До свидания, мальчики. Судьбы, стихи и письма молодых поэтов, погибших во время Великой Отечественной войны - Коллектив авторов

3. Георгий Суворов в военной форме, 1940 г.

4. Нарвская наступательная операция, 1944 г. Фото Всеволода Тарасевича

5. Плита на братской могиле в г. Сланцы. Фото Валерия Боровика

6. Первая книга стихов Георгия Суворова, изданная посмертно

Юрий Дивильковский 19 лет

«Выше всего в жизни – чудесное чувство любви…»

Связист во взводе управления 53-й гвардейской танковой бригады 6-го гвардейского танкового корпуса. Погиб 5 марта 1944 года в бою при освобождении Украины. Похоронен в селе Купель Каменец-Подольской области.

Последнее письмо

2 марта 44 г.

Мама, родная, здравствуй! За те несколько дней, что прошли с тех пор, как я писал тебе последний раз, мы сделали большой марш на танках, а сейчас стоим третий день на месте – последний отдых, вероятно, перед тем как вступить в бой. А уж когда наши части начнут действовать, вы, вероятно, об этом услышите.

Мне, конечно, предстоят большие испытания; я первый раз пойду в серьезное дело. Надеюсь, что окажусь достойным своего звания. Если это испытание выдержу, то уж буду знать, что не напрасно потерял эти два года. Настроение у меня хорошее, я здоров, ты обо мне не беспокойся. Еще несколько хороших ударов, и немцам капут. Тогда вернемся домой, можно будет жить, учиться, вообще все будет хорошо.

Привет Сереже и всем прочим. Целую.

Юра.

Пятеро юношей, уходящих на фронт. Худые, в слишком широких шинелях, с допотопными винтовками. Совсем еще мальчики.

Ни один памятник в Москве, посвященный погибшим на войне, не берет за душу так, как этот, поставленный в 1971 году в Столовом переулке у 110-й школы (сейчас ее номер 2123).

Поначалу, в 1970-х годах, памятник стоял во дворе школы. В 1990-х годах памятник стал подвергаться надругательствам и был перенесен на консоль здания, на высоту двух с лишним метров от земли.

Авторы памятника, архитектор Борис Маркус и скульптор Даниэль Митлянский, – выпускники 110-й школы. Даниэль прошел войну. Он учился в одном классе с теми ребятами, которых увековечил. Крайний слева – Юра Дивильковский.

Родился в Москве. В детстве жил с родителями во Франции, где в 1935 году в автомобильной катастрофе погиб отец, а у Юры был поврежден позвоночник. Учился в 110-й школе им. Ф. Нансена. Писал стихи с детства и к 9 классу получил первое признание как поэт. Был редактором классной стенной газеты. В десятом классе написал исследование «Пути развития современной поэзии».

2 марта 1942 года, за несколько месяцев до ухода в армию, Юра написал стихотворение «Эпитафия», а также завещание, обращенное к девушкам-ровесницам и младшим друзьям, которые в силу возраста не успеют на войну, а потому останутся жить.

Юра был призван Краснопресненским РВК 27 июля 1942 года и направлен на учебу в Высший военный гидрометеорологический институт в городе Ленинабаде Узбекской ССР, а вскоре – в минометное училище, располагавшееся в том же городе. По причине ограниченной подвижности позвоночника и близорукости был отчислен из училища и направлен рядовым в одну из строевых частей, дислоцированных в Средней Азии. Переболел малярией. С диагнозом дистрофии второй степени был отправлен в отпуск. Около месяца лечился дома в Москве и ушел на фронт.

Его младший брат Сергей Дивильковский сохранил письма, стихи и дневник Юрия.

Из дневника Юры Дивильковского:

22 июня 1941 г. Воскресенье. Первый день войны. Теперь войны не объявляются, а начинаются – я даже не помню, чьи это слова, но они приобретают сейчас новый, грозный и строгий смысл, потому что война началась.

Первую половину дня Москва живет как обычно. В то время как пограничники своими телами преграждают путь германским армиям и ценою многих и многих жизней останавливают ее первый страшный, должно быть, наступательный порыв, мы по случаю воскресного дня дольше обычного лежим в постелях, завтракаем, болтаем, читаем газеты, в которых нет намека на события.

В одиннадцать часов маму под благовидным предлогом вызывают на работу. Около двух она звонит по телефону:

– Слушали радио?

«Должно быть, за границей опять какие-нибудь события», – думаю я.

– Нет, а что?

– Говорил Молотов.

– …С кем? – Подразумевая: «с кем война?»

И угаданный в какую-то долю секунды ответ:

– С Германией.

Несколько минут сижу за столом, стараясь подавить волнение. Слегка дрожат руки.

Первая мысль – позвонить Купцову Но телефон занят. Лишь через полчаса узнаю, что он ушел – или в школу, или в райком комсомола, вероятно.

Непрерывно работает радио – передают речь Молотова, военные марши, приказы по противовоздушной обороне.

Звонит Олег – предлагает поехать в Потылиху. Но в этот день не удается – поедем завтра.

Потом в школе. Затем дома – таскаем на чердаки песок и воду.

Вечером передают указы о мобилизации, о введении военного положения.

Чувство, которое было весь день преобладающим – что это такая война, какой нашему государству еще не приходилось переживать, – еще раз подтверждается.

Трудно заснуть, когда с минуты на минуту ждешь воздушной тревоги. Задремал около часа или половины второго.

«Мы пошли в бой, зная, что погибнем…»

Завещание 17-летнего Юрия Дивильковского

Находясь в здравом уме и твердой памяти, составляю этот документ, имеющий силу завещания. Единственное, чем я безраздельно и бесспорно владею – это мое «я», моя человеческая сущность. Его я завещаю моим друзьям, ибо я хочу, чтобы оно продолжало жить, независимо от моей судьбы…

Мы принадлежим к дезориентированному поколению. Нашими предшественниками были люди начала века и люди великой Революции. В этом качестве нашего поколения была наша сила. Оно могло стать созидателем огромных интеллектуальных и художественных ценностей. В своей среде мы уже видели мыслителей, поэтов, которые должны были положить начало культуре будущего, культуре коммунизма.

Но жизнь внесла свои коррективы. Грянула война. И мы поняли, что было нашей исторической задачей. Мы пошли в бой, зная, что погибнем, утверждая тем самым ту красоту, то будущее, которое не успели создать. В этом для нас оказался наилучший выход.

Но не всех ждет смерть. Останутся в живых те, кому посчастливится в этой лотерее войны, останетесь вы, наши девушки, наши подруги. Прекрасна ваша задача! Между поколением прошлого и поколением настоящего, которое вырастет в результате войны из наших младших братьев и сестер, вы будете немногими представителями людей будущего. Вам предстоит гигантская работа, которую не успели сделать мы все. Выполните ее!

И вспоминайте изредка обо мне, который