Запретный предел - Андрей Вячеславович Шевченко

Сотник провёл Дилля к оружейной стойке и велел выбрать копьё по руке. Дилль взял короткую кавалерийскую пику, остриё которой было замотано куском толстой тряпки, несколько раз крутанул её в воздухе и выжидающе посмотрел на сотника. Тот усмехнулся.

— Нет уж, уволь. Я больше по мечам специалист. Проверит тебя сержант Нардоза — он у нас отвечает за обучение новичков. А, вот и он.

Сержант Нардоза оказался кряжистым мужчиной с большими сильными руками. Диллю он чем-то неуловимо напомнил Руди — разве что ростом был повыше. Сержант окинул взглядом худого новобранца, недовольно хмыкнул и сказал:

— Откуда тебя такого тощего выкопали? Эргемон, ты бы хоть откормил его сначала — он же копьё не удержит.

— Это мы ещё посмотрим, кто останется на ногах, — сказал Дилль — откровенное пренебрежение сержанта моментально взбесило его. — К бою!

Сержанту не нужно было повторять два раза. Он взял из стойки такую же пику и шагнул к адепту. Раздался сухой треск, когда Дилль отбил его выпад и нанёс встречный удар. Сержант отбил и с шагом сделал круговой удар. Дилль блокировал и обратным взмахом ударил по руке сержанта. Тот успел подставить середину пики, но по пальцам всё же получил.

— Один-ноль, — усмехнулся Дилль.

Он ожидал, что сейчас Нардоза рассвирепеет и бросится в атаку, но сержант только кивнул и продолжил спокойно атаковать. Треск дерева не прекращался — поединщики осыпали друг друга ударами, блокировали их, и делали выпады. Внезапно сержант, начав атаку в голову Дилля, присел и круговым ударом подсёк его ноги. Дилль ругнулся и, прихрамывая, отступил — колено зверски заболело.

— Один-один, — невозмутимо сказал сержант и начал новую атаку.

Диллю не повезло — блокируя удар сверху, он подставил пику, и она треснула. Сильный удар в грудь едва не вывел его из равновесия, а рёбра заныли.

— Два-один.

В руках у него осталось пара обломков — подлиннее и покороче. Отбросив в сторону короткий с замотанным остриём, Дилль перехватил оставшуюся деревяшку на манер меча и выставил перед собой. Последовавший выпад он отбил, и, изогнувшись, нанёс рубящий удар по руке сержанта. Нардоза неуловимо быстро повернулся и обратным ударом так врезал Диллю по левой руке, что пальцы сами собой разжались.

— Три-один.

Дилль честно пытался сохранить спокойствие и сосредоточенность, но получив ещё один удар в плечо, начал приходить в тихое бешенство. Одновременно с этим он старался не дать разгореться драконьей ярости. Видимо из-за потери концентрации он вновь не сумел отразить нижний удар, и теперь многострадальное колено при каждом движении отзывалось резкой болью. Дилль отбил выпад сержанта и, изогнув кисть, использовал тот удар, которым мастер Оквальд поразил Илонну. Нардоза ругнулся и отступил.

— Пять-два.

Вновь последовал обмен ударами, и Дилль достал сержанта по голове. Шлем с плоскими краями зазвенел.

— Пять-три.

Сержант поправил съехавший набок шлем и вдруг прыгнул вперёд, надеясь смять оборону противника. И сам нарвался на обломанный торец пики. Густая чёрная борода смягчила удар, но сержант булькнул, схватился за горло и опустил пику.

— Неплохо для новичка, — поморщившись сказал он. — Пойдёшь в копьеносцы третьего ряда.

— Командир велел определить его в расчёт катапульты, — хмыкнул сотник.

— Что за глупость? — опешил сержант. — Парень неплохо владеет оружием, а его в грузчики. Да ты посмотри на него — он помрёт у первого же камня.

— Приказ, — развёл руками Эргемон.

— Слушай, новичок, — сержант повернулся к Диллю. — Я вижу, у тебя имеются задатки. Если ты будешь заниматься, то есть шанс попасть в мечники, а там жалование не в пример выше, чем у обслуги катапульт.

— Да какие задатки? — удивился Дилль. — Я меч держал два раза в жизни.

— Нардоза, этот парень — маг, — ухмыльнулся Эргемон. — Откуда ему знать, как фехтовать?

— Правда? — удивился сержант. — А что тогда ты здесь делаешь?

— Сослали на каторжные работы. Камни таскать.

— Идиоты, — ругнулся сержант. — Ты вот что: приходи вечером сюда, будем делать из тебя мечника. Мало ли — вдруг граф Витин передумает?

Дилль поблагодарил сержанта и отправился вслед за сотником Эргемоном на стену. На оружейной площадке стояла катапульта — титаническое деревянно-железное сооружение с толстыми канатами и огромной корзиной. На другом конце метательного рычага висел здоровенный валун — противовес. Толстые канаты были густо смазаны дёгтем — его резкий запах заставил Дилля чихнуть.

— Мунорт, принимай пополнение, — сказал сотник инженеру. — Это твой новый заряжающий.

Инженер критически осмотрел пополнение и указал на бригаду, ворочавшую под стеной камни.

— Иди, помогай.

Дилль пожал плечами и спустился вниз. Грузчики, или, как выразился Эргемон, заряжающие, перетаскивали разноразмерные камни из телеги к стене и складывали горкой на поддон. Когда поддон наполнялся, несколько человек поднимали его на оружейную площадку и начинали сгружать на неё камни.

До обеда Дилль ворочал вместе со всеми отёсанные прямоугольники пористого известняка. На вопрос, откуда взялось такое количество, Диллю пояснили, что попросту разобрали какой-то дом.

— Погоди, нас ещё на разборку домов отправят, когда здесь всё перетаскаем, — пропыхтел обнажённый по пояс жилистый мужчина. — Тилисцам наши подарки понравятся.

Дилль, периодически поднимаясь на оружейную площадку, видел тилисские войска. Тилисцы и их союзники разбили несколько огромных лагерей и на штурм не спешили. Они занимались своими делами: готовили пищу, сколачивали штурмовые лестницы, строили высокую осадную башню, подковывали лошадей, тренировались в стрельбе из лука. Всмотревшись, Дилль даже разглядел большие клетки с василисками, хотя каким образом тилисцы собирались применить ящеров при штурме, он не понимал. Напротив главных ворот, где как раз и стояла их катапульта, Дилль увидел помост — около него суетились солдаты, колотя и строя виселицы.

Звонкий рожок возвестил об обеденном перерыве, и Дилль с товарищами отправился к ташскому лагерю. Высокий и худющий, как щепка, повар положил ему в миску порцию еды, напоминавшей по виду отходы магических заклинаний — нечто жидкое, маслянистое и с крохотными кусочками мяса. То ли жидкая каша, то ли густой суп. Однако, попробовав, Дилль был вынужден признать, что несмотря на невзрачный вид, еда была вкусной. Запив обед кружкой кислого и донельзя разведённого красного вина и недолго передохнув, Дилль снова отправился таскать камни.

Ближе к ужину оружейная площадка была заставлена прямоугольными блоками — по словам инженера это был боезапас катапульты на шесть выстрелов. Прикинув в уме, как быстро израсходуются камни, Дилль слегка приуныл — получалось, команда заряжающих должна работать без перерыва полдня, чтобы обеспечить боезапас. Он со вздохом посмотрел на лучников и арбалетчиков, расхаживающих по стене — хорошо им, бродят себе туда-сюда да поглядывают в сторону неприятеля.

В этот момент над лагерем тилисцев в небо взмыл, оставляя за