Сутры Махаяны - Коллектив авторов

Внутри тела живут 84 вида червей. Все эти твари тоже подвержены смерти и прекращению [сознания при] смерти. Когда человек умирает, все они теряют надежду и начинают поедать друг друга, возмущая ветер [в теле]. Тогда они страдают. Одни горюют из-за [утраты] сыновей, другие – дочерей. Все они испытывают боль мучения. Начав друг друга поедать, эти существа (черви) продолжают до тех пор, пока остаются в живых лишь два. В течение семи дней они сражаются друг с другом. После недели один червь погибает, а другой выживает. Почтенные, что такое «Дхарма»? Как вы думаете? Как те черви умерщвляют друг друга, так и простые люди с детским [разумением] причиняют друг другу зло. Они не боятся рождения, старости, не страшатся болезни и смерти. Как черви сражаются между собой, так и люди-«дети» воюют друг с другом. В час смерти [такого человека] добродетельные люди спрашивают его:

– Человек, почему ты такой самонадеянный? Разве ты не видел [в мире] нисколько горестей? Не видел горести рождения? Не видел горестей старости и болезни? Не видел горести смерти?

Тот отвечает:

– Почтенные, я видел горесть рождения, видел горести старости и болезни, видел и горесть смерти – конца всему.

[А добродетельный царь (дхармараджа)] вопрошает, желая ему помочь:

– Так почему же ты не совершал добродетелей, не посадил корней добродетели совокупности Дхармы, создающих счастье в этом мире и в другом (после смерти)? Друг, еще спрошу. Почему же ты не накопил добродетелей, освобождающих от рождения и смерти? Почему не размышлял о правильной духовной установке? Как ты не слышал на Земле звука [монастырского] гонга? Не видел, как в Поле Татхага-ты сеют семена блага, подносят Ему благовония, гирлянды и светильники? Разве не наблюдал подношение Татхагате пищи и питья и удовлетворение четырехчастной Общины: монахов, монахинь, благочестивых мирян и мирянок, твердо верящих в Учение?

– Ваше Величество, ничего [такого я] не делал…

– Человек, ты, придя в этот мир (Джамбудвипу), творил дурное.

Затем дхармараджа поучает того умирающего человека стихом:

– Ты видел Татхагаты появление

и слышал гонга звук,

а также слушал Дхарму,

ведущую в покой нирваны,

но не исполнял ее.

Человек отвечает:

– По детской глупости своей я попадал

под влияние плохих друзей

и с умом, заблудшим от желаний,

я совершал грехи и злодеяния.

Я следовал желаниям

и убивал живых существ, а также

израсходовал имущество монашеской общины,

и за это пожинал страшные плоды.

Охваченный злым умыслом,

я ступы разрушал

и говорил слова плохие, также

бил мать свою.

Я сознаю все зло, которое

я в этом теле совершил,

и вижу страшное свое перерождение

в аду Стенаний;

также испытаю боль

в Раздавливающем аду

и в Очень жарком,

а затем и в страшном Великом аду

Непрерывного мучения;

буду мучиться в аду Огромных

трещин, подобных красному лотосу;

сотню раз перерожусь, корчась от страха,

в [аду] Чернолинейном.

Существа в адах, будучи убитыми,

опять испытывают страх.

Вновь и вновь падают они

сто йоджан в великий страх;

не находят двери выхода, опять

падают в котел.

В аду Бритв появляются

тысячи бритв.

Передо мною там возникнут

мириады бритв

и будут резать мое тело,

поскольку я наделал много зла.

Ветры страшной силы будут

терзать всё мое тело.

Также буду постоянно

испытывать мучения в адах.

Измученное мое тело

будут зреть все существа.

И я присваивал имущество других

для целей хозяйства своего.

И заблудился в нуждах низменных

своих сынов и дочерей,

а также братьев и сестер,

своих родителей,

друзей и родственников многих,

слуг, помощников, рабочих,

коров и [прочего] скота.

Заблудился я в сосудах

золотых и серебряных,

и в одежде тонкой,

и в делах постройки дома.

А когда построен был

прекрасный дом,

мужчин и женщин полный,

наслаждался необузданный мой ум

музыкой, играемой на винах и цимбалах.

Душил я свое тело благовонною водой,

но благодарности ему не ощущаю.

О, тело неразумное мое!

Из-за тебя я заблудился.

И никто не защитит меня, когда

ветер страшный будет

терзать всё мое тело.

Вкушал я пищу вкусную,

и [яства] разные

наслаждали мой язык.

Разные красивые венки

на голову я надевал.

Формы одурачили мои глаза.

Глаза меня не защитят.

Я вижу, что глаза служили

причиной совершения грехов.

И уши часто побуждали

[меня творить дурное].

Алмазы украшали мои руки;

на запястьях – по браслету,

а на пальцах – кольца.

На шее я носил жемчужное

ожерелье, а мои ноги украшали

золотые цепочки.

На теле красовались разные

драгоценности и золотые ремешки.

Мой ум был совершенно поглощен

наслаждением большим богатством.

С большим пристрастьем прикасался я к тому,

что очень нежно.

Ублажал я свое тело

разными подстилками, постелями.

Мылся я прекрасной благовонною водой,

душился разными духами

и воскуривал такие «божественные» вещества,

как камфара, сандал.

Имея даже хороший цвет [кожи],

я [ее] умащал мускусной мазью,

благовонным растительным маслом,

жасминовой, ороксиловой [мазью] и прочим.

Носил я тонкую белую одежду из муслина.

Слезал я со спины слона и садился на коня.

Я мнил себя царем и быстрым шагом

впереди [других] людей ходил.

Был хорошо знаком со спутницами,

что прекрасно умели петь и танцевать.

Стрелял я стрелами безвредных тварей.

Не зная о другом, посмертном, мире,

я такое