Ангел для Бесов - Алена Худова

Но также я понимала, что этот человек совершенно не контролирует себя. Что рядом с ним я могу получить какую-нибудь травму, если не лишиться жизни. И что все слухи про него – правда. Он опасен для общества!

– Хватит! – совсем тихо повторила я, понимая, что все мужчины рядом со мной притихли.

Я судорожно вдохнула, пытаясь успокоиться и у меня это получилось. А затем я представила себя почему-то на месте Бесланова. Как должно быть ему досадно и неловко за мой поступок. И если уж у меня какие-то к нему претензии, то нужно сказать ему о них наедине.

Но… где гарантия, что он не прибьет меня наедине?

Все же я решила поставить репутацию Рамина превыше собственной безопасности, и обняла мужчину за талию.

– Пожалуйста, давайте пойдем домой, – привычным невинным тоном попросила я. – Так хочется кушать! И у меня был такой тяжелый день, – с веселым укором я подняла глаза на Бесланова, но встретилась с его ледяным взглядом.

Значит, мне все-таки влетит за мой поступок?

— В машину, — коротко бросил мне Бесланов.

Понятно: мне конец. Все кончено. Меня ждёт участь Леры.

Я опустила глаза и сделал шаг в сторону машины Леона.

— В мою машину, — строже уточнил Рамин.

Я оступилась и сменила направление.

Сев на заднее сиденье, я притихла, желая услышать, о чем будут говорить мужчины, но они лишь попрощались и разбрелись каждый в своем направление.

— Сядь вперёд, — приказал мне Рамин, когда завел мотор.

Я снова подчинилась и замерла на пассажирском сидении.

Но Бесланов только лично пристегнул мне ремень, а затем молча взялся за руль.

Я ехала в машине Бесланова в напряжённой тишине. Даже едва слышное урчание мотора не разряжало обстановку. Я все порывалась объяснить свой поступок, но как только осмеливалась повернуть голову в сторону Бесланова, то тут же трусила. Его звериный взгляд был направлен на дорогу, но он словно прожигал меня периферическим зрением насквозь. И хоть я уже смирилась с тем, что он прогонит меня сегодня, лишит всего, линчует без суда и следствия, но мне все равно было очень страшно рядом с ним.

— Р-рамин, — тихо произнесла я, но тут же осеклась.

Его колючий взгляд, полный агрессии, устремился на меня и испепелил заживо.

Он до сих пор в гневе.

Но за что? Разве я сделала что-то плохое?

Я ведь даже на крошечную капельку не попыталась притворить мой план насчёт Симона в жизнь. Я не сделала ему ни одного знака внимания. Более того, он мне даже не особо симпатичен. Я просто его не знаю и все. Но это не мешает мне строить планы на его счёт. Потому что своего мужа, того кого родители бы засватали за меня, я бы тоже не знала. Какая бы мне была разница кого полюбить. Во всяком случае заставить себя полюбить? С таким же успехом я могла полюбить и Симона. Потом. Через время. Может быть.

В чем же сейчас претензии Бесланова?

— Простите меня, — тихо проговорила я, опустив голову, не рассчитывая, что Рамин как-то отреагирует на меня.

Дыма без огня не бывает. Наверное, я все же как-то не так себя повела.

— Просто помолчи, ладно? — рыкнул Рамин.

Но меня уже прорвало. Вдруг у меня больше не будет шанса высказаться?

— Вы мне нравились, Рамин, — честно призналась я. — Вы — хороший человек, несмотря ни на что. Вы помогли мне, позаботились. Дали все, что мне хотелось. И я буду по Вам скучать, что бы Вы со мной сейчас не сделали. И... спасибо, что мне в тот вечер попались именно Вы, а не кто-то другой.

— Все? — по-прежнему сердито спросил он, и я кивнула. — А почему "нравился"? И когда ты там собралась по мне скучать?

— Но... Вы же выгоните меня сейчас! — удивилась я, нисколько не сомневаясь в своей правоте. — Как Леру!

— Разбежалась! — усмехнулся Рамин. — Ты мне отработаешь каждую нервную клетку, что я потратил на тебя сегодня.

— А завтра Вы меня выгоните? — осторожно уточнила я.

— Изида! — сквозь зубы процедил Бесланов. — Закрой свой ротик и больше не открывай его сегодня. Я не хочу сорваться на тебе ещё и в третий раз!

Я покорно замолчала и опустила голову.

Весь оставшийся путь мы опять проделали в тишине, но уже не в такой напряжённой, как мне казалось.

Наконец мы доехали до его дома и припарковались. И только я вышла из машины, как этот огромный Бесланов-медведь набросился на меня и смял в своих объятьях.

Я успела только сдавленно выдохнуть, когда Рамин без всяких ласк проник в мой рот языком, словно пытаясь вытянуть из меня всю душу вместе с поцелуем.

Бесланов был такой яростный, горячий и сильный, что я вся затрепетала в его объятьях. Одной чудовищно огромной ладонью он сминал мне спину с такой силой, что назавтра снова проступят синяки, а второй он блуждал по мне, словно не зная, куда себя деть. То он хватал меня за шею, ещё больше углубляя поцелуй, то сжимал мою грудь так, что я морщилась от боли. Но при этом сейчас я чувствовала такую неподдельную страсть в себе, что готова была отдать себя на растерзание лишь бы этой ночью принадлежать Рамину.

Мой страх никуда не делся, но, приправленный страстью, он трансформировался во что-то очень приятное и растекался внизу живота.

Я прижалась животом к паху мужчины и ещё старательнее отвечала на поцелуй, но Рамину не нужна была моя взаимность. Он хотел грубо пользоваться мной. Даже скорее отомстить. Слить агрессию.

— Рамин! — заскулила я, когда мужчина резко прервал поцелуй, оставив мои саднящие чуть распухшие губы, и, схватившись за горловину моей блузки, разорвал ее на груди.

— Больно? — тяжело выдохнул он, но по его глазам было видно, что он не может остановиться.

— Я хочу Вас! — я вновь отдалась его медвежьим рукам, позволяя мужчине почти рвать меня на куски, но инстинкт самосохранения все же перевесил, и я прямо спросила. — А Леон?

Ведь без Леона я точно не выживу в объятьях этого зверя!

— Рамин! — вновь заскулила я, когда он задрал мою юбку, затем усадил на горячий капот