Спасибо тебе, Карин. За все.

— Нет, это тебе спасибо. И… Я очень хочу, чтобы вы с Димой остались друзьями. Насколько это возможно…

— Один мудрый человек сказал мне, что настоящая дружба не боится кулаков. Я готов пойти навстречу и все забыть. Вопрос только в том, готов ли к этому Дима? Кстати, нам лучше выйти, а не то он снова сорвется и на