Аквилон. Маг воды. Том 3 - Саша Токсик

Чайник ожил. Сначала послышалось тихое шипение, потом бульканье. Из носика повалил пар. И вдруг чайник запел!

Мелодия была неопределённая, протяжная, словно кто-то играл на флейте. Шестаков всё-таки умудрился встроить свой музыкальный модуль.

— Невероятно! — Надя захлопала в ладоши, как ребёнок. — Поющий чайник! Это же чудо!

Через десять секунд из носика сам полился готовый чай, золотистый, ароматный, идеальной температуры.

— Убегает! — Надя схватила чашку, и ловко подставила её под струйку с готовым напитком.

Наполнила, подставила вторую, а первую отдала мне.

— Осторожно, горячий, — предупредила она, но я уже сделал глоток.

— Вкусно, — удивился я.

Она последовала моему примеру и тут же зажмурилась от удовольствия.

— Действительно, очень вкусно! И быстро! Я если увлекусь работой, вспомню про чай только когда он уже остыл. А тут он готов за считанные секунды. Решено, — провозгласила она. — Если с медициной не заладится, займусь чайным бизнесом! «Чайная лавка доктора Светловой» звучит неплохо, правда?

Я с улыбкой смотрел на то, как Надя уже строит грандиозные планы.

— … и если сделать портативную версию, — увлечённо говорила она, жестикулируя рукой с зажатой кружкой, — размером с флягу! Путешественники смогут пить горячий чай в любой момент! А что если адаптировать для кофе? Или бульона? Это же универсальное решение!

— Надя, — я мягко прервал поток её энтузиазма. — Давайте сначала сосредоточимся на приборах для проверки воды. Это сейчас важнее.

— Ой, — она смутилась, поставив чашку. — Конечно, вы правы. Простите, я снова увлеклась. Привычка с детства, хвататься за всё интересное сразу.

— Ничего страшного, — успокоил я. — Энтузиазм, это хорошо. Но нам нужно решить, как действовать дальше.

Надя мгновенно собралась, снова став серьёзным профессионалом.

— Давайте подумаем логически. Одного или даже десяти приборов недостаточно. Нам нужно массовое производство.

— А для этого нужно заручиться поддержкой Добролюбова, — продолжил я её мысль. — С его авторитетом и связями мы сможем наладить не только производство, но и распространение.

— Вы правы, надо действовать последовательно, — согласилась она. — Просто, меня охватывает азарт. Невыносимо ждать, когда что-то получается.

Надежда принялась аккуратно убирать колбы с образцами обратно в деревянный ящик. Каждое движение выдавало волнение, она то и дело поглядывала на коробку с приборами, словно боялась, что они исчезнут.

— Представляете, — сказала она, — ещё утром я думала, что борьба с заразой затянется на годы. А теперь… теперь у нас есть настоящее оружие!

Я достал из внутреннего кармана чарофон.

— Нужно известить Добролюбова о том, что приборы готовы, — пояснил я Наде. — Чем раньше он узнает, тем лучше. Когда мы могли бы с ним встретиться?

— О, — Надя улыбнулась, — ради такого я отложу все дела.

— Тогда не будем медлить.

Активация чарофона заняла пару секунд, лёгкое покалывание магии, щелчок, и в трубке зазвучали гудки. Я включил громкую связь, чтобы не пересказывать Наде содержание разговора.

Один, два, три… Трубку сняли только на седьмом или восьмом.

— Слушаю.

Голос Добролюбова звучал глухо, устало. Словно человек не спал несколько ночей подряд.

— Добрый вечер, Василий Петрович. У меня отличные новости, приборы для проверки воды готовы! Первые испытания прошли успешно. Доктор Светлова в восторге от их эффективности.

В трубке повисло долгое, тягучее молчание, в котором слышалось только дыхание.

— Приборы, — наконец повторил он. — Да, помню. Вы говорили о них.

— Мы готовы провести для вас полную демонстрацию. Хоть завтра, если удобно. К тому времени я закончу работу с вашими русалочьими камнями, мне осталось обработать последнюю партию.

Снова пауза. Потом тяжёлый вздох.

— Камни я заберу и оплачу, — голос звучал ещё более устало. — Договор есть договор, я человек слова. Но финансировать производство приборов… не смогу.

«Что-то случилось», — прокомментировала Капля. — «Дядя грустный».

Благодаря эмпатической связи она слышала то же самое, что и я, и прекрасно считывала эмоции.

«Да, малышка. Очень грустный».

«Дядю кто-то обидел?»

— Могу я узнать причину? — спросил я спокойно, хотя внутри уже просчитывал варианты.

— Подозрение на то, что моя вода заражена.

Короткая фраза упала как приговор. Надежда, услышав это, замерла с колбой в руках.

— Десять покупателей слегли с болезнью после того, как выпили воду с моего склада, — продолжил Добролюбов. — Ещё пятеро рабочих и их семьи заболели.

— А какие симптомы? — не сдержалась Надя.

— Кто это? — встрепенулся Добролюбов, услышав её голос.

— Доктор Светлова, — представил я. — Она рядом со мной.

— Слабость, упадок сил, нарушение пищеварения, тошнота…

— Да, это типично при заражении, — профессионально отметила Надя и тут же смутилась. — Ой, простите.

— Доктор… — в голосе Добролюбова появилась горечь. — Какие тут могут быть извинения? За что? За то что люди болеют? Я закрываю производство. Не могу рисковать здоровьем людей. Репутация, знаете ли, важнее прибыли. Я бы рад помочь вам, вы делаете благородное дело. Но средств на это у меня не будет. Фактически, я банкрот.

Глава 13

Я отложил последний русалочий камень и откинулся на спинку стула.

Готово. Почти четырнадцать часов кропотливой работы завершились успехом. Все десять камней для барж Добролюбова переделаны.

Три я закончил ещё вчера днём, к остальным семи приступил вечером, когда вернулся от Нади. Работать пришлось всю ночь.

Размял затёкшие пальцы. Работа с энергетическими нитями требовала не столько магической силы, сколько ювелирной точности. В прошлой жизни я мог переплетать сотни таких структур одновременно, не чувствуя усталости. Сейчас же не привыкшее к истинной магии молодое тело давало о себе знать. В висках пульсировала тупая боль, а глаза слезились от напряжения.

Забавно. Сотни лет опыта, заключённые в двадцатилетнюю оболочку. Как если бы мастера-часовщика заставили работать в толстых рукавицах. Впрочем, жаловаться грех. Я быстро прогрессировал. Вот только события вокруг двигались еще быстрее.

На столе передо мной выстроились в аккуратный ряд плоды моих трудов.

Десять русалочьих камней светились ровным голубым светом. Моя часть договорённости с Добролюбовым и повод встретиться с ним как можно скорее.

«Данила не спал?» — раздалось тихое бульканье из умывальника.

Повернулся к источнику звука. В фарфоровой раковине Капля приняла форму миниатюрного водоворота, создавая на поверхности воды концентрические круги.

«Доброе утро, малышка».

«Капля охраняла!» — водяной дух забулькал с гордостью. — «Всю ночь сторожила! Никто не приходил!»

«Молодец.