Лекарь из Пустоты. Книга 5 - Александр Майерс

Я вошёл в соседний подъезд, так же через чердак перебрался в «свой», вошёл в квартиру. Скинул обувь, в полумраке добрёл до спальни и упал на скрипнувшую кровать.

Не «Астория», конечно, но мне сейчас плевать. Надо выспаться.

Проснувшись, я сделал зарядку, вызвал такси и вышел на улицу, бросив по дороге ключи в почтовый ящик. Выглядел я после изнурительной ночки довольно помятым — так и задумано. Пусть агенты Службы думают, что я всю ночь развлекался с девушкой.

Вернувшись в гостиницу, я переоделся в спортивное и, несмотря на усталость, отправился в зал. Сильно напрягаться не стал — немного позанимался на беговой дорожке, попрыгал со скакалкой, поработал с грушей. Затем с наслаждением сделал пару кругов по бассейну и отправился в номер.

В номере не удержался. Хотелось протестировать новые способности.

Зона тишины. Я сконцентрировался, направил Пустоту тонким слоем вокруг себя…

Мир замолчал. Шум города из-за окна, негромкие голоса из коридора, гул кондиционера в моём номере — всё исчезло. Абсолютная тишина.

Я сделал шаг, хлопнул в ладоши, крикнул как можно громче. Никакого звука.

Идеально для скрытного проникновения. А ведь можно окружить этой областью кого-то другого или целую комнату и делать что угодно — никто не услышит. Но концентрация… Охренеть, сколько это требовало концентрации. Стоило отвлечься на секунду — и зона начинала расползаться.

Невидимость — ещё сложнее, потому что нужно контролировать слой Пустоты по всему телу. Я попробовал — получилось, но продержался всего минуту, прежде чем выбился из сил.

«Круто. Теперь ты как я. Почти», — прокомментировал Шёпот.

«В смысле, почти?»

«Ну, я-то это делаю без усилий. А ты пыхтишь как паровоз».

«Спасибо за поддержку, дружок».

«Всегда пожалуйста!» — обрадованно ответил он, не уловив сарказма.

Конечно, у Шёпота всё получается просто — он ведь полностью состоит из Пустоты.

Хотя я тоже частично состою из неё. Сегодня ночью я в этом окончательно убедился.

Тестировать мёртвые зоны я не рискнул. Слишком заметно — магические системы безопасности гостиницы почувствуют провал в магическом поле. А рядом к тому же агенты СБИ, которые тоже могут это почуять.

Я заказал завтрак в номер. Как только приступил к тосту с авокадо и творожным сыром, зазвонил телефон. Воронцов.

— Как прошла ночь, Юрий Дмитриевич? — не здороваясь, поинтересовался он.

— Какой нескромный вопрос, Юрий Михайлович. Вам рассказать в подробностях?

— Желательно. Вы ведь не были ни у какой девушки. Арендовали квартиру и, похоже, всю ночь провели там один.

Я усмехнулся. Даже Служба безопасности империи не всемогуща и не может уследить за всем сразу. Часть информации они выяснили, но то, что я ездил за город — не узнали. Вот и хорошо.

— С чего вы взяли? Может, девушка живёт в другой квартире. Или приезжала по вызову. А может, это не ваше дело, полковник?

— Давайте соблюдать вежливость, ваше сиятельство. И не скрывать друг от друга ничего, — с лёгким нажимом произнёс Воронцов.

— У вас что, нет от меня секретов? Не смешите.

— Я имею в виду, что…

— Я прекрасно понимаю, что вы имеете в виду. Давайте так: то, что я согласился помочь вам с Чёрной кастой, не значит, что я буду рассказывать вам все детали своей жизни, — сказал я.

Юрий Михайлович немного помолчал и произнес:

— Я вас понял, граф. У нас новости, — резко сменил он тему.

— Какие? — спросил я и откусил кусок тоста.

— Служба засекла активность Чёрной касты. Они готовят что-то крупное. Много передвижений, много переговоров. Похоже, планируют новую операцию.

— Против меня?

— Возможно. Пока неясно. Но будьте наготове.

— Буду, — пообещал я.

— И ещё кое-что. Тот маг, которого взяли живым во дворце, умер в камере.

— Совесть замучила?

— Смешно. Каста активировала проклятие, и он… ох, в общем, камеру придётся долго отмывать. Никогда не видел, чтобы проклятие делало подобное с человеческим телом, — пробормотал Воронцов.

Я доел тост, сделал глоток кофе и произнёс:

— Знаете, я не удивлён.

— Никто не удивлён. Маги Чёрной касты обладают потрясающей мощью.

— Тогда кто мешает им просто проклясть меня? — задал я резонный вопрос.

— Во-первых, маги Службы. Если вы не в курсе, они держат под удалённой защитой всех важных людей в государстве.

— Приятно слышать, — усмехнулся я.

— Это требует много сил и ресурсов, так что вы защищены лишь временно. Кстати, ваша семья тоже. Во-вторых, вы наверняка в курсе, что для по-настоящему сильных проклятий требуется или кровь жертвы, или специальные артефакты… Вашей крови у них нет, а любой артефакт возле вас мы в силах отследить. Поэтому можете не беспокоиться, — закончил Юрий Михайлович.

— Спасибо за информацию, полковник. Держите меня в курсе.

— Обязательно, — ответил он и сбросил звонок.

Я взял кофе и подошёл к окну. Внизу ездили машины, сновали люди — обычный день в столице.

Значит, Каста готовит что-то крупное. Может, новое покушение на меня, а может, и нет.

Понять бы, зачем я вообще им сдался… Пока что версий две, и обе достойны рассмотрения.

Допив кофе, я сел за работу. Ответил на несколько писем, поговорил с Дмитрием и Львом, а затем пришёл отчёт от Васи и Ефима.

Ребята постарались как следует. Они нашли неочевидные связи и, по сути, доказали — всё, что происходило с Серебровыми в последние недели, всё вело к людям Белозёрова. Разрыв контрактов с поставщиками, жалобы в Минздрав, попытки переманить специалистов

Барон Ельцов всё координировал. Но приказы наверняка шли сверху, от самого графа.

Информация, которую нашли мои спецы, вряд ли станет сильным аргументом в суде. Да и вряд ли мне дадут начать официальную тяжбу с Белозёровым. Князь Бархатов ясно дал понять, что не хочет выносить сор из избы.

Ссориться с патриархом не входит в мои планы, но и сидеть, сложа руки, тоже не буду. Теперь я уверен, что все наши беды — от графа и его вассалов.

Значит, настало время нанести ответный удар.

Я вспомнил про документы в сейфе Ельцова. Те, которые нашёл Шёпот во время моего визита в особняк Арсения Андреевича. Тогда я велел духу не трогать их.

Но это было тогда.

Я позвонил Богдану:

— Шрам, мне нужна лодка. И твоя компания. Совершим вечернюю прогулку по протокам Невы.