Выйду замуж за спасателя - Янка Рам

Переглядываемся с Добрыней. Его лицо становится темнее тучи.

— А Ярослав очень талантливый парень. Если мы его сейчас подготовим, то через два года он во всех чемпионатах будет в тройке. Спортивная карьера ему обеспечена. Самое главное, он сам этого хочет! Мотивирован. И интернат даст ему эту возможность.

— Интернат... - недовольно пробует на вкус это слово Добрыня.

— Спортивный! — поправляет тренер. — Он же не в другой город уезжает. Среда и воскресенье — у них свободные дни — захочет, будет ночевать дома. Мне там проще их в узде держать, спортпит, тренировки-сон — по расписанию, никаких сигарет, пивка... Мальчишки же! Да и на полное обеспечение попадает. Вы не будете оплачивать учебу в Спарте и поездки на сборы. Там такой конкурс на место... Но Ярослав этот грант честно выиграл. Не хотелось бы его отдавать кому-то другому.

— Он правда так сказал? — зависнув, хмурится Добрыня. — Что из-за брата?

— Правда. Не отрицайте эту возможность. С младшим сыном вам теперь жена поможет, Ярослав сказал, что доверяет ей и вас, и брата.

Улыбается мне доброжелательно.

— Здравствуйте... - бормочу тихо, не желая влезать в их разговор.

— У вас ведь и ситуация с дочерьми такая, что... - добавляет тренер. — Сам Бог велел! Пацаны влюбляются, тестостерона море... А так — среда-воскресенье, при вас пусть "дружат", а остальное время пусть пашет.

— Ну, бать! — заглядывает Ярик.

— Выйди, — хором отправляют его за дверь мужчины.

— Я не знаю.... - вздыхает Добрыня. — Интернат.... Вер? Что скажешь?

Ловит мой взгляд.

Делать из Ярика няньку и помощника по хозяйству мне хочется меньше всего. Если он талантливый надо дать возможность. Но....

— А мы можем посмотреть этот интернат? — осторожно вмешиваюсь я. — Отзывы почитать какие-то от детей и родителей? Где он находится? Как Ярик будет в школу ходить?

— Пешком будет ходить. Двадцать минут ему до школы. Ну если уж что-то пойдет не так, на ваш взгляд, заберёте тогда. Это же не тюрьма в Салехарде, а центр города. На опеку интернат не претендует.

— Хмм.... - нервно меряет шагами Добрыня

— А у вас к тому времени уже суды за детей закончатся. Решайте. Приезжайте, смотрите.

— Спасибо, Бессо Давидович, — жмёт ему руку Добрыня. — Мы приедем.

— Выздоравливайте, Добрыня!

Прощаются.

— Ярый, зайди, — зовёт его Добрыня.

Смотрят молча друг другу в глаза.

— Я же говорил, что сам разрулю, — исподлобья упрямо смотрит Ярик. — Я уже взрослый, бать.

— Уверен, что хочешь этого? Мы девочек заберём и без твоего интерната.

— Уверен, пап. А Лев Русланович — адвокат от школы, Бес попросил его вас проконсультировать. Ну на счёт обвинений всяких про нас с Алинкой. Он хороший адвокат!

Заходит медсестра, ставит Добрыне капельницу.

Стою с ним рядом, сжимаю пальцы.

— Это значит, ты никуда не уходишь от нас?

— К тебе тут вчера Аделина заходила, — поджимаю я губы. — Пока ты был в отключке. Посидела тут со мной немного. Гадостей наговорила, как обычно.

— Между нами ничего нет, клянусь.

— Ты нам обеим сообщил, что.... любишь какую-то Веру.... - прищуриваюсь я.

— Да? — расплывается в улыбке. — Ну я, может, завтра ещё побрежу немного.... Как духом соберусь.

Рисует на моей ладони пальцем.

— Пойду я, человек ждёт.

— Вер... Вер....

— Что?

— Принеси пачку сигарет, пожалуйста.

— Дыма мало тебе? Нет!

— Ну, по-братски!

— Врач запретил. Нет.

Наклоняясь, чмокаю в губы.

Оставляю мальчишек с отцом, а сама иду с адвокатом вниз, в больничное кафе.

Он достает планшет, надевает очки в золотой оправе.

— Я что-то должна рассказать? Я не знаю что... - растерянно заламываю пальцы. — Анатолий внешне был идеальный муж и отец.

— Это ничего. Я знаю, что спрашивать. Выстрою для вас линию защиты и линию нападения. Помогу правильно подать психологический портрет оппонента.

— Опека на его стороне.

— У нас есть свои связи в опеке. Не волнуйтесь.

Смотрит мне пытливо в глаза.

— Вам не было восемнадцати когда вас совратил Богомолов?

— Эмм.... Не было. Не совсем совратил.... - прикусываю губу. — Все было по обоюдному....

— Давайте я сам буду подбирать правильные формулировки, — вежливо улыбается он. — А сколько ему было тогда? Где происходили интимные встречи? Он их организовывал? Кто дал разрешение на брак?

Вопросы сыпятся один за другим

Формулировки такие, что волосы у меня встают дыбом.

— Значит, все денежные выплаты по детским были в его распоряжении, и к вам не попадали?

— Ну.... да. Он тогда содержал нас.

— Нет, Вера. Опять неверная формулировка. Это получается, дети содержали его, ведь он тогда работал неофициально, так? Значит, официально вы жили на детские пособия.

— Так....

— А расскажите-ка про его доходы.

— Ооо! Он скрывает доходы, да. У него есть карты каких-то иностранных банков, куда поступает часть зарплаты.

Анатолий хвастался, как обходит налоговую.

— Но какое это отношение имеет к детям?

— Налоговой будет очень интересно... Отправим запрос на проверку. Пусть побегает. И конечно же, не с полной суммы платит алименты?

— Наверное.

— Так у нас долг по алиментам налицо. Какая ему опека?

— Но ведь это надо доказать.

— Докажем.... А ещё он обязан снимать вам квартиру до совершеннолетия девочек. Помимо алиментов. Вы в курсе?

— Но у них есть квартира. Он ее нам просто не освобождает!

— Мхм.... Налицо корыстные мотивы, жить в квартире детей, увернуться от алиментов... А можно я у вас попрошу очень личную вещь?

— Какую? — сглатываю от неловкости.

— Ваши личные переписки с бывшим мужем.

— Зачем?

— Для формирования психологического портрета. Ведь две несовершеннолетние девочки будут с ним жить. А может, он псих или извращенец. И у него маниакальные идеи про совращение. И он их проецирует на Алину и Ярослава. Анамнез то у него соответствующий! Отдадим эксперту, в общем. Уверен, там есть что взять. И угрозы, и давление, и шантаж, оскорбления?... М? Полный фарш, наверное.

— Там.... полный капец, — зажмуриваюсь я от стыда. — Даже страшно показывать эту грязь.

— Готовы сделать это достоянием общественности? — поднимает бровь.

— Готова на всё!

Глава 47 — После драки кулаками

Добрыня может приехать домой и сам, как он сказал. Но нам очень хочется встретить.

Дома у нас наготовлено на целую роту. И салатики, и торт, и котлеты и пюре....

Очень хочется как-то выцарапать и девочек на праздник. Но если Алина может и уйти сама, имеет право в свои пятнадцать, то с Иринкой всё сложнее.

Мы с Мироном едем в больницу на такси. А обратно поедем уже с Добрыней на его машине. Никита её перегнал на стоянку.

Ярика с нами нет. Он дома не ночевал. Отпросился