Последний потомок богов. Том 1 - Илья Соломенный

Но увидев, что они сотворили с гномами и людьми, живущими под властью Тейр-Кадара, молодой командир потерял голову.

Не передать словами, какие ужасы остроухие вытворяли с селянами… Содранная заживо кожа, распятие и отрубленные конечности, после которых несчастных использовали как мишени — лишь малая часть тех зверств, что творили эльфы.

Кровь ударила в голову Торгрима. Он знал, что есть чёткий регламент, который приказывал его роте остаться в разграбленном поселении, пока гонец не приведёт подмогу. Однако совладать с эмоциями гном не смог.

Торгрим также знал, что эльфов осталось мало. За время службы молодой капитан изучил ближайшие окрестности Деронского леса, а потому решил догнать остроухих, пленить их, привезти в Тейр-Кадар и устроить показательную казнь. Сделать послание для прочих эльфов, которые вздумают сунуться в земли его народа.

Поэтому он оставил деревню и повёл своих людей по следу.

Два дня гномы преследовали убегающих эльфов по чаще — и на третий день настигли! Однако в этот раз остроухие оказались хитрее…

Заманив гномов в ловушку, они прижали их к глубокой и бурной реке под названием Йедар. Оказалось, что отряд, напавший на деревню, был лишь небольшой частью крупного эльфийского формирования — в четыре раза большего, чем рота Торгрима… Поняв, что гномы их преследуют, остроухие сделали всё, чтобы завести своих врагов как можно глубже в лес и не дать возможности сбежать.

В тот день у реки погибли триста гномов… Большую часть перебили издали, луками и арбалетами, а остальных порубили глефами и саблями. Эльфы знали, что когда рота не вернётся, по её следам придут другие — и оставили послание, которое должно было испугать гномов.

Огромную кучу трупов, гниющих под сенью деревьев…

В одном остроухие оказались правы — по следам роты Торгрима уже через двое суток пришло в три раза большее число гномов. Гонец, отправленный им, привёл помощь — но она не успела спасти никого — кроме самого Торгрима!

Забравший жизни больше трёх десятков эльфов во время сражения, он оказался серьёзно ранен — так, что его приняли за мертвеца. Заваленный трупами своих людей, Торгрим два дня находился на грани смерти — без воды, еды, истекая кровью и лежа без сознания в куче мёртвых товарищей. Однако, несмотря на это, он выжил — и когда прибывшее подкрепление разобрало трупы, они с удивлением обнаружили, что молодой командир ещё дышит!

Израненного Торгрима отвезли в Тейр-Кадар, где следующие полгода его выхаживали лучшие лекари. Ещё спустя несколько месяцев гном начал ходить и смог снова держать оружие, мечтая вернуться на поле боя и отомстить тварям, убившим его друзей.

Однако этому было не суждено случиться. И причин на то было две.

Во-первых — за тот год, что он восстанавливал здоровье, старейшины города призвали на помощь сородичей из Северных гор. Крупной армией они всё-таки решились пойти в атаку, и крупным рейдом уничтожили несколько эльфийских поселений глубоко в Деронском лесу. Оставшиеся в живых остроухие бежали, и с тех пор о них в землях Тейр-Кадара не слышали.

Но это было не главным.

Куда важнее оказалось то, что для Торгрима приготовили наказание — и вылечили его лишь для того, чтобы он мог его понести…

Когда молодой командир полностью выздоровел, его призвали на Совет старейшин.

— Долгие годы мы закрывали глаза на твои оплошности, Торгрим, — сказал глава клана Андарак, — Хотя стоило сделать выводы уже тогда, и заняться твоим обузданием. Но мы допустили ошибку — и будем нести её последствия до самой смерти. Как и ты. Поддавшись эмоциям, ты нарушил приказ — и из-за тебя погибло триста доблестных сынов нашего народа.

Торгрим слушал слова старейшины, срывающиеся с его уст, словно камнепад, понурив голову. Он знал, что всё сказанное — правда.

— Ты вернёшь долг, Торгрим Андарак. Триста жизней — за триста жизней. Мы изгоняем тебя из земель Тейр-Кадара, до тех пор, пока ты не спасёшь три сотни невинных, будь то человек или гном, взамен воинов, что повёл на убой!

Слова были сказаны. Сердце Торгрима рухнуло. Все его надежды и стремления оказались разрушены, но он понимал, что это — справедливое наказание за гордыню и ярость.

У гномов есть маги. Не в таком количестве, как у людей, но колдовство подгорного племени иное. Древнее, как кости гор, и очень мощное. И лишь самим гномам ведомо, как оно действует.

Но что Торгрим, проживший полвека в Тейр-Кадаре знал наверняка — действует эта магия безотказно.

В тот день один из старейшин, будучи магом, наложил на Торгрима заклятие — чтобы он не мог обмануть свой народ, если вздумает вернуться, не завершив возложенную на него кару.

Серое облако окутало фигуру гнома, он едва не задохнулся, когда колдовской дым проник в его лёгкие. А когда упал на колени, перед ним лежал изысканные флакон с грязной, чёрной жидкостью.

— Отныне это — твоя ноша, Торгрим из клана Андарак. Спасай жизни — и жидкость твоей души посветлеет. Когда она станет полностью прозрачной, и в ней не останется никаких примесей — ты выплатишь свой долг, и сможешь вернуться. К завтрашней полуночи ты должен покинуть наши земли!

Торгрим молча кивнул — и покинул родной город. Ему запретили прощаться с родными, запретили взять с собой что-либо, кроме топора, выкованного им самим в день совершеннолетия.

Опустошённый, чувствующий боль в душе, под грузом огромной ошибки Торгрим отправился в путь. Он побывал в Тиорской Империи и помогал егерям спасать людей от работорговцев. Он скитался по Торговому Анклаву, охотясь на разбойников. Плавал с капитанами из Халифата, патрулирующими неспокойные воды Лунного залива. Выслеживал убийц в городах, защищал путников на опасных дорогах, вытаскивал сородичей из-под обвалов шахт, рискуя погибнуть.

За двадцать лет Торгрим побывал на большей части континента, и месяц за месяцем, год за годом, флакон с жидкостью его души становился всё светлее и светлее…

* * *

Виктор.

Когда гном закончил свой рассказ, за щелями ставен в комнате Ады небо начало светлеть.

Я молчал, не зная, что и сказать. Гном открылся мне, и это дорогого стоило. Однако тяжесть наказания, которое он понёс, я теперь ощущал едва ли не сам.

Двадцать лет скитаний, вдали от дома, от родных!

За то, за что в Империи иной раз награждают орденами и медалями! Я знал, что гномы, отличаются от нас — но история друга приоткрыла мне шторку в их мир и показала общество подгорных жителей изнутри.

— Теперь